Одна из самых старых баек, которую во Флориде рассказывают и по сей день - это, конечно, та, что про Бадди Джонсона - охотника на аллигаторов, умевшего ходить по воде аки посуху. Хотя сейчас трудно сказать наверняка, правда это или нет, но каких только чудес на свете не бывает? Как бы то ни было, в более цивилизованных краях Бадди, скорее всего, стал бы новым Мессией. Но в таком захолустье, как Паркстон, его прогулки по водной глади вызывали только страх и ненависть местной деревенщины. Мало того, через какое-то время по городку поползли слухи, что в обмен на свои поразительные способности Бадди продал душу дьяволу! Неудивительно, что его дом трижды поджигали… прежде чем он бесследно исчез. Как в воду канул… - …в этих чертовых болотах. Да-да, дружок, знающие люди говорят, что именно там он до конца своих дней и скрывался. И хотя с тех пор минуло скоро уж как полвека, но и сейчас еще

Проходя по Второй авеню, Артур Гаммет решил, что денёк выдался пригожий, по-настоящему весенний — не слишком холодный, но свежий и бодрящий. Идеальный день для заключения страховых договоров, сказал он себе. На углу Девятой стрит он сошёл с тротуара. И исчез. — Видали? — спросил мясника подручный. Оба стояли в дверях мясной лавки, праздно глазея на прохожих. — Что «видали»? — отозвался тучный краснолиций мясник. — Вон того малого в пальто. Он исчез. — Просто свернул на Девятую, — буркнул мясник, — ну и что с того? Подручный мясника не заметил, чтобы Артур сворачивал на Девятую или пересекал Вторую. Он видел, как тот мгновенно пропал. Но какой смысл упорствовать? Скажешь хозяину: «Вы ошибаетесь», а дальше что? Может статься, парень в пальто и вправду свернул на Девятую. Куда ещё он мог деться? Однако Артура Гаммета уже не было в Нью-Йорке. Он пропал без следа. Совсем в другом месте,

Сап, паранормач. Классический якут-кун на проводе. На днях вернулся ненадолго в родные края и купил такую вот книжку. Название можно перевести как «В сумерках. Давайте рассказывать страшилки». Книга довольно объемная, страниц на триста, в ней собраны избранные читательские письма в редакцию якутского журнала «Куо», где они рассказывают обо всяких страшных случаях из своей жизни. Я, если честно, в душе не ебу, что это за журнал такой, но истории вроде годные, самая что ни есть фольклорная якутская крипота. И я подумал — почему бы понемногу не вкидывать их в новый Якутия-тред в вольном переводе? В общем, добро пожаловать. Снова. История первая. Две старушкиДело было в советское время. В одном из совхозов стоял разгар летнего сенокоса, и после длинного трудового дня группа молодёжи из числа колхозников возвращалась домой, сидя на кузове грузовика ЗИЛ. Уже приближаясь к деревне, они увидели

Последний пузырек лопнул с веселым бульканьем, на экране замельтешили жуки и золотые монеты, поздравляя Олега с победой. — Мишка! Пальцы замерзли, батарея доживает последние минуты. На новой детской площадке — аншлаг, на горки — очередь, на качели — очередь. Чего сюда потащились, рядом есть своя, не хуже, а народу меньше. Олег отыскал глазами сына. Тот наконец оседлал маленькую желтую лошадку, которую дожидался с момента их прихода. — Пошли домой, — крикнул Олег. — Дай девочке покататься! — попытался он воззвать к рыцарским чувствам сына. Рядом крутилась какая-то тощая девчушка лет пяти. Из-под короткой шубки торчали тонкие ножки в грязных белых сапожках. Она явно мечтала о той же самой лошадке. Рядом с ней, спиной к Олегу, стояла женщина в неряшливом зеленом пуховике. — Не! — крикнул Мишка, яростно раскачиваясь. — Я только начал! — Десять минут! — крикнул Олег и добавил себе под нос:

Кривая улица Она разумно сочла, что проснуться можно к обеду. Съела лепешку, запила кипятком, в котором размочила пару сухарей, полюбовалась красивыми, купленными вчера чулками, сгубившими треть ее месячного дохода. Спрятала их и вышла на улицу. Девушка сразу поняла, что одета легче, чем надо бы. Подняв капюшон и убрав руки в карманы, ускорила шаг. Придавленные тучами старые девятиэтажки покрылись за ночь темными сырыми пятнами. Их пустые верха слегка укрывала сизая взвесь, плывущая с уныло коптящего Железного завода. Пахло дымом и близким дождем. «Надо сменить обувь», - досадливо подумала она, на миг пожалев, что купила другое. Но чулки нужнее, отметила путница, сворачивая на до отвращения знакомую Кривую улицу. Всего-то нужно спокойно, неспешно прохаживаться, а иногда просто стоять – семь домов по нечетной стороне, от угла одного квартала до угла второго. «Не нужно, а можно», -

Историю лет пять назад услышал от знакомого, охотившегося с другом на реке Омолон. Выбрались они туда на недельку. По крайней мере, так наметили вначале. А там, как пойдёт. По договорённости с местной конторой их доставили вертолётом в верховья реки. Выгрузили посреди леса, в пригодном для высадки месте. Со всем снаряжением и катамараном, на котором товарищи планировали спускаться вниз по Омолону до базового посёлка. По речному руслу это выходило несколько сотен километров. Путешествие начали в августе. Для сурового Чукотского края, наверное, самое комфортное время года. Но, к досаде, погодка подкачала. Непрерывно лил дождь, и сильнейший ветер поднимал такую волну, что сплав вместо удовольствия доставлял одни неудобства. Поэтому за день проходили раза в два меньше намеченного. К тому же, Василий, товарищ моего знакомого, по рассеянности утопил в глубокой реке ружьё друга. Из-за этого у

После развода родителей я живу с ними по очереди. Маму это возмущает. Она говорит, что пока я нахожусь с отцом, она не может проследить, живу ли я по правилам. Правил много. Я не могу их все толком запомнить. Такое чувство, что каждый раз как я прихожу к маме, они выдумывают еще с десяток новых. Они - это бабушка, мама и мамина сестра. Бабушка вдова. У маминой сестры вроде тоже когда-то был муж, но и она теперь одна. Вот они втроём и живут в бабушкиной квартире. Например, есть правило не носить белого. - Вот сука! - говорит бабушка, когда я прихожу к ним. - Опять в белом припёрся! Я тебе что говорила? - Красная в стирке. - говорю я. - Вот бестолочь. - говорит тетя. У тети длинные темно-каштановые волосы и выглядит она куда моложе своих лет. Они с мамой настоящие красавицы. - Твой отец вечно носит эти вонючие белые рубашки. - говорит бабушка. - Поэтому у него всегда долги и он мало

Хочу рассказать вам одну историю, случившуюся лет десять назад в нашем поселке. Дружили Евгения и Владимир еще со школы. После того как Владимир отслужил в армии, они поженились. Родители помогли им построить хороший дом и дальше помогали всем, чем могли. Казалось бы, живи и радуйся, но не тут-то было. На худом ли месте построили дом, или недобрый глаз позавидовал молодым супругам, только не задалась у них семейная жизнь. Однажды после очередной ссоры Владимир собрался и ушел в родительский дом. Только и произнес на прощанье жене: — Живи как хочешь! — Я-то буду, а вот ты — нет! — крикнула в ответ Евгения. Минуло три месяца. Стали люди в поселке замечать, что тает Владимир, исхудал, понурым стал. Подумали, что по жене сохнет, переживает. Мать же Владимира поняла — не в тоске дело, заболел чем-то сын, а врачи диагноз определить не могут. Тревога материнское сердце снедала, плохие

Кабан и лунный голосНесколько лет назад. Январь, ночь, снег, оттепель. Уже затемно выехали на УАЗе вчетвером кабанчика на кукурузных полях постеречь. Водила развёз охотников по углам двух рядом расположенных 100 гектарных полей, посредине которых проходит камышовая балка, да с осени убрали кукурузу. Снег лежал с подпалинами от дневного солнца, но на нём ещё днём заметили следы крупного кабана. Луна полная, ветерок с юга, по небу редко идут облака, периодически закрывая луну и превращая окружающее пространство в тьму. Около 20-00 я встал с краю лесополосы, отойдя от перекрёстка метров 70, за довольно толстой акацией. Впереди от поля меня ещё прикрывал тощий и голый куст бузины. Час неподвижного ожидания был прерван тихим, но внятным голосом, произнесшим моё имя отчество. Я, поозиравшись, решил, что почудилось. Облака очередной раз закрыли луну и, быстро пролетев, дали свет. В этот же миг

ВНИМАНИЕ: история содержит сленг, жаргонизмы и ненормативную лексику. Вообще, по части всякой крипоты Якутия — это просто Клондайк какой-то. Почти вся республика — сплошные лесные массивы, в 99 % которых никогда не ступала нога человека. Площадь у Якутии такая же, как целая Индия или шесть Франций. Когда едешь ёбаных шесть дней через нескончаемые леса, чтобы добраться из одного населённого пункта в другой, это поневоле доставляет. В общем, крипоте есть где развернуться, и в местном фольклоре крипипасты занимают одно из самых почётных мест. История первая. Неудавшееся гаданиеПервая история будет связана с гипотетическими местными подводными духами — «сюлюкюнами». Коренная якутская вера — это классическое язычество: каждая местность и каждая важная область деятельности наделены духами, которые за них отвечают. Впрочем, после присоединения Якутии в состав России в XVII веке местная вера в