У Анны множество достоинств – иначе бы мы с нею не были вместе. Недостатков у нее тоже хватает – как и у всякого живого человека. Главное, чтобы количество первых всегда брало верх над вторыми – и Анне это по большей части удается. Анна склонна называть свои недостатки «слабостями», и я не возражаю. В конце концов, она ведь не противится моим собственным увлечениям. Ну, почти не противится. Одна из слабостей Анны – глянцевые журналы. Эти пестрые пачки афишек, объединенных обложками, учат ее жизни, такой же пестрой и глянцевой. Из них можно узнать, что именно следует надевать в этом сезоне, и что подавать к столу, и как обустроить жилье, не говоря уже о восьми способах доставить удовольствие мужчине и пятнадцати – себе. Побуждаемая журналами, Анна пережила тягу к фэншую, интерес к таро и пристрастие к гороскопам. Недавно, после очередной статьи в толстом ежемесячнике, ее захватила идея

Когда Фрэнк впервые поведал, что Айседора пропала, никто из нас не остался равнодушным – Томми пробормотал, что туда ей и дорога, а Сэм похлопал Фрэнка по плечу и сказал, чтобы тот надеялся на лучшее. Сэм не стал уточнять, но все поняли – он подразумевал, что Айседоре было бы неплохо исчезнуть надолго. Чужое бытье – это чужое бытье, однако я отчасти был согласен с ними: никак нельзя утверждать, что Фрэнк и Айседора существовали душа в душу, и, на мой взгляд, Фрэнк нуждался в каникулах: их шумные скандалы давно уже стали притчей во языцех. - Дружище, это надо отпраздновать, - предложил Бен. - Дурни! – взвился Фрэнк. – Ее нет уже двое суток. Куда она могла подеваться? Бен с нарочитой задумчивостью уставился вверх: - Улетела проведать отца? Сэм фыркнул, но Фрэнку было не до смеха: - Она никогда так не поступала! Сгинуть, не сказав мне ни слова – на нее это непохоже. - В самом деле, -

Глава 1. «Рельсы-рельсы, шпалы-шпалы» - крутится в мозгу бесконечным заклинанием, словно зацикленная звукозапись – «едет поезд запоздалый». Сквозь дремотный туман доносится реальный стук колёс, тело раскачивается ему в такт. И это тревожит, царапает сердце лапками беспокойства. «Рельсы-рельсы»… Резкий звон металла по стеклу, вывел меня из полусонного оцепенения. Я окончательно проснулся и, повернувшись, посмотрел со своей полки вниз. Здоровый бородач, косматый после сна, в синей майке-алкоголичке, мешал чай в стакане в медном подстаканнике. За окном проносился осенний пейзаж, освещённый пробивающимися из-под низких облаков лучами встающего солнца. Вагон медленно просыпался, наполняясь обыденными звуками, разговорами и запахом утренней снеди. Ещё один день на колёсах. Я с осторожностью, чтобы не зацепить сидящих внизу, спустился с верхней полки, тут же нащупывая ногой закатившийся под

Всем нужны деньги, а когда ты юная девушка и тебе хочется покрасоваться перед сверстницами новой блузкой или хорошими духами, то желание заработать становится особенно острым. Живу я в очень обеспеченной семье и жизнь у меня вполне нормальная, родители обеспечивают всем необходимым. И вы, наверное, спросите, а почему тогда я жалуюсь на то, что мне денег не хватает? Но тут все просто, мой отец очень строгий человек, еще лет с 13 он мне говорил, что обеспечит меня всем необходимым для нормальной жизни, что подразумевало под собой, еду одежду и в таком духе, что такое карманные деньги я слышала только от сверстников. Если я хочу больше, то должна трудится, чтобы заработать на это самой, говорил отец. Вел он себя так не беспричинно, сам он был как раз таки из очень бедной семьи и все что имел, в том числе свой бизнес, он создал сам и сам на это заработал. Если вы подумали, что он хотел на

Надо сказать, что служба не задалась с первого же дня. Дедушка Садыков решил что я "дохуя умный" и до его дембеля я "хуй дослужу". Ну а что я мог поделать, если при выслушивании приказа командира отделения на моём лице читалось не "так точно!" а "ну чего, тебе, дебил, еще надо"? Нет, я ничего не имею против иерархии и отношений подчиненности, руководители и начальники должны быть во всех структурах, но блин! Почему мне достался гидроцефал с 9 классами на 4 года меня младше? Мне, человеку с почти высшим образованием? Короче, не охота вспоминать, противно это все. До его дембеля я, конечно, дослужил. Но в ночь перед отправкой первой партии дембелей ими была устроена грандиозная попойка, в процессе которой обычные на взгляд старослужащих армейские приколюхи, почему то именуемые "неуставными взаимоотношениями", начали переходить все границы.

От автора. Посвящаю эту историю своему отцу, знатному балагуру и шутнику. Иногда я задумываюсь, как он дожил до своих седин со своим чувством юмора. Ни Могильнику, ни Объедкину задание не понравилось. А суть была проста: отправиться в деревню, где по данным комиссара Закривидорога могли скрываться староверы, порочащие советскую власть одними лишь им самим ведомыми обрядами. Как конкретно древние обряды порочили текущую советскую власть было известно примерно так же, как и об источнике информации, доложившему о вражине, проживающему у черта на куличиках. Вроде все просто: приехать, задержать, отвезти обратно. Но мало кому хотелось ехать в такую глушь, запрятанную богом в дальний удел их области. Служебный транспорт доставил их до ближайшего от деревни уезда, откуда нквдшникам пришлось топать с несколько десятков километров своим ходом. Прогулочка длиною в несколько часов явно была не

Обожаю ночную трассу, особенно когда путь лежит куда-нибудь в далёкий город, через глушь или малонаселённые районы. В такие моменты очень остро ощущаешь свою причастность к огромной, неизмеримой вселенной. Возможно, я мог бы стать поэтом, если бы не выбрал профессию дальнобойщика. Ведь только поэт может испытывать тихий восторг от этого слияния тьмы и тишины, когда лишь гул мотора, приглушённые напевы из магнитолы и похрапывание напарника в спальном отделении за спиной только подчёркивают безмолвие космоса. В такие моменты я вижу, что весь мир ограничен лишь двумя яркими кругами фар, а за ними будто ничего больше нет. И только над головой сияют своим холодным светом яркие звёзды, полные древней мудрости, для которых наша планета – всего лишь песчинка в стремительном потоке времени, а вся человеческая история – только краткий миг, который даже не задержится в их памяти, и забудется в

Два года назад тринадцатилетняя Анна Гонцова попрощалась с подружками в школьном вестибюле и отправилась домой после уроков. Физрук Илья Геннадьевич помнит, что она поздоровалась с ним на пешеходном переходе. Видеорегистратор припаркованной машины зафиксировал как Аня движется по тротуару на соседней улице, задумчиво распинывая палую листву. Камера видеонаблюдения над входом в магазин бытовых товаров уловила Аню, сворачивающую к парку в паре кварталов от собственного дома. С тех пор ее никто не видел. Я вспоминаю об этом, когда прохожу мимо сорок седьмой школы, где училась Аня Гонцова. Вспоминаю, когда цепляю взглядом ее фотографию в местных пабликах, где неравнодушные время от времени напоминают, что поиски продолжаются. Вспоминаю, когда ее старшая сестра Оля кладет голову мне на грудь и шепчет: — Я хочу умереть. Произнесенные в тысячный или милионный раз, эти слова уже не вызывают

Медленно догорало летнее солнце, Анджей доедал кусок хлеба, попутно запивая его водой. Мать, как то отстраненно бегала по избе, то ли в поисках чем себя занять, то ли в поисках того что ее успокоит. Гроб отца, стоял тут же, и уже не внушал страха или горя, а только лишь смутное ощущение будущего одиночества для них обоих. - Ты все запомнил? - вдруг оглянулась мать. Глаза были красные, но застилавшее их несколько дней горе, сменилось на тревогу. - Да. - ответил подросток - Точно? - она мяла в руках фартук, будто бы ожидая ответа. Он уже понимал, что матери тоже предстоит тревожная ночь и несмотря на уже набившие за все это время оскомину вопросы ответил. - Не отвечать, не брать даров, не спать. Мать кивнула и будто бы хотела спросить что-то еще, но закусив красивые губы, отвернулась. Анджей встал из-за стола и начал одеваться. Парню всего было шестнадцать лет, да и те стукнули буквально

Новогодние каникулы в тот год наша семья решила провести в коттеджном посёлке, куда полгода назад переехали мои бабушка и дедушка. Я ещё у них не гостил, но мне было очень любопытно взглянуть на один дом, стоящий рядом с посёлком, про который рассказывал мне мой одноклассник Мишка. Он говорил, что тот дом большой и мрачный. Живёт там очень странный дядька: нелюдимый, никогда ни с кем не здоровается и держится в стороне от соседей. Мишкина тётка, которая жила в том же посёлке говорила (с рассказов моего одноклассника), что про этого мужчину ходят разные слухи, и они не очень-то хорошие. А кто-то даже побаивается его. С Мишкой мы общались хорошо, и я был рад, что он тоже поедет в гости к тётке со своей мамой (папы у моего приятеля не было, а почему мне было совестно спрашивать). Утром двадцать восьмого декабря мы с отцом и мамой приехали в посёлок «Изумрудная поляна», и я сходу стал