Не знаю, как остальных путешественников, но меня почему-то во внутренностях вездехода мотыляло как… это самое в проруби, не смотря на пристегнутый ремень. Может быть потому, что я подобным образом путешествовал впервые, а вот остальные были себе вполне заматеревшими зубрами в покорении севера. А я был зеленым. И не только с точки зрения подобных путешествий, сколько внешне. Но мужественно держался. В основном за ремень. Нда. Надо было быть более осторожным в своих желаниях. Теперь же, надежная техника несла меня навстречу приклю… живым ненцам, с которыми, я, сдуру, изъявил желание познакомиться. Кто же знал, что Дэн на полном серьезе решил воплотить мое желание в жизнь. Более того, оказалось, что успел свести в незапамятные времена знакомство с несколькими представителями нации. Даже задружиться. Да еще и язык их подучить настолько, что теперь вполне мог бы себе работать переводчиком.

Каждую ночь я ложусь спать думая лишь об одном, о той истории, которая произошла много лет назад, и которая не даёт мне покоя до сих пор. Я просыпаюсь среди ночи в холодном поту и с дрожащими от страха конечностями. По сей день я помню ту злополучную ночь, которая стала началом конца нашей маленькой деревни вдали от цивилизации. На тот момент мне было 8 лет, мы с родителями жили в деревне под названием «Боровица», даже не пытайтесь загуглить и найти её в интернете, всю информацию о феномене в нашем посёлке засекретило правительство. Спросите: почему мы не уехали с той глуши? А я вам отвечу: я не знаю. Насколько я знаю, мама и папа выросли в этой деревни с самого детства, их родители дружили, поэтому судьба двух детей противоположного пола была предопределена ещё до возможности принятия ими выбора. К слову о моих бабушках и дедушках, они живут также в этом посёлке, но в другом его

Николай Эдуардович, генеральный директор строительно - подрядной фирмы, сидел у себя в кабинете за своим столом и с недоверием глядел на сидящего напротив человека. Было от чего сомневаться. Более странных людей Николаю Эдуардовичу не приходилось встречать. Несмотря на то, что тот выглядел молодо, он был абсолютно седым. И невероятно худой, словно недавно переболел анорексией. Цепкий глаз директора выхватил на внутренней стороне левой ладони гостя грубую поблекшую татуировку какого-то странного символа. Серые глаза молодого человека смотрели пронзительно, словно изучая собеседника в рентгеновском диапазоне. Директор поёжился, но взгляда не отвёл. - Честно вам скажу, Аркадий…эм… Семёнович, я во всю эту сверхъестественную чушь не верю. Но обстоятельства таковы, что мне пришлось обратиться в вашу… эм… организацию. Ваш руководитель, Родион Константинович, был очень убедителен и

Если тебе не исполнилось восемнадцать, и ты младшая дочь в семье, то самая желанная участь — пасть кровавой жертвой Вечному Лиху. Можно еще мечтать о пышной свадьбе на всю деревню, чтобы жених красивый и платье из лебяжьего пуха с драгоценным бисером, но это на втором месте. Это если не посчастливится вытянуть Жребий в Красный вечер. Алена ступает по узкой тропке меж вековых сосен и стройных березок. Часто оглядывается — не увязался ли кто. Сама она десять лет назад, семилетняя, пряталась в кустах вместе со сводными сестрами и преследовала Милу — тогдашнюю избранницу Жребия. Мила плыла по лесу как облако и не переставала улыбаться даже если под босые ноги попадались сухие шишки. — Здесь направо, — указывает Стежевит, когда тропинка разветвляется. Алена прижимает его к груди левой рукой — деревянный идол, похожий на огромный указательный палец с вырезанным вместо ногтя младенческим

Глава 1: "Ночной гость" Ночь в деревне была настолько темной, что казалось, будто сам мрак сгустился до осязаемой густоты. Туман стелился по земле, скрывая очертания старых избушек, скрипучих заборов и заросших тропинок. В этой тишине, нарушаемой лишь редким воем ветра, стоял старый дом Игоря. Дубовые двери, скрипящие половицы и темные углы создавали ощущение, что тени здесь живут своей жизнью. Игорь привык к этому. Он любил эту тишину, эти звуки ночи, которые стали его спутниками в последние годы. Темные обои, деревянные стены, тяжелые шторы – все это было частью его мира, мира изгнателя бесов. Игорь сидел за массивным деревянным столом, его лицо было освещено только дрожащим светом свечей. На столе лежали древние книги по демонологии, амулеты и разного рода травы. Он взял рюмку водки, поднял ее, глядя в пустоту, и произнес: – Ну, за мое гребанное здоровье, – и выпил. В его

ДРУЖБА ШАМАНА и ДЕМОНА ДЕЛО №1 ДИТЯ НЕРОЖДЕННОЕ⁠⁠ Глава 1 НАЧАЛО Макс проснулся от сильного шума. Перфоратор соседа как всегда вежливо пожелал ему доброго утра, долбя мозг несчастного парня. - Сука! -Так же вежливо, но мысленно поприветствовал соседа парень. Перфоратор затих. Макс успокоился. Но как только он чуть снова не погрузился в блаженный сон это мерзкое творение из ада снова начало колошматить по стене. „ Господи!!! Целый год без сна! Да когда же это закончится – то, а ? Он там что Сапоги-скороходы ищет что ли ? Ну, погоди, скотина, сейчас ты познаешь девять кругов АДА!“ С этими словами он пошел за праведной местью. -ОТВОРЯЙ, СОБАКА! - эти слова вырвались из Макса, который уже битый час колотил в дверь соседа. - Кто ?- раздался испуганный мужской голос. -Сосед в пальто, который не может спать из-за твоей сраной машинки! -Ааа, Маа-ксиим Аркадьевич! П-простите, не п-признал -

За окном бушевала середина июля – пора комаров, духоты и пыли. Вентилятор на рабочем столе лениво мотал головой из стороны в сторону, с трудом перемешивая густой, как кисель, воздух. Аркадий обливался потом и, проклиная жару, обмахивался папкой для секретных документов. Он был весь в предвкушении конца рабочего дня, ведь оставалось всего полчаса. Скоро он пойдёт домой, по дороге выпьет кружечку ледяного Жигулёвского, разливаемого из жёлтой бочки возле дома, и примет, наконец, холодный душ. В потоке воздуха от вентилятора на стенах шелестели плакаты и прикрепленные кнопками листки бумаги. Изображённое на них вызвало бы большое недоумение у обычного советского, партийного, человека, да и обстановка кабинета в целом, вызвала бы много вопросов. Все эти рисунки зодиакальных кругов, таблицы с рунами и каббалистическими знаками, схемы и описания пентаграмм, старинные книги на полках в

Вадим докурил и щелчком отправил окурок в полет с балкона. Глубоко вздохнул, расправил плечи. Он жил на девятом этаже, в доме на краю города, и с его балкона открывался прекрасный вид на замусоренный пустырь, плавно переходящий в лес. Но не лес интересовал Вадима. Ему нравилось смотреть на ночное небо. Особенно когда там появлялась полная Луна. С недавнего времени Вадиму очень нравилась ночь, это было его время. Он прищурившись ждал пока ярко-красный диск окончательно скроется за горизонтом и уступит небо ночной хозяйке, и лишь после этого он словно очнулся и потянулся за телефоном. Прошелся по списку, выбрал контакт, на том конце ответили почти сразу. — Привет, красавица! — слегка хрипло сказал он, — ты где, я уже скучаю! — Буду через пол часа, — ответила трубка женским голосом, — тоже очень очень соскучилась! — Жду! — ответил он и отключился. Снова посмотрел на Луну, улыбнулся и

Когда я говорил, что люблю Египет, многие надо мной посмеивались. В их понятии это сродни признанию во влечении к Макдональдсу или в искреннем интересе к «Дому-2». Египет — предпоследняя остановка на спуске в воронку, дно которой занято сытыми и комфортными турецкими отелями. Даже путешествующие в Таиланд удержались на склоне ярусом выше и посматривают на египетских завсегдатаев свысока. Не стану кривить душой, заявляя, будто равнодушен к удобству и роскоши курортных отелей. Но Египет привлекал меня не только системой олл-инклюзив и возможностью поплавать с аквалангом среди пёстрых коралловых рыбок зимой. Там, на заплатке на правом плече Африки, сосредоточились чудеса древнего мира, пленившие меня ещё в школе. Я читал мифы о богах с головами животных и разбирался в их сложных взаимоотношениях. Мечтал о пирамидах. Хотел увидеть мумии, саркофаги и золото фараонов. Много позже, уже

Детская рука, судорожно перемещавшаяся по шершавой поверхности асфальта, сильно дрожала. Кончики фаланг ужасно болели и периодически, казалось, горели огнем. Мальчик морщился, кривился, но упорно продолжал двигать рукой из стороны в сторону, рисуя на дороге необычные, определённо несвойственные детским фантазиям, узоры. Находясь в полном одиночестве, в ночной темноте, лишь слегка растворяемой лунным светом, Игорь всеми силами старался не замечать подозрительных звуков и двигающихся в близлежащем лесу, теней. Всецело концентрируя внимание на поставленной задаче, и тщательно выводя каждую линию очередного фрагмента. - Пожалуйста… пожалуйста, - тихо шептал он между делом, взволнованно покусывая нижнюю губу. Сбивался. Глотал слёзы, и снова продолжал умолять, настойчиво обращаясь к невидимому собеседнику. – Я очень прошу! Очень! Помоги! Стоит заметить, в свои десять с хвостиком Игорь не был