Прошло уже более 20 лет, как закончилась первая чеченская. Только вот у меня она продолжается до сих пор. Вроде ничего не обычного: во сне в атаки хожу, с недоверием гляжу на кавказцев - уже привык. Но то, что произошло со мной год назад напугало меня так сильно, что я не знаю, что меня так в жизни пугало. Во время войны я был наводчиком-оператором (в звании сержанта) в Т-72Б. Как же нам тогда повезло, что нам попалась не Т-62 или вовсе Т-55! Командиром танка, а точнее командиром взвода был старший лейтенант Горловкин. Не смотря на такой промежуток в званиях, мы были не то что друзьями - братьями! Почти всегда на "ты". Прошли не одну битву, столько вместе повидали... И вот, при штурме какого-то аула, танк подожгли. Прилетело в переднюю часть правого борта. Механик погиб сразу, Горловкину сломало ногу (сразу тогда я этого не знал), меня контузило. - Покинуть машину! - приказал

Третья планета Солнечной системы пережила ядерные войны, климатические катастрофы и колониальные захваты армиями чужих цивилизаций. Земля превратилась в пустыню, на которой не осталось ничего. В этой пустыне очень редко встречалась вода и скудная растительность. Единственным уцелевшим оазисом была Австралия и близлежащие острова, половину которых поглотил океан, еще во время ядерных войн. Колонии чужих цивилизаций, на Земле, вели постоянные войны между собой. Мало кто выжил в этом аду. Но все кончилось, когда планету прибрала к рукам группа ученых галактической конфедерации человекообразных. Они добились восстановления атмосферы планеты, в целях проведения биологических опытов и экспериментов. Дельцы конфедерации на корню скупили планету, чтобы по окончании работы сделать из нее большой галактический курорт. Власти галактики одобрили этот проект. Оставшуюся от общества Земли горстку

Пожалуй, я бы мог сказать, что этот вечер был похожим на любой другой. Но, когда вокруг разрываются снаряды, а сумрачное небо окрашивает матовая пелена залпов и предсмертных криков отчаяния и боли, вряд ли такое описание будет уместным в моем повествовании. Нескончаемые дни и ночи этого хаоса постепенно становятся привычными, и человек, находящийся в круговороте чуждого адского котла, начинает с ужасом воспринимать окружающий мир как безысходную данность. Наша армия продвинулась далеко вперед, спустя год этого кровавого конфликта, конец которому не осмелился бы предрекать даже самый смелый из военных аналитиков. Цена войны слишком высока, чтобы можно было рассуждать о том, что наша миссия - избавить этот мир от скверны. За это время очень многое изменилось, кроме единственного правила любой массовой бойни - одни люди продолжали погибать, а другие зарабатывать. Неудивительно, что

Я просыпаюсь с первыми лучами солнца, но встать сразу нет сил, я долго лежу, смотрю, как комната наполняется светом. Солнце проходит сквозь цветастый ситец занавесок, как сыворотка сквозь сито, когда творог откидываешь – в комнате одна лишь водянистая муть, а все остальное солнечное: запах реки, радость цветов и листьев, бриллиантовый блеск бесчисленных капель росы – все остается снаружи, не доходит до меня. Я поднимаюсь, ковыляю по крохотной комнатке полусогнутая, пытаюсь размять поясницу. Дом спит, я слышу храп мужчин, да и невестка, Параша, последние пару лет не хуже заливается. Стареет красавица, раздалась сильно, характер у нее испортился, уж как Петеньке нашему с женой повезло, а все Параше не по нраву. Аглая старается-старается, а никак свекрови не угодит. Маленькие спят на чердаке, прямо над моей каморкой, я слышу, как они начинают вертеться на своих лежанках, еще крепко спящие,

В детстве мне иногда приходилось по-мелочи помогать бабушке-соседке. Все началось с того, что однажды она позвонила в нашу дверь вся заплаканная и, страшно стесняясь, долго не могла объяснить, в чем проблема. Когда я наконец поняла, что случилось, то чуть не заплакала сама. Оказывается вчера она уронила вставную челюсть, и та закатилась куда-то под диван, а у нее ноги все отекшие, распухшие, и спина не гнется, и она не то, что на колени встать, даже наклониться не может. И вот сидит второй день голодная, потому что без челюсти особо не поешь, ждет, когда дочка приедет. А дочка только что позвонила и сказала, что у них там какие-то проблемы и на этой неделе она не выберется. Понимая, что дочь задерживают важные дела, соседка про челюсть ничего не сказала. Но когда трубку повесила, расплакалась от голода и бессилия. Так она и решила ко мне обратиться, и долго еще потом извинялась за то,

Лунный свет опустился на снег сияющей лентой. Отражаясь от скальных стен, он будто подсказывал путь среди нагромождений льда. Загнанный в узкое ущелье, ледник вспучивался в этом месте, разламываясь, превращаясь в лабиринт из бездонных трещин и хрупких снежных мостов, что едва выдерживают вес человека. Ошибешься, наступишь мимо — и нога провалится в пустоту, а крик отразится от голубоватого льда, улетев прощальным эхом к молчаливым вершинам. Ледопад — вот как это называется. Тем вечером они вляпались в ледопад, застряв в скалистом кулуаре на три часа дольше положенного. Капитан скрипел зубами, глядя, как бойцы неуклюже прощупывают снег винтовками. Осталось всего сто метров — а оттуда скорее ломить в долину, где горят спасительные огоньки приюта. Вниз — быстрее, от пологой части ледника отряд доберется за пару часов. Вот только эти сто метров — вертикальные. Гладкое поле ледника

Ночью было холодно, и от соляных топей еще не пахло, когда взошли два солнца, одно из которых отбрасывало бледный ореол, окутывавший первое огнем. Издали доносился шум беспорядочной канонады батарей «Василисков», а на другом конце транспортного парка потрепанные танковые взводы перебирали свои машины, готовясь к отступлению. Капитан Бехеровка убрал инфопланшет в набедренный карман формы, продираясь через взбитую маслянистую грязь. В глубине живота клубком свернулся страх. Тот уже стал старым другом, которого сильно недостает в его отсутствие. Капитан вытянул подрагивающую руку и сжал ее другой. А затем, когда он обогнул линию «Химер», на фоне раскинувшихся соляных топей из тумана проступила громада. Будто скальный выступ, подумалось ему, или сложенные штабелем базальтовые плиты, остывающие на вулканической равнине. Камуфляжная окраска облезла, обнажив угрюмый черный металл. Бехеровка

Расскажу историю, которая произошла в далеком 1988 году в северной провинции Афганистана. Служил я тогда в разведке ВДВ в ОКСВА. И в очередной раз вышли мы на реализацию разведданных под один нежилой кишлачок. Под этим кишлачком было очень большое (никогда в кишлаках ни до, ни после этого я таких не видел) и старое кладбище. Надгробья, насколько мне удалось расмотреть, были не только мусульманские, но и какие-то другие, мне непонятные. Как положено, сделали все необходимые в этих случаях мероприятия. Пролежали весь день и половину ночи в тот раз безрезультатно. После двух часов ночи мы стали отходить. Я был там вместе со своим другом Иваном из Волгограда. И вот оторвались мы с ним где-то на километр от своих. Стояла безлунная ночь, так что было темно. Идем мы, озираясь, по этому погосту, и вдруг над одной разрушенной могилой поднимаются большие светящиеся зеленые глаза и начинают прямо

Ночь должна быть такой же яркой как день, чтобы люди наконец то спали спокойно. Первобытный страх темноты ошибка, мы боимся то, что в ней прячется. Взгляды неизвестного следят за каждым движением, знают все тайны, видят слабости. Сколько я не спал ночей думая об этом? Всякий раз нужно смотреть наперед, без остановки работая, чтобы быть на шаг впереди. Промедления убивают и в какой-то момент, я окажусь трупом. Только смерть перестаёт быть страшной, когда жить ещё страшнее. Надеюсь, руки моих ополченцев не дрожат, иначе всё пропало. Мотивационные речи имеют свой предел. Скоро зима, слова станут звуками, которые не заглушат урчащие животы. Сколько ещё придется врать старикам о прекрасном будущем? Стою перед ними с выпяченной вперёд грудью и поднятым носом, делая вид что всё знаю. На деле, только военная форма даёт мне власть, а снять её, то буду для них просто глупым мальчишкой. Как так

"Испытайте удачу! Новая жизнь ждёт каждого, мы не обречены!" - во всех новостях пестрили эти заголовки, на каждом билборде, по всем телевизионным каналам. Казалось бы, вот оно - спасение! Но наши ученые умы к 2057 году смогли придумать только странный способ избежать проблему, а не решить её. Космос мы так и не освоили, всё времени и денег не хватало на реализацию у человечества. Денег не хватало, понимаете? Бумажек, которые печатали сами люди. Звучит как абсурд, но так оно и было. Солнце погаснет через 5 месяцев, конец света наступит буквально. По крайней мере, так заявляют ученые. Уже невооруженным взглядом можно заметить, что светит оно гораздо тусклее, температура колеблется от нуля до минус десяти, и это летом в Майами! Что творится в северных уголках мира, даже представить страшно. Выживать, конечно, можно будет какое-то время, скажем, в полноценном автономном бункере