— Почему бы вам не рассказать о произошедшем? – спросил я посетителя, приготовившись к записи. — Я знаю, как это называется, доктор – хотя я всего то лишь психолог в госструктуре ФСБ, но было приятно - Я точно знаю свою проблему. Я её знаю. Поверьте. — Казанков – я решил налить ей воды - Роман Казанков. — Верно. Это бутилированная вода? – спросила она, взяв стакан. Я молча кивнул. — Расскажите, Мария – сел я рядом и приготовился слушать. — Ну… - тяжело вздохнув, начала она - Его звали Козявкой. Все его так называли, во всяком случае. На самом деле его звали Антон Казанков, но он ел свои сопли и козявки с детства, так что это прозвище ему походило. — Он один из его братьев? — Двоюродный, со стороны отца – уточнила она - Половина того городского поселка Требухово в родстве с Казанковыми, я уже упоминала это в протоколе к делу. Вам стоит знать: мы работали там почти три месяца. Мы знали,

Сап, паранормач. Классический якут-кун на проводе. На днях вернулся ненадолго в родные края и купил такую вот книжку. Название можно перевести как «В сумерках. Давайте рассказывать страшилки». Книга довольно объемная, страниц на триста, в ней собраны избранные читательские письма в редакцию якутского журнала «Куо», где они рассказывают обо всяких страшных случаях из своей жизни. Я, если честно, в душе не ебу, что это за журнал такой, но истории вроде годные, самая что ни есть фольклорная якутская крипота. И я подумал — почему бы понемногу не вкидывать их в новый Якутия-тред в вольном переводе? В общем, добро пожаловать. Снова. История первая. Две старушкиДело было в советское время. В одном из совхозов стоял разгар летнего сенокоса, и после длинного трудового дня группа молодёжи из числа колхозников возвращалась домой, сидя на кузове грузовика ЗИЛ. Уже приближаясь к деревне, они увидели

Сап, снач. Я тот анон, который несколько лет назад создал тред про якутские крипипасты и кидал их сюда (как я понимаю по результатам Гугла, теперь тот тред и те пасты стали платиновыми). Много чего произошло в моей жизни с того времени, сейчас, например, я уже не живу в Якутии. Короче, почитал тут собственные истории, поностальгировал и подумал — а почему бы не попытаться возродить ту ламповую атмосферку и не кидать понемногу в /sn/ остатки якутских страшилок, которые я знаю? Понятно, что вернуть наш 2012-й не удастся, но, учитывая, во что превратился снач за это время, хуже не будет. Буду кидать пару палок паст в неделю, на большее нет времени. Плохо то, что почти все классические пасты, которые я знал, уже расписаны, и придётся напрягать память и описывать не самые лучшие образцы якутской крипоты, да и большинство из них достаточно однообразны, если честно. Так что хз, взлетит ли.

Еду в Смоленск оформлять машину. Солнечный летний день, на заднем сиденье — еда, напитки, теплое одеяло. Возможно, придется переночевать. Перекуры, сон минут на двадцать, бутерброд. Снова в путь. Ровная прямая дорога. Через несколько часов таможня. Оформление. Скучные лица. Бумаги, ксерокс. Оплата издержек. Водители огромных фур. Сигареты, очереди, ожидание. Далеко за полночь — обратно. Машин мало. Встречные водители вежливо переключаются на ближний свет. Начинаю засыпать. Знаю, что в таких случаях ехать дальше нельзя. Через некоторое время — сьезд с шоссе, осторожно сьезжаю. Асфальтовая дорога выводит на пустырь. По краям — лес. Ухабистая земляная площадка. Останавливаюсь в центре, раскладываю задние кресла, расстилаю одеяло. Тихо. Почему-то не хочется выключать свет. Докуриваю сигарету, ложусь, выключаю лампу и фары. Некоторое время верчусь, потом засыпаю. Сон темный, как лес вокруг

Джеми Кармайкл был смышленый, бойкий мальчишка. Поэтому едва он прослышал о школе мистера Оррака, где обучают волшебному ремеслу, как сразу загорелся желанием попасть в эту школу. - Нет, нет и нет! - отрезал отец. - Нет, нет и нет! - сказала мать.- Разве ты не слышал? Говорят, что мистер Оррак - не кто иной, как сам дьявол. - Мало ли что болтают,- возразил Джеми.- Я ведь не из пугливых. В общем, отца с матерью он уговорил. Деньги на обучение дал своему любимчику дед, который в нем души не чаял, и вот в один прекрасный день отправился Джеми в путь с крепкой ореховой палкой и кошельком в кармане. Переваливает он гору, минует болотистую пустошь, ночует в охапке вереска и на следующее утро прибывает в школу мистера Оррака. Стучит своей ореховой палкой в дверь: тук-тук-тук! - дверь отворяется, и на пороге возникает мистер Оррак собственной персоной. - Что тебе угодно, малыш? - Научиться

Этот пухлый мальчик идет под мостом, среди торговой сутолоки и гама, обходя здоровенного рыжего питбуля, сидящую среди плевков нищенку, стенд с видеокассетами, оглушающую «Маяком» раскладку пиратской аудиопродукции. Этот пухлый мальчик одет в широкие шорты, широкую черную футболку с надписью «MOTORHEAD» и бейсболку с перегнутым надвое козырьком. В руке его сумка — легкая китайская сумка с несколькими отделениями. Этот пухлый мальчик слышит зазывающий крик торговки: «Беляши! Горячие беляши! Чебуреки, сосиски в тесте! Беляши!». «Не купить ли?» — думает мальчик, хотя условия под мостом, мягко говоря, антисанитарные. И тут внезапно он слышит неприятный резкий голос: — Малой, погоди, малой! Мальчик, назовем его Саней, останавливается и поворачивает голову в сторону источника звука. Невысокий мужичок, небритый, в спортивном костюме. Что ему нужно? — Малой, тут дело одно есть! — Какое? —

В мае 1972 года в Осаке (Япония), в районе Сенничимаэ, в одном здании случился пожар. Погибли 117 человек. Про это место до сих пор ходят разные страшные истории. Однажды один человек вышел из метро в Сенничимаэ. Шел проливной дождь. Он раскрыл зонт и пошел по улице, лавируя среди плотной толпы людей, снующих туда-сюда. Почему-то человеку вдруг стало тревожно. И прохожие были какие-то странные: хотя шел дождь, ни у кого не было зонта, все молчали, лица у них были мрачные, они смотрели в одну точку. Вдруг неподалеку остановилось такси. Водитель помахал ему рукой и крикнул: — Иди сюда! — Но мне не нужно такси... — запротестовал человек. — Неважно, садись! Настойчивость водителя и неприятная атмосфера улицы заставили человека сесть в машину — лишь бы уехать из этого места. Они поехали. Отъехав от улицы на приличное расстояние, таксист сказал: — Я увидел, как ты идешь по пустой улице и от

- Пей кофе, остынет! - Ба, я-то выпью, а вот тебе не стоит, ты про давление помнишь? Нина Григорьевна хитро прищурилась. - О моем давлении печешься, значит? А что насчет рюмочки на посошок? Лера хотела благочестиво возразить, что она не пьет, но обхитрить родителей всегда было гораздо проще, чем бабулю. - А что у тебя есть? – осторожно спросила девушка. Нина Григорьевна подмигнула. Кряхтя, она встала со стула и подошла к буфету, который уже в детстве Леры выглядел так, будто вот-вот развалится. Открыв бар, старушка достала две бутылки. Одну из них – марочный коньяк с заманчивыми буквами на этикетке, Лера втихаря уже продегустировала утром, пока бабушка раскручивала волосы, тщательно замотанные на ночь в бигуди. Во второй бутылке было какое-то вино, которое Леру не заинтересовало, поэтому она ткнула пальцем в широкую грушевидную бутылку. - Да у тебя губа не дура, - рассмеялась Нина

Несколько старых страшилок, которые рассказывали в детских лагерях в советское время. ------ КРАСНОЕ ПИАНИНО Одна маленькая девочка училась в музыкальной школе и очень любила играть на пианино, но родители не могли себе позволить его себе купить. И вот однажды отец девочки зашел в антикварный магазин и увидел старое пианино — как ни странно, очень дешевое. Продавщицей была старая бабка. Продавая пианино, она наказала, чтобы ей тут же позвонили, если музыкальный инструмент сломается. Пианино привезли домой. Девочка очень обрадовалась этому подарку. Каждый день она играла на нем с утра до вечера. Но вскоре девочка заболела, а пианино сломалось. Родители позвонили старушке, и она пришла ремонтировать инструмент. Зайдя в комнату, она сказала, чтобы все вышли, пока она будет работать. Все так и сделали. Через пять минут старушка вышла. Пианино снова было в рабочем состоянии. Когда девочка

За стеной кто-то громко закричал, я вздрогнул и проснулся. Горела лампа, очки съехали на кончик носа, книжка валяется на полу. Следом за криком последовал глухой удар, будто что-то бросили на пол. И снова вопль. В углу у окна, забравшись под полупрозрачные занавески, согнувшись в три погибели, сидел Пиявка. - Ты опять этого старого алкаша донимал? - поинтересовался я, сев на кровати, пытаясь сообразить, который сейчас час. Приплюснутая морда, как у нетопыря, осторожно выглянула из-за занавески. Сосед продолжал орать. - Вроде же договорились, что соседей справа и слева ты не трогаешь, - я откинул одеяло, потер глаза, свесил ноги с кровати. Пиявка выбрался из-за занавесок, хлопая своими огромными зелеными глазами, которые в темноте светились, как у кошки. - Да я ж маленько, - ответил он мне словами того самого алкаша, который сейчас метался за стенкой. Вообще Пиявка мало разговаривал,