Грета стояла в дверях и смотрела, как мать нарезает овощи: на ней, матери, отсвечивал новый передник, который она купила на прошлой неделе. Столь незамысловатую вещицу женщина выбирала в течение часа: принесла с собой в магазин любимое платье и, морща тонкий носик, прикладывала к нему передники, переживая, что не найдёт подходящий вариант: впервые за десять лет её волновала не цена передника, а его сочетаемость с платьем, которое доставали из шкафа лишь по особым случаям. Одним из таких случаев должен был стать визит мистера Гроули. Мать Греты познакомилась с ним на ярмарке. Он, как «истинный английский джентльмен», спас их от назойливого клоуна, пытавшегося заманить «двух прекрасных леди» в шатёр гадалки. Когда мистер Гроули — мужчина с усами, похожими на бороду собаки, только что напившейся из лужи, — назвал их с матерью «прекрасными леди», Грета засунула пальцы в рот, делая вид, что

Всё началось вчера утром, когда моя младшая сестра увидела белый воздушный шарик, застрявший высоко в ветвях старого тополя. Тот тополь, как и множество его собратьев, стоял близ поляны, которую родители облюбовали для пикника. Перед ним росли более тонкие, молодые и низкие деревья, перемешанные со всевозможными кустарниками в одну густую зелёную стенку. Эта «стенка» в авангарде защищала заповедные тайны природы от посторонних глаз, баюкала их в тени, заботливо прикрывая от жестокого зноя. С неё начинался лес – настоящий, чащобный, не для летних прогулок. Семейная «Нива» остановилась совсем близко к дачному посёлку. Наш домик располагался на отшибе, поэтому мы доехали быстро, буквально за десять минут. Если с поляны оглянуться назад, за стволами деревьев можно было разглядеть просёлочную дорогу и ближайшую АЗС. Впереди же на многие километры существовал только сплошной лес. Моя младшая

Полная луна светила над плотным пологом девственного леса так ярко, что лучи бледного света достигали земли. Лёгкий летний ветерок качал верхушки деревьев, согревая существ на поляне у озера. Сотни животных собрались в полукруг у высокой скалы, которую лапы древних покрыли резьбой. Воздух был наполнен болтовней бесчисленных видов, складывавшейся в гомон, какой редко слышали эти пустые земли. Волки и медведи стояли бок о бок с оленями и лошадями, а крысы и ласки сновали под их ногами. С деревьев внимательно глядели небесные обитатели - орлы и голуби, ястребы и чайки, соколы и вороны, совы и сойки. Те из животных, что были способны на это, держали факелы - для тех, чьё ночное зрение было не столь острым, как у прочих. Звериное собрание утихло, когда старый и покрытый шрамами, но поистине царственный волк выступил к скале и принялся выть и лаять на собрание. Любой человек, оказавшись в

Отчёт за 10 июня 2017 года: Мной, Фёдором Киселёвым, на 1085 шпале объекта исследований во время поисков пропавшего напарника был найден блокнот с записями. Страница с последними записями залита чем-то белым. Принадлежит блокнот, несомненно, тому самому моему напарнику. Его местоположение определить мне не удалось, далее 9000 шпалы ходить не рискнул – сегодня здесь очень много аномалий. Более основательными поисками напарника планирую заняться завтра – запас еды у него на несколько дней, так что риска практически нет. Вот полное содержание дневника за исключением математических выкладок на обратной стороне: Дневник Выдвигаюсь Этим летом я добирался на дачу так же, как и всегда. Самой первой и самой лёгкой частью пути для меня была поездка на автобусе. Пара часов езды – и я оказался в пятидесяти километрах от МКАДа, посреди светлого сосняка, на тропинке, ведущей к одному небольшому селу.

Несколько лет назад, на мои летние каникулы, пришёл к нам в гости мой старший брат. Ему на тот момент было уже солидных тридцать два года. Дело было вечером, и наша мама приготовила нам суперский зелёный суп с фрикадельками, за которым все решили (моего слова, конечно, никто не спрашивал), что послезавтра я и брат едем в тайгу, так как я много сидел за компом. Мне тогда было семнадцать лет, и я был, как вы догадались, заядлым геймером. В тот же вечер я собрал нужные вещи и отправился ночевать домой к брату. Да, я сибиряк, так что не нужно удивляться. Хотя отрываться от непрерывных забегов на европейские паблики второй дотки было довольно болезненно, целый день подготовки к поездке пробудил во мне интерес, так как за всепоглощающим желанием играть на компе теплился пытливый ум искателя приключений. Днём мы поехали по магазинам и покупали всё то нужное, чего у нас не было для похода.

Когда мне было лет пять, мы с сестрой заблудились в лесу. Сбежали без спросу в лес собирать ягоды, хотя родители строго-настрого запрещали гулять по лесу без взрослых. Лес вроде был небольшой, но мы, видать, забрели слишком далеко в глушь. Я ныл и вот-вот готов был разреветься, Даша, как могла, меня утешала. - Не бойся, вытри слезы. Скоро родители заметят, что нас нет во дворе, поймут, что мы пошли в лес и найдут нас. Даше было девять, и она среди нас она была старшей. Поэтому я послушно вытер мокрые глаза и с надеждой посмотрел на сестру. - Правда? - Конечно, правда. Но всё-таки давай постараемся найти обратную дорогу сами. Иначе такой нагоняй получим! Но время шло, лес всё никак не кончался. Солнце близилось к закату. Меня уже совсем не пугала перспектива нагоняя. Пусть даже отец вытянет меня ремнем - но пусть нас найдут. - Даша, я кушать хочу. Земляника в корзинках уже давно

Даже не вспомню, что нас занесло на то болото. Просто кто-то (может, даже и я) сказал, что можно попытаться срезать путь, и мы свернули с перегретой солнцем бетонки, проломившись прямо через кусты на вполне приличную, засыпанную сухим песком тропку, которую было хорошо видно с дороги. Песок, правда, быстро закончился, тропка сначала ощетинилась желтоватой болотной травой, а потом и вовсе захлюпала грязью, но, в принципе, оставалась вполне проходимой — в самых неприятных местах на неё даже была заботливо уложена деревянная гать — видно, что старая, но ещё достаточно крепкая, чтобы можно было спокойно пройти, не проваливаясь по щиколотку в перепрелую торфяную кашицу. Потом идти стало хуже, но мы понадеялись, что это ненадолго, а потом просто уже оказалось слишком далеко возвращаться — с вещами, велосипедами и в надвигающихся сумерках, по ненадёжной и плохо различимой в темноте тропинке —

Расскажу вам историю со слов моей подруги Натальи Шатиной, которая стала свидетелем необычайных событий, происходивших на Урале в деревне, расположенной среди глухой тайги. Она была не только свидетелем, но и непосредственным участником. Эта история была ещё длиннее, и я, как могла, сократила рассказ, но сами понимаете — некоторые вещи просто нельзя опустить. Многим эти события покажутся невероятными, многие скажут: «Да всё это сказки!» — ну и Бог с ними. Я никому ничего не доказываю. Каждое лето моя подруга ездит в Лукьяновку к бабушке, и всё время от июня до августа от неё нет вестей. Мы не переживаем, так как прекрасно знаем, как она там проводит время, и втайне завидуем. Всем нам хочется покупаться в чистой воде, половить рыбу из озера, а в августе пособирать грибы. Да. Именно так. Все эти события произошли, когда они собирали грибы. Наташа приехала в конце августа, и я впервые

Часть первая Пару лет назад я участвовал в археологической экспедиции в глухой Сибири. Кругом никаких дорог, максимум — это заросшие старые просеки и раскуроченные колеи, по которым изредка проезжают лишь охотники. Наш студенческий лагерь располагался в двадцати километрах от ближайшей деревни, а это целый день пути, если шагать пешком — и то при лучшем раскладе. Стоило лишь подумать в какой же забытой глуши мы находимся — на душе сразу разгорался авантюристский огонёк. В лагере, однако, всё было цивильно: имелся генератор, от которого работал насос, качавший воду из реки; погреб, где хранили овощи, и даже баня имелась, представлявшая из себя специальную палатку с установленной в ней печью-котлом. Интернета только не было, вместо него на одной лиственнице висела доска объявлений, где отображали погоду и даже курсы валют (наверняка очень важная информация в этой глуши). Подъём в шесть

В жизни почти каждого бывало так, что всё катится под откос. Иногда это ведущий прямиком в Токийский залив кювет скоростной магистрали неподалёку от портового города, а иногда северо-западный склон величественной Фудзи, способный утопить в море деревьев. И если в первый раз ничего не вышло, то из зелёных волн Дзюкая не выплыть без должного желания. Его-то у Цушимы и не было. Заливать горе алкоголем не помогало даже на первых порах, его было недостаточно, чтобы хоть ненадолго погрузиться в пучину безмятежного беспамятства — даже после хорошей пьянки Сюдзи просыпался в холодном поту. С ощущением застревающей в горле воды, мешающей дышать. Вскакивал от оглушающего скрежета металла и женских криков. А ещё Цушима Сюдзи больше не садился за руль даже трезвым. До того, как дороги привели его в Аокигахару , они же помогли ему добраться до ближайшего дилера. Наркотики — не алкоголь, они топят