Парень шел по дороге, еле переставляя ноги. Он подозревал, что с ним творится что-то не то, но никак не мог сосредоточиться на главном и вспомнить, что происходило до того, как он внезапно оказался на улице. Вокруг все было непривычно — парень подозревал, что в прошлом все выглядело по другому, но не мог сказать что было не так и что изменилось. Каким-то звериным чутьем он понимал, что поменялся не только мир вокруг, но и он сам. Парень не помнил ни своего прошлого, ни откуда он родом, ни своего имени, и даже не мог понять, животное он или человек. Вокруг него так же медленно и неуклюже передвигались люди, с окровавленными перекошенными ртами, в оборванной одежде, с изуродованными телами и безумными пустыми глазами. В голове вертелась одна и та же мысль - раньше было лучше. Короткие вспышки воспоминаний выхватывали из глубины подсознания кадры, где он сидит за столом, в открытое окно

"Испытайте удачу! Новая жизнь ждёт каждого, мы не обречены!" - во всех новостях пестрили эти заголовки, на каждом билборде, по всем телевизионным каналам. Казалось бы, вот оно - спасение! Но наши ученые умы к 2057 году смогли придумать только странный способ избежать проблему, а не решить её. Космос мы так и не освоили, всё времени и денег не хватало на реализацию у человечества. Денег не хватало, понимаете? Бумажек, которые печатали сами люди. Звучит как абсурд, но так оно и было. Солнце погаснет через 5 месяцев, конец света наступит буквально. По крайней мере, так заявляют ученые. Уже невооруженным взглядом можно заметить, что светит оно гораздо тусклее, температура колеблется от нуля до минус десяти, и это летом в Майами! Что творится в северных уголках мира, даже представить страшно. Выживать, конечно, можно будет какое-то время, скажем, в полноценном автономном бункере

В технических коридорах на окраине мира Валентина находит инженера Алекса и предлагает ему сделку. Он должен умертвить Валю. И он сделает это не только ради денег, но и чтобы еще один раз увидеть чудо. Рассказ в техномагическом сеттинге. Жести и насилия нет. Аудиоверсия от автора Шурх, шурх-шурх, шурх-шурх. Чьей-то хромой походке вторили и другие шаги. Алекс закрыл клапан выравнивания давления и решительно распахнул внешнюю дверь шлюза. Жутко заскрипели завесы. Те, кто только что прошел мимо, наверняка испугались. Алекс выглянул в коридор и, сощурившись в свете направленных на него фонарей, рассмотрел трех человек. — А, Борисыч, — махнул он рукой. Коренастый крепыш — начальник отдела снабжения — облегченно вздохнул и подошел к Алексу. За ним последовали и его спутники — незнакомый мужчина в чиновничьем кителе и, как ни странно, высокая, прилично одетая девушка. Сроду в этом затхлом

31 декабря. Я помню, как шел... брел по тротуарам большого города, великого города, совершенно великого города. Здесь темно и холодно, но огни города поразительно яркие, как на карнавале. Люди повсюду; толпятся на тротуарах, толкаются, перемещаются - постоянно движутся. Я уже бывал здесь раньше. Город кажется знакомым, даже когда его необычность обволакивает меня. Я бреду, как потерянный, но что-то направляет мои ноги. Холодный ветер толкает меня, как грубая, безразличная стена; тянет мое длинное, темное пальто, как пальцы; вызывает онемение моих щек, моих рук. Я вижу, как другие розовощекие люди проходят мимо меня под фонарями, прижимаясь друг к другу, сжимая в руках сумки, подарки, бутылки. Проходя мимо, они держатся за руки, улыбаются. Я действительно не знаю, где нахожусь, что делаю… ...кто я такой. Итак, я хожу по улицам, бреду по улицам и надеюсь, что что-то пробудит мою память,

Акт I: Не искушай того, кто так отчаян1 I. Не слушайте это. Правда, не надо. Я не шучу, отложите гребаный мобильник или другое дерьмо, на котором вы меня слушаете. Окажите себе услугу и разбейте его первым тяжелым предметом, какой под руку подвернется. А если вы это читаете, спалите к чертям. Найдите спички и подожгите. Пожалуйста. Да, да, зачем вообще записывать, если потом просить уничтожить? Но если вы меня знаете, тогда вам известно, что я — актер. Нарцисс, эгоист и засранец. А если не знаете, ради бога, сходите в театр, хоть раз в жизни. Вы все еще здесь? Будь по-вашему. Позвольте представиться. Меня зовут Макензи Баладан, и если вы решили послушать мои последние слова, то мне, черт подери, нужно все ваше внимание. Что если это я устроил конец света? Разве возможен лучший выход на бис? Ладно, продолжим. У меня, наверное, осталось совсем мало времени. Я слышу, как ветки царапают

— Посулам Сатаны нельзя доверять! — прогремел с самодельной трибуны тучный седой мужчина в мантии. Низко на груди висел гигантских размеров стальной крест. — Нам кажется, что мы знаем об этом прекрасно, но всё же так часто забываем, что, в отличие от нас, Зло не дремлет и никогда не теряет бдительности. Оно постоянно за нами наблюдает и анализирует наши действия, ожидая только подходящего случая для повторного нападения. Ждёт сомнения во всём, во что мы верим и том, что на протяжении стольких лет даёт нам убежище от ужасов, таящихся прямо над нашими головами. И именно поэтому прошлой ночью мы потеряли не одного, а целых четырёх членов нашего сообщества. Трое из них под тлетворным влиянием дьявола нарушили данную Рыцарскому Ордену присягу и без согласия покинули безопасную территорию святого монастыря! Прямо в объятия Сатаны, на верную смерть! — оратор воззвал к толпе слушателей,

- Ла-ла... ла-ла-ла... - девушка вытерла рот рукой, пара капель красно-бурого цвета стекли по подбородку и упали на воротник и без того уже не первой свежести белого платья. - Па-па... - проскрипела она, - вкууусно... - что-то щелкнуло в горле девушки, заскрежетало и она замолчала... Иван Степанович вышел на балкон своего двухэтажного бокса и закурил. Сбоку что-то заискрило, но он не придал этому значения - искрило в последнее время везде. Небо, затянутое тяжелыми тучами смога, больше не пропускало солнечного света. Как следствие - солнечные батареи перестали работать еще около полугода назад, исчерпав последние запасы энергии в аккумуляторах. Подземные электростанции едва справлялись с нынешними перегрузками. Постоянно что-то выходило из строя - оборудование чинили, оно опять ломалось - его снова чинили и так до бесконечности... Скажи людям лет пятьсот назад, что из окна они будут

День 146 Сейчас, по прошествии времени, я понимаю, что надо было начать вести этот дневник раньше, гораздо раньше, в тот самый день, когда пепел в первый раз упал с неба. Но кто мог догадаться или предположить, что это будет так долго, так тяжело и так… так? Я помню, как это началось. Белесо-серые хлопья, как ошметки расползшегося от старости застиранного белья, стали падать на город сразу после утренней мессы. Святой отец, выйдя на ступени церкви вслед за прихожанами, пошутил, что это, наверное, Бог оповещает о приближении купцов с севера. Вездесущие мальчишки, снующие под ногами, как рыбы на перекатах, загалдели, обсуждая, что же могут везти гости: мех, кость, диковинную кислую ягоду? и сколько перепадет нам с пошлин? Взрослые снисходительно улыбались их фантазиям — северных купцов здесь не бывало уже лет десять, после того, как построили мост на переправе у Трех Дубов. Ныне их путь

Девушку звали Настей. Как звали остальных — уже никто и не помнил толком… Леший — вроде бы Лёха? Мелкий не знал. Он с трудом вспоминал и собственное имя. Оно осталось там — в другом мире, со взрослыми, со школой, со своими, в том мире важными, а сейчас такими смешными проблемками… Мелкий и есть Мелкий — так повелось. *** — Итак, ещё раз по списку… кофе, батарейки, обухов… для Вафли — колёса, опять сопли до колена висят. Вафля, как там твои колёса называются? — Леший валялся на единственном диванчике в убежище, остальные сидели кто где. Настя, как обычно, возилась со своими ногтями, сидя у светильника. — Смотрите, чтоб в инструкции было написано «антигистаминное», — прогнусавил Вафля, часто моргая слезящимися глазами. — Антиглистаминное, придурок… будто у нас там времени вагон будет, твою инструкцию изучать, — сплюнул Рыжий на пол. — Ладно, Вафля, сам найдёшь, — успокаивающе сказал

Ветви рябины были усыпаны огненно-оранжевыми гроздьями. До октября они так и будут украшать чахлый двор, и лишь потом, с первыми заморозками, налетят невесть откуда стаи бойких птичек с хохолками на вертлявых головках и в одночасье склюют множество так и не родившихся новых рябин. Элу всегда хотелось узнать, как же называются эти проворные пернатые, но орнитологов среди её знакомых не водилось, а тратить время на листание толстых запыленных справочников в библиотеке не хотелось. Так и остались юркие пугливые птички для Элу безымянными. Впрочем, в этом году они прилетят еще не скоро. Середина августа, теплынь, искрится, разбиваясь о лужу, солнечный луч, жмурится от удовольствия соседский кот у трубы водостока. Кот серый, в черных полосах, из окна виден, как на ладони. Элу быстро оглянулась — не заметит ли мама, — села на широкий подоконник, торопливо перекинула ноги наружу. Сказала коту