Сколько я помнил, папа работал в ночную смену. Днем он проводил время со мной, братом и мамой, не отлынивая ни от домашних обязанностей, ни от общения с нами. Он не пытался уединяться, чтобы урвать часы для сна, и к ночи почти неизменно исчезал, не забыв поцеловать каждого – меня в постели, маму и брата там, где заставал во время их занятий: брат старше меня на пять лет, и ему всегда разрешалось ложиться позже. Мама не работала. Во всяком случае, постоянно. На ней лежало хозяйство, хоть папа и брал на себя многие обыденные заботы. Впрочем, порой она тоже покидала нас - не часто, но регулярно. Обычно папа загодя спрашивал у нее: - Сможешь меня подменить? Она ни разу не отказалась и предупреждала нас с братом: - Сегодня я в «ночное». Из прочитанных мне книжек я знал о «ночном»: там это означало ночевку в поле, обычно для присмотра за пасущимся на выгоне стадом или охраны урожая. Меня это

Когда я был ребенком, отец строго-настрого запретил мне открывать дверь подвала. Но однажды детское любопытство пересилило. Я открыл дверь и увидел вещи, которых никогда раньше не видел: траву, деревья, небо, солнце…

История эта случилась в далёких восьмидесятых, когда я был ещё сопливым пацаном. Родители часто на лето сплавляли меня бабушке, впрочем, как и многих других детей. Только бабушка моя жила не где-то в далёкой деревне, а на противоположном конце города, в старом районе, застроенном двух и трёхэтажными сталинками. Вы наверное знаете такие райончики - буйная зелень деревьев, старинные улочки, тихая и размеренная жизнь. В одной из таких сталинок, на третьем этаже, и жила моя бабушка. Для родителей это было очень удобно, вроде и не далеко, но и одновременно от дома подальше. В этом доме жила пара моих закадычных друзей. Два брата - Витя и Саня с первого этажа. Витька был моим ровесником, его отличительной особенностью была родинка на правой щеке. Санька был на пару лет моложе. Мы были главными сорванцами двора. В поисках приключений были готовы забраться в любую дыру, за что нередко получали

— Вы — кузнец? Голос за спиной раздался так неожиданно, что Василий даже вздрогнул. К тому же он не слышал, чтобы дверь в мастерскую открывалась и кто-то заходил вовнутрь. — А стучаться не пробовали? — грубо ответил он, слегка разозлившись и на себя, и на проворного клиента. — Стучаться? Хм… Не пробовала, — ответил голос. Василий схватил со стола ветошь и, вытирая натруженные руки, медленно обернулся, прокручивая в голове отповедь, которую он сейчас собирался выдать в лицо этого незнакомца. Но слова так и остались где-то в его голове, потому что перед ним стоял весьма необычный клиент. — Вы не могли бы выправить мне косу? — женским, но слегка хрипловатым голосом спросила гостья. — Всё, да? Конец? — отбросив тряпку куда-то в угол, вздохнул кузнец. — Еще не всё, но гораздо хуже, чем раньше, — ответила Смерть. — Логично, — согласился Василий, — не поспоришь. Что мне теперь нужно делать? —

Глава 1 Сэр Хью Окрам, сидя у открытого окна в своем кабинете поздним августовским вечером, улыбнулся. Странное желтое облако скрыло опускавшееся солнце, и чистый летний воздух потускнел, словно отравленный дыханием чумы. Кожа на лице сэра Хью походила в лучшем случае на пергамент, натянутый поверх деревянной маски, из прорезей которой взирали на мир запавшие глаза. Они смотрели из-под морщинистых век, живые и бдительные, как жабы из норок — бок о бок, неотличимые друг от друга, но когда свет изменился, в каждом мелькнула желтая искра. Сэр Хью улыбнулся, бескровные губы разошлись, обнажив выцветшие зубы — в этой гримасе самодовольство смешалось с ненавистью и презрением к человеческому роду. Нянюшка Макдональд, столетняя старуха, говорила, что, ее господин улыбался так, видя лица двух женщин в аду — двух покойниц, которых он предал. Улыбка сделалась шире. Ужасная болезнь, от которой

Прекрасной и талантливой Серене за ее безграничную любовь и помощь в битве в Царстве Хаоса… ПРОЛОГ Гомон грачей, взлетевших с крон деревьев, наполнил воздух хриплым карканьем. Испуганный скакун встряхнул головой и фыркнул. Рыцарь тихими словами успокоил боевого коня и направил его дальше в чащу. Ветви, словно когти, царапали по его тяжелым доспехам, а ледяной ветер заставлял сучья деревьев, похожие на кости, судорожно вздрагивать. Вторая лошадь заржала, топая копытами. Рыцарь повернулся в седле, посмотрев на своего спутника, одетого в плащ с капюшоном. Резко дернув поводья, человек заставил коня успокоиться. — Простите, мой лорд, — прошептал человек в капюшоне. Не произнося ни слова, рыцарь повернулся и продолжил путь. Подняв глаза к небу, он всматривался сквозь толщу ветвей. Наступал вечер, и в темнеющем небе уже сияли первые звезды. В зарослях раздавался шум каких-то невидимых

Светло-серая пустыня тянулась вдаль, перемежаемая холмами, впадинами, а где-то там вдали, виднелся целый горный кряж с ослепительно белыми вершинами и тёмными ущельями. Джус посмотрел себе под лапы, одна из которых провалилась между волокон. Вся поверхность по которой они, с отцом и Хэнком, шли, состояла из переплетений толстых канатов, которые, в свою очередь, были скручены из других волокон. Сами волокна и канаты на вид были серыми, иногда только в них виднелись светлые, полупрозрачные нити, но нередко были и тёмные, или даже чёрные нити. Тем не менее, при взгляде вдаль, вся волокнистая поверхность превращалась в белую пустыню, с холмами и впадинами. Вытащив одну из своих лап, Джус увидел справа от себя, в более широком прогале меж волокон, торчащий наружу светло-бежевый край чего-то прямоугольного, слегка приплюснутого. – Папа, я нашёл! – крикнул Джус, и схватился лапами за находку.

Историю эту мне рассказал один бездомный, когда я возвращался с очередной тусовки, время тогда было около двух часов ночи. Присел я на лавку, покурить да и с мыслями собираться, тьма была тогда, хоть глаз выколи и тут голос: - Здравствуй, не люблю попрошайничать, но могу историю рассказать, а ты мне сигарету подкинешь?! - произнёс хриплый голос. Я чуть с лавки не свалился от неожиданности, но рот сам заговорил: - Здравствуй, ну, ладно рассказывай! - мой голос прозвучал, пискляво и неуверенно. - Ну, тогда слушай. Жил я как то под мостом, ну этим что ещё 20 лет строили. Пришёл, я значит с "вылазки", ну, там пожрать, и кой-какие вещички принёс. Зима, тогда была, лютая, холодная. Я на матрасик улегся и шубейкой укрылся... - Шубейкой?! - переспросил я - Да, да ты даже и представить не можешь что люди выбрасывают, сколько добра... Ну, так вот, тьма стояла непроглядная я то на ощупь

Случилось все в то время, когда я работал журналистом в желтой газетенке. Да, 90-е были крайне смутным временем. А смутное время, как известно, очень сильно действует на людей. Именно в такие времена и начинаются разброд и шатания, буйным цветом расцветают всяческие экстрасенсы, маги и прочая шушера. Наверное именно поэтому тогда и пользовалась таким безумным спросом желтая пресса. Заголовки в духе «Саблезубые пингвины в метро напали на пенсионера», «Известный маг-предсказатель – Дмитрий Пупырышкин, предсказывает конец света в четверг», «Крокодил, пролезший через канализацию, сожрал семью из четырех человек» и «Инопланетяне похитили жительницу Большого Парнокопытцево пятый раз за неделю, после бутылки водки», сносили простым обывателям башню. Большая часть этого бреда, конечно, ваялась тут же, на коленке. Но приходилось и побегать за действительно крышесносными сюжетами. Как известно,

"Испытайте удачу! Новая жизнь ждёт каждого, мы не обречены!" - во всех новостях пестрили эти заголовки, на каждом билборде, по всем телевизионным каналам. Казалось бы, вот оно - спасение! Но наши ученые умы к 2057 году смогли придумать только странный способ избежать проблему, а не решить её. Космос мы так и не освоили, всё времени и денег не хватало на реализацию у человечества. Денег не хватало, понимаете? Бумажек, которые печатали сами люди. Звучит как абсурд, но так оно и было. Солнце погаснет через 5 месяцев, конец света наступит буквально. По крайней мере, так заявляют ученые. Уже невооруженным взглядом можно заметить, что светит оно гораздо тусклее, температура колеблется от нуля до минус десяти, и это летом в Майами! Что творится в северных уголках мира, даже представить страшно. Выживать, конечно, можно будет какое-то время, скажем, в полноценном автономном бункере