Утром серого сентябрьского понедельника Сергей медленно умирал в офисе. О, если бы это было похмелье! Пусть даже самое тяжёлое, когда мозги болтаются в черепной коробке, как дерьмо в проруби, желудок завязывается морским узлом, а мир вокруг заслуживает немедленной гибели, — Сергей с радостью принял бы всё это. Но нет, выходные прошли вполне спокойно. Его скрутил оглушающий приступ хандры — снова в начале осени, после первых опавших листьев. Проснувшись уже с этой заразой на загривке, Сергей понадеялся, что найдёт спасение на работе, среди людей. В офисе он увидел тускло-серых коллег, которые молча справляли траур по безвременно ушедшему воскресенью. Шеф, который мог бы раскачать это болото, запаздывал. Сергей недвижно сидел перед монитором, и ему казалось, что за лбом тяжело кружатся хлопья сизого пепла. Крошась, они засыпали прахом глазницы, плотной пылью оседали в ушах. Он знал: когда

ЯРКО ОСВЕЩЁННАЯ ЛАБОРАТОРИЯ, ПОСЕРЕДИНЕ СТУЛ С ПРИВЯЗАННЫМ ПАРНЕМ @ ТЫ - УЧЕНЫЙ НИИ РАЗРАБОТКИ МЕДИЦИНСКИХ ПРЕПАРАТОВ СЕКТОРА ПРИЗ-ма ЛЕГОНЬКО ПОСТУКИВАЕШЬ ПО ШПРИЦУ С СИНЕЙ ЖИДКОСТЬЮ, ПРИСОЕДИНЯЕШЬ ИГОЛКУ @ "ЧТО Ж, ВЫ САМИ ВИНОВАТЫ, ГРАБЕЖ С РАЗГЕРМЕТИЗАЦИЕЙ КАРАЕТСЯ САМЫМИ ЖЁСТКИМИ МЕТОДАМИ @ ВАМ ПОВЕЗЛО БОЛЬШЕ, ЧЕМ ВАШИМ ПРЕДШЕСТВЕННИКАМ, ВАШЕ ТЕЛО НЕ БУДЕТ ПРОРАСТАТЬ СИНЕЙ ПЛЕСЕНЬЮ, РАЗЛАГАЯ ВАС ЗАЖИВО @ СКОРЕЕ ВСЕГО" @ ВКАЛЫВАЕШЬ ИНЪЕКЦИЮ В РУКУ ПОДОПЫТНОГО @ "ТАК, ВЫ СЛЫШИТЕ МЕНЯ? ОПИШИТЕ ВАШИ ОЩУЩЕНИЯ" @ МОЛЧАНИЕ @ СТРАННО, ПРЕДЫДУЩИЕ ПАЦИЕНТЫ СВОБОДНО ОБЩАЛИСЬ @ ГУБЫ ПАРНЯ РАСПЛЫВАЮТСЯ В РАДОСТНОЙ УЛЫБКЕ @ ОН СМЕЕТСЯ @ ДАЛЬШЕ ЕГО ТЕЛО НАЧИНАЕТ ТРЯСТИСЬ, НАКОНЕЦ, ОНО ЗАТУХАЕТ @ ТЫ МЕРЯЕШЬ ЕГО ПУЛЬС: К УДИВЛЕНИЮ, ПАРЕНЬ ЖИВ @ @ @ ПАЦИЕНТ ОТКРЫВАЕТ ГЛАЗА, ЛЁЖА В КРОВАТИ @ СМОТРИТ НА СТАРУЮ ШТУКАТУРКУ, КОТОРОЙ ПОКРЫТЫ СТЕНЫ, НА РЕШЕТКУ, РАЗДЕЛЯЮЩУЮ ЕГО И

У опального боярина Карпа Лукича трое подручных, хватких да умелых – Игнашка-конюх, Федор-дьячок и юродивая Марфушка – рябая, хромоногая и глаз лихой. Боится их дворня, уважает: недаром ходят они с боярином на страшные неведомые дела. Да и самим Карпом Лукичом детишек малых стращают что ни день: хоть и носит он крест, и висит на шее его ладанка с перстом чудесным Святителя Пантелеймона, а все же с нечистью знается и заговоры тайные знает. Ну, слово-то заветное, положим, и мельнику ведомо, а только стоит лешему мальчонку захороводить или водянице рыбаря уволочь – бьют челом Карпу Лукичу, даром, что земской он, не опричный. И идет Карп Лукич, никому не отказывает. Такая у него служба перед людьми, а вот о ней и сказ. Ночь на дворе у Карпа Лукича, темно, хоть глаз выколи. Спит боярин, и спят подручные его. Тяжкий день выдался: задрал волколак девку, первую красавицу на селе, уже и жениха

Я познакомился с Кэнэвэном больше двадцати лет тому назад, почти что сразу после того, как он эмигрировал из Лондона. Продавец книг, он был большой специалист в этом деле, страстный любитель старинных книг. Поэтому ничего удивительного, что, устроившись в Нью-Хэвэне, он сразу начал торговать редкими подержанными книгами. Его скромный капитал не позволял ему устроиться в центре города, и он решил превратить свое жилье в свое рабочее место, а для этого нашел себе подходящее помещение в старом доме на окраине города. Район этот был малонаселенный, но для него это не имело большого значения, так как большая часть торговли осуществлялась по почте. Очень часто после проведенного за пишущей машинкой утра, устав, я отправлялся в лавку Кэнэвэна покопаться в старых книгах. Я получал от этого истинное удовольствие, тем более что Кэнэвэн никогда не давил на покупателя, то было не в его правилах.

Началась эта непонятная и странная заварушка с череды нелепых пропаж. Не могу сказать, что раньше в нашем морге ничего не пропадало. Пропадало, но потом обязательно находилось, причём быстро, но в другом месте. Однажды, правда, пропало 3 литра спирта. Сразу и безвозвратно. Но, думаю, ничего страшного, а тем более мистического, в этой пропаже нет. Но личные вещи сотрудников не пропадали НИКОГДА. До первого мая сего года. Первой пропала моя гигиеническая помада. Я жуткий педант и всегда кладу вещи в строго отведённые им места. Творческий беспорядок у меня только в сумочках. Там сам леший ногу сломит. В морге довольно прохладно, поэтому от обветривания губ я всегда пользуюсь на работе гигиенической помадой. И лежит она у меня (вернее, лежала) всегда в верхнем ящике моего стола, строго слева от папки с ежедневными отчётами. Первого мая у нас был день рабочий, после которого мы собрались

Я живу на окраине большого города-миллионника, в окно всегда видно дымящиеся трубы ТЭЦ и серые однообразные многоэтажки. Раньше переезд сюда из более оживленного и светлого района был для меня настоящей трагедией, но наличие собаки и огромного леса за окном поменяло мое мнение. Вскоре я и вовсе пообвыкся и даже полюбил это место больше, чем предыдущее. Зарабатывал я переводами, поэтому имел довольно гибкий график, а также возможность гулять и просыпаться в любое время суток, главное сдать работу в срок. То позднее зимнее утро было ничем не примечательным, и я, пожалуй, не запомнил бы его, если бы не странный мужик, появившийся в нашем лесу. Я как обычно прогуливался по дорожке между сосен, когда увидел человека, неподвижно стоящего на поляне. Сначала он не привлек особого внимания, я только взял пса на поводок, но, чем ближе я подходил, тем больше цеплялся за него взглядом. Он уже

ВНИМАНИЕ: в силу своих особенностей данная история не может быть подвергнута редактированию администрацией сайта, так как в этом случае будет утеряна художественная целостность текста. В результате история содержит ненормативную лексику и жаргонизмы. Вы предупреждены Осень выдалась очень влажной – с самого начала сентября редко можно было увидеть за окном солнце, а не моросящий дождик. Дима с друзьями никак не могли закрыть сезон, надеялись, что всё-таки случится чудо, и хотя бы пару дней будет сухо. Само собой, идти в поход в дождливую погоду – такое себе удовольствие. Костёр развести проблемно, на гитаре поиграть, наслаждаясь пламенем – не получится. Так и придётся сидеть в палатках, уныло попивая пиво.Ребятам всё-таки повезло, так как прогноз обещал несколько солнечных октябрьских дней с почти летней температурой. И не соврал – вот уже почти неделю ни единой капли дождя. Дождавшись

Со значительным интересом и некоторым беспокойством слушал я, как низенький бледный мужчина по имени Трессор рассказывал о своём замечательном опыте — его мягкий голос едва ли нарушал тишину комнаты, освещённой лунным сиянием. Он, похоже, был из тех, к кому сон приходит нечасто. Такие люди обычно довольствуются тем, что выходят на улицы и ищут хоть какое-нибудь подходящее развлечение из числа тех, что может предложить наш город. Скоротать часы до рассвета можно и в ночном клубе, но истинному инсомниаку его однообразные увеселения быстро надоедают, да и какой ему прок от толпы, что отказывается от сна сознательно? Тем не менее немногим бессонным, в число коих угодил и Трессор, наш город рад открыть свои тайны — те, что не предназначены для света дня. В отсутствие снов, что хранят равновесие привычного мира, человек ищет им любую фантастическую замену… и порой находит её. Да, существуют

Историей поделился один из моих читателей, Сергей. Мужчина жил один в небольшой двухкомнатной квартире на пятом этаже старенькой «хрущёвки». Из домашних питомцев имелись только рыбки в аквариуме. Как-то посреди ночи его разбудил странный звук, раздававшийся в тишине. Звук капель, падающих на водную поверхность. Кап… кап… кап… Капанье чередовалось неравномерно. Когда с промежутками в несколько секунд. А когда и спустя минуты. Раздражающие звуки не давали продолжить прерванный сон. Проворочавшись с четверть часа в ожидании самопроизвольного прекращения навязчивого капанья, мужчина нехотя встал и зашаркал по полу в ванную комнату. Потому что первая мысль, которая приходила в голову по такому поводу – неплотно закрыт кран с водой. Но оказалось, и в ванне, и в умывальнике – сухо. Слегка озадаченный, Сергей дотошно проверил все вентили, трубы, заглянул во все труднодоступные места. Никакого

Коллеги, что это было? Сидел на днях вечерком, доделывал стотысячный ежемесячный отчет (ну, вы знаете, как это ежедневно бывает), весь обложившись документами так, что меня можно было и не увидеть от входа в кабинет. Народу никого, все ушли – в коридорах уже темно, только я у компьютера вожусь с цифрами. Дверь у меня была открыта, чтобы воздух хоть какой-нибудь шел. Вдруг слышу над собой голос: «Сынок, разреши попросить!» Я аж подскочил – поднял голову, смотрю, старушка в платочке, старенькая, маленькая. Как она прошла в нерабочее время, да мимо охраны - понятия не имею. - Бабусь, - говорю, - мы же не работаем уже. - Да я по делу, сынок, - отвечает, - бумага мне пришла, за квартиру должна. И тычет мне мятой бумажкой. Я ей говорю: - Так не ко мне это надо, а в отдел начислений, если не согласны с долгом! – у нас это довольно частая ситуация. Но старушка перебивает: - Я-то согласна,