Обожаю ночную трассу, особенно когда путь лежит куда-нибудь в далёкий город, через глушь или малонаселённые районы. В такие моменты очень остро ощущаешь свою причастность к огромной, неизмеримой вселенной. Возможно, я мог бы стать поэтом, если бы не выбрал профессию дальнобойщика. Ведь только поэт может испытывать тихий восторг от этого слияния тьмы и тишины, когда лишь гул мотора, приглушённые напевы из магнитолы и похрапывание напарника в спальном отделении за спиной только подчёркивают безмолвие космоса. В такие моменты я вижу, что весь мир ограничен лишь двумя яркими кругами фар, а за ними будто ничего больше нет. И только над головой сияют своим холодным светом яркие звёзды, полные древней мудрости, для которых наша планета – всего лишь песчинка в стремительном потоке времени, а вся человеческая история – только краткий миг, который даже не задержится в их памяти, и забудется в

*** Ночное шоссе похоже на её жизнь. Такое же сумеречное, тревожное, бесконечное, без будущего и прошлого. Теперь это шоссе и есть её жизнь, с рекламными баннерами, знаками и тенями, а ещё мыслями и страхами. Ночное шоссе с тысячью глаз. Чёрный внедорожник катился по ночному шоссе. Чёрный-чёрный, как осенняя мгла. Лика крепко сжимала руль, так что от напряжения побелели костяшки пальцев. Стрелка на спидометре колебалась между ста и ста двадцатью. Ехать быстрее Лика боялась, хоть иной раз ей и хотелось втопить все двести – и будь, что будет. Вот только поможет ли это скрыться, убежать? Лика устала. Глаза слипались, будто бы были смазаны мёдом, но она из последних сил отмахивалась от сна. Мозг сверлила дрелью настойчивая, но такая правильная сейчас, мысль – нужно поспать, просто нужно поспать, хотя бы немного, пару часиков. Сон восстановит силы и, быть может, у неё получится наконец-то

Эту историю мне рассказал дальнобой, когда я автостопил по северу нашей родины. Подобрал он меня на трассе Е105, что в Мурманской области, между Мончегорском и Пиренгой. К тому времени я уже часа четыре топал, стемнело, вокруг лес, там заповедник какой-то, не помню уже названия. Дело к вечеру, а машины тормозить не спешат, даже более, при виде меня газу поддавали, словно убраться поскорее хотели. И только этот дальнобой, наверное, пожалел, да и то как-то странно: остановился метрах в ста впереди, из окна пассажирского высунулся и фонарь на меня направил. Солнце уже за горизонт спряталось, конечно, но не сказать, что бы уж совсем темно было. А он всю дорогу, что я до машины топал, с меня луча не сводил. Подошёл я, он дверь не открывает, мы парой слов перебросились, он так подозрительно на меня посмотрел, а потом, ни с того ни с сего, анекдот рассказал. А я уставший был, но так к себе

- Пап, а долго ещё ехать? – снова заныл Тим на заднем сиденье. - Кажется, - отец взял в руки мобильник и сверился с навигатором, - ещё пару поворотов и мы на месте. - Следи за дорогой, Эдди. Женщина на переднем сиденье отстегнула ремень безопасности и повернулась к сыну, который обнимался с серым плюшевым зайцем. - Всё хорошо, скоро будем. Эдди, - взглянула она на мужа, - Мне кажется, что чего-то не хватает. - Не беспокойся, это всегда так перед праздниками. Хлопоты, подарки. Но в этот раз, нам ничего делать и не придётся. Что может быть лучше, чем справить новый год в одном из лучших отелей пригорода. Клер хотела сказать, что дома было бы уютнее, но слова почему-то застряли в горле. - Знаешь, Эдди, такое чувство, словно мы забыли дома кошку. - Смешно. С твоей аллергией на животных, - ухмыльнулся Эдди, и резко повернул руль вправо. - Это просто сравнение. Но ради вас, мои мальчики, я

Читать предыдущую часть Грейси Было у девочки имя непростое, витиеватое - не Гульмира, не Гульнара, не Гульфия, не Гулькахказ, Гульбаршын, Гулсынай, Гульжауха, даже не Гюльчатай, Гурдафарид, Гульфайруз или Гаршельбанат, а Гульсылубану. Уж такое, залихватское да длинное, что с первого раза то сразу и не всем выговорить, особенно с непривычки, а значило оно - "девушка красивая как цветок". Вот девочка для краткости и назвала себя Гулей - "цветок", хоть родители того не одобряли... Гулины то предки не то чтоб уж совсем плохие люди были, бывают на свете и ещё куда как хуже. Но что-то уж совсем нелюдимые и консервативные безмерно да моралисты жуткие. А Гуля то наоборот веселушка - резвушка каких поискать, да ещё и упрямая - чем больше ей что запрещай, тем больше ей того самого и охота! Запретят ей к примеру далеко от дома уходить - Гуля в тот же день все окраины городка

ВНИМАНИЕ: история содержит ненормативную лексику/жаргонизмы, и в силу своих особенностей не может быть отредактирована. Начиналось всё культурно. Витёк шёл пешком по окраине Красноярска тёплым летним утром в офис где он доблестно трудился программистом на благо туристической отрасли. Втыкая в экран китайского смартфона, любезно подсовывавшего ему всё новые и новые видосики, Витёк не заметил как от новой "Волги" шагнул ему наперерез высокий бритый налысо человек с цветным пакетом в руках, и размахнувшись этим пакетом с силой приложил его Витьку прямо в лоб. - Тюк! Витёк сел на землю вытаращив глаза и тут же, обвив его сзади, эффектная блондинка с вульгарно накрашеннымиьярко красными губамитвоткнула ему в шею шприц с огромной ветеринарной иглой, мгновенно впрыснув содержимое и с какой-то противоественной грацией поймав в воздухе выпавший телефон жертвы. Обмякшего Витька посадили

— Круто, на картинге погоняем! — Костика переполняли эмоции. — Может, и не погоняем, — сказал Стас. — И правильно говорить — «на картах». Костик оторвался от окна «Мазды», от рябинового подлеска за ним, и беспокойно глянул на отца. — Почему не погоняем? — А вдруг закрыто. — Или тебя за руль не пустят, малявка, — с превосходством сказал Макс. — Тогда и тебя не пустят! — Мне двенадцать. — Макс лыбился, обернувшись к младшему брату с переднего пассажирского сиденья. — Меня даже за болид пустят. — Не пустят! — Так, — успокоила всех Катя, — без паники. Разберемся на месте. — Ты на дорогу смотри, — сказал жене Стас. — Получишь права — вот тогда и будешь советы давать. Лучше указатель ищи, а то проедем. В зеркале заднего вида Стас встретился взглядом с Катей и примирительно поднял руки. — Вас понял, капитан. Есть искать указатель. — Похлопал Костика по колену. — Все будет хорошо. Ты уже

Иллюстрация Ольги Мальчиковой — В Ульцинь можно попасть двумя способами, — тоном бывалого путешественника объяснял Виталик Але перед полетом. — Дойти пешком от аэропорта до автобусной станции или тормознуть на остановке проезжающий автобус. До станции минут десять ходьбы, а остановка — рядом с аэропортом. У нас сумки, поэтому первый варик отпадает. Третий варик, о котором Виталик умолчал — взять такси, — Але нравился больше прочих. Его Виталик не рассматривал: дорого. Але осталось лишь вздохнуть про себя. — А как ты узнаешь, какой автобус надо тормознуть? — спросила она. Виталик глянул на нее поверх солнечных очков, кривовато сидевших на горбинке греческого носа. — Станем махать каждому. На «Винском» пишут, в Черногории это так работает. Не кипишуй, Свинникова. В ответ Аля Винникова привычно назвала Витальку Мамонова Омоновым. На земле все сложилось иначе, чем сулил форум Винского.

ВНИМАНИЕ: В силу своих особенностей история не может быть отредактирована, так как будет утеряна художественная целостность текста. Я слушал, когда отец с друзьями сидели на кухне, выпивали. Трепались о всяком. И вот что я услышал. Мой отец уже пенсионер, я – взрослый холостяк. Говорю для того что бы Вы понимали, что это пишет не школота, и это не выдумка, потому что моему отцу я доверяю, наверно, лучше чем сам себе. Так что, не верить ему у меня нет никакого права. Более того, мой отец за всю жизнь ни разу никому не солгал. Так что... Я не мешал мужикам расслабляться, но контролировал что бы еды и питья на столе было в достатке. Все таки я принимающая сторона а они гости, как никак. И что-то они, уже крепко выпив, начали обсуждать мистику в жизни. У каждого были свои истории, наверно полуправда с фантазией и байками вперемешку с городскими легендами, но сейчас речь не о них. возможно

Джип поглощал километры шоссе, гладкого как стол. Только что проложенное, оно соединяло райцентр и старую магистраль. Тридцать километров удовольствия. Я ехал домой. В деревню, недалеко от райцентра. Деревня на пятьдесят домов. Поселение относительно новое. Его построили после того как старая деревня сгорела. Тогда много людей сгорело заживо. Среди ночи пожар случился. Говорят поджог был. Кто как мог пытался спасти, предупредить людей, но повезло не всем. Бабки судачат, что в старой деревне видели после пожара людей сгоревших. Они бесцельно бродили меж остатков домов, уродливые, без лиц, без кожи, обугленные. Слухи это все, не верю я в это. Говорят что грибники которые это видели, находились мягко говоря под шофе. Я проехал уж пятнадцать километров. Оставалось еще с десяток осилить и там будет поворот на бетонку к деревне. Меня обогнали на большой скорости под сиренами. Впереди что-то