Сап, паранормач, тот самый якут-кун вновь выходит на связь. Без лишних слов — буду потихоньку вкидывать в тред некоторые якутские крипипасты, которые по тем или иным причинам не попали в предыдущие треды. История первая. ТроеИсторию рассказал сельский житель, которому на момент событий было всего восемь лет. Сидел он как-то днём после обеда у себя дома, уроки делал, родителей дома не было. Вдруг замечает краем глаза какое-то движение возле кровати, оборачивается и видит странное: из-за изголовья кровати друг за другом выходят три маленьких пожилых человечка в старинных одеяниях и шествуют мимо него через комнату. По росту все трое максимум метр, дворфы этакие — причём все трое какие-то согнувшиеся, горбатые. С трудом семенят мимо охуевшего от таких гостей мальчика и как бы с любопытством глядят на него, но не думают останавливаться — так и идут по комнате с постоянно обращёнными в его

Удар в грудь — такой, что кажется, осколки ребер порежут легкие на лоскуты. Статический писк иголками проткнул барабанные перепонки и вонзился в мозг. Подушка безопасности раздулась, как миссис Паф из «Спанч-Боба», который так любит смотреть Даня, а ремни впились в тело. Запах гари, трудно дышать. И мир вокруг мутный, как будто Витя превратился в рыбу, которая смотрит на подошедших к берегу людей сквозь илистую зеленоватую водицу. Потом краски вернулись, он увидел треснувшую голову манекена, из которой ползло розово-желтое нечто, похожее на пчелиные соты. Несколько секунд потребовалось, чтоб осознать — это голова его жены, а тело сплющено, сдавлено, и лишь кисть — прежняя, нетронутая, с веселым летним маникюром. Пальцы с наклейками-вишенками конвульсивно подергивались, будто пытаясь дотянуться до ручника. Лобовое стекло в сетке трещин. — Папа... папа, мне больно... — Даня хныкал на

Сап, паранормач. Классический якут-кун на проводе. На днях вернулся ненадолго в родные края и купил такую вот книжку. Название можно перевести как «В сумерках. Давайте рассказывать страшилки». Книга довольно объемная, страниц на триста, в ней собраны избранные читательские письма в редакцию якутского журнала «Куо», где они рассказывают обо всяких страшных случаях из своей жизни. Я, если честно, в душе не ебу, что это за журнал такой, но истории вроде годные, самая что ни есть фольклорная якутская крипота. И я подумал — почему бы понемногу не вкидывать их в новый Якутия-тред в вольном переводе? В общем, добро пожаловать. Снова. История первая. Две старушкиДело было в советское время. В одном из совхозов стоял разгар летнего сенокоса, и после длинного трудового дня группа молодёжи из числа колхозников возвращалась домой, сидя на кузове грузовика ЗИЛ. Уже приближаясь к деревне, они увидели

Сап, снач. Я тот анон, который несколько лет назад создал тред про якутские крипипасты и кидал их сюда (как я понимаю по результатам Гугла, теперь тот тред и те пасты стали платиновыми). Много чего произошло в моей жизни с того времени, сейчас, например, я уже не живу в Якутии. Короче, почитал тут собственные истории, поностальгировал и подумал — а почему бы не попытаться возродить ту ламповую атмосферку и не кидать понемногу в /sn/ остатки якутских страшилок, которые я знаю? Понятно, что вернуть наш 2012-й не удастся, но, учитывая, во что превратился снач за это время, хуже не будет. Буду кидать пару палок паст в неделю, на большее нет времени. Плохо то, что почти все классические пасты, которые я знал, уже расписаны, и придётся напрягать память и описывать не самые лучшие образцы якутской крипоты, да и большинство из них достаточно однообразны, если честно. Так что хз, взлетит ли.

Еду в Смоленск оформлять машину. Солнечный летний день, на заднем сиденье — еда, напитки, теплое одеяло. Возможно, придется переночевать. Перекуры, сон минут на двадцать, бутерброд. Снова в путь. Ровная прямая дорога. Через несколько часов таможня. Оформление. Скучные лица. Бумаги, ксерокс. Оплата издержек. Водители огромных фур. Сигареты, очереди, ожидание. Далеко за полночь — обратно. Машин мало. Встречные водители вежливо переключаются на ближний свет. Начинаю засыпать. Знаю, что в таких случаях ехать дальше нельзя. Через некоторое время — сьезд с шоссе, осторожно сьезжаю. Асфальтовая дорога выводит на пустырь. По краям — лес. Ухабистая земляная площадка. Останавливаюсь в центре, раскладываю задние кресла, расстилаю одеяло. Тихо. Почему-то не хочется выключать свет. Докуриваю сигарету, ложусь, выключаю лампу и фары. Некоторое время верчусь, потом засыпаю. Сон темный, как лес вокруг

Илья сидит за кухонным столом, нервно ссутулившись над чашкой остывшего кофе. Темнота в окне то и дело вспыхивает белым, обозначая рельеф черной ваты грозовых туч. Дождь колотит по стеклу нескончаемой дробью. Крошечный циферблат на микроволновке высвечивает «23:37», и это значит, что осталось совсем немного. Глотнув из чашки мутной горькой жижи, Илья морщится. За последнюю неделю он привык к непрекращающемуся ощущению тревоги. Как будто внутри поселился большой нахохлившийся ворон, что раз за разом вздрагивает, царапаясь маленькими острыми когтями. «23:38». Двоеточие на циферблате мигает, отмеряя уходящие секунды, приближая к неизбежному. Сегодня будет так же, как вчера и позавчера. Как неделю назад, когда это случилось впервые. В тот день Илью наконец выписали из больницы, и он надеялся, что сможет лечь пораньше, чтобы хоть немного отдохнуть перед работой. «23:39». Кофе в кружке идет

ВНИМАНИЕ: история содержит сленг, жаргонизмы и ненормативную лексику. Вообще, по части всякой крипоты Якутия — это просто Клондайк какой-то. Почти вся республика — сплошные лесные массивы, в 99 % которых никогда не ступала нога человека. Площадь у Якутии такая же, как целая Индия или шесть Франций. Когда едешь ёбаных шесть дней через нескончаемые леса, чтобы добраться из одного населённого пункта в другой, это поневоле доставляет. В общем, крипоте есть где развернуться, и в местном фольклоре крипипасты занимают одно из самых почётных мест. История первая. Неудавшееся гаданиеПервая история будет связана с гипотетическими местными подводными духами — «сюлюкюнами». Коренная якутская вера — это классическое язычество: каждая местность и каждая важная область деятельности наделены духами, которые за них отвечают. Впрочем, после присоединения Якутии в состав России в XVII веке местная вера в

Тещин язык – это севастопольская дорога, располагающаяся относительно на окраине. Она идет вниз от поселка Дергачи к городку Инкерману, официально входящему в состав Севастополя. Тещин язык является частью Лабораторного шоссе и имеет другое простонародное название – Инкерманский серпантин. Дорога эта длинная, узкая и извилистая, поэтому аналогия с речевым органом сварливой родственницы, полагаю, понятна. Место вполне реальное, его можно найти на любой соответствующей карте. События, о которых я сейчас расскажу, произошли со мной в ноябре 2012-го года, а сейчас на улице сентябрь 2013-го, то есть с тех пор прошел практически год. Вероятно, для многих данная история станет обычным вечерним развлечением из серии «пощекотать нервишки», но я ставлю перед собой цель предостеречь людей, которые, как и я, могут иметь неосторожность попасть туда в самое неподходящее время. Да и выговориться,

Живу я в большом южном городе. На улицах, в какое время суток ни выйдешь, всегда кто-то есть. Но был у меня один очень интересный случай... Зима. Я поехала к подруге после работы. Засиделись мы с ней до полуночи, а завтра на работу. Быстренько попрощались, я села в машину и, почти не прогревая, поехала — дома-то муж уже волнуется. Выезжаю из двора на дорогу, смотрю — а там туман спускается. Ну, думаю, успею доехать, пока совсем не заволокло. По этой дороге ездила уже не первый раз, и казалось, что даже руки помнят, куда домой рулить. Еду, задумалась и как-то проморгала момент, когда туман совсем спустился. Ничего вокруг не видно — ни что впереди творится, ни где обочина начинается. Еду, так сказать, на ощупь. Страшновато стало — мало ли какой лихач вылетит на меня... Вот и ползла потихоньку. Минут через 15 меня начало настораживать, что ни одной машины мне так и не встретилось — ни

Случай, который произошёл со мной прошлой осенью, никак не укладывается в моей голове, снится, и я просыпаюсь в холодном поту. Вот, хочу с вами поделиться — может мне от этого станет легче. Задержался я в тот день на работе до позднего вечера. Пятница, мои все на даче. Доехал на электричке до моей станции в пригороде, а дальше надо на автобусе. Стою на остановке, холодно, ветер. Неприятная погода. Посмотрел — по расписанию автобуса ещё минут сорок ждать надо. Дай, думаю, может, на попутке за небольшую плату доеду. Сошел на обочину и вытянул руку. Долго стоять пришлось. Машин мало, да никто и не торопился останавливаться. Подъезжает один, сказал ему куда, он такую сумму заломил.. Отказался, в общем. Стою дальше, авось повезет, попутчик появится. Подъезжает старая «семёрка» грязно-малинового цвета. Открываю дверь, заглядываю в салон машины. Такое впечатление, что в морозилку голову