Часть функций может быть временно недоступна, а некоторые элементы работать нестабильно. Возможны небольшие ошибки и перебои. Работа сайта будет восстановлена в ближайшее время.
Не очень давно мне довелось пожить несколько недель в глухой деревне — называется Медвежьи Горы, находится на Урале. В самой деревне всего около двух десятков ветхих домов, сколько жителей — я не знаю. Но все, кого я встречал, были стариками. В одной из лачуг там жила моя прапрабабушка. Ей 90 с лишним лет, её дом — обычная деревянная избушка, даже не покрашенная. Огород давным-давно запущен, растет яблоня, лук и два кустика помидоров. В доме на каждом углу стояли иконы всех размеров. Куда ни глянь — везде эти безжизненные желтые лица, смотрящие на наблюдателя со скорбью и безразличием. Пару слов о деревне. Место это находится в низине, с одной стороны горы, и со всех сторон подступает густой хвойный лес. Есть небольшое заболоченное озеро на противоположной от гор стороне примерно в паре-тройке километров от деревни. По утрам в деревне стоит туман и полумрак — кто живет на Урале, знает,
1 ТЫ РАБОТАЕШЬ В ПОЛУПУСТОМ НИИ В СТАРОМ СОВЕТСКОМ ЗДАНИИ @ ИЗ ШЕСТИ ЭТАЖЕЙ ЗАСЕЛЕНЫ ТОЛЬКО ДВА @ И ТО 3,5 СТАРИКА КОТОРЫЕ КУДА-ТО ИСЧЕЗАЮТ УЖЕ В 15 @ ТЫ НАОБОРОТ ЛЮБИШЬ ЗАСИЖИВАТЬСЯ ДОПОЗДНА @ КАК-ТО РАЗ ЗАШЕЛ В КОНЕЦ КОРИДОРА У СЕБЯ НА ЭТАЖЕ @ УВИДЕЛ ДВЕРИ, ЗАПЕЧАТАННЫЕ В 1987 ГОДУ @ РАБОЧИЕ ЗАДАНИЯ КАЖДЫЙ РАЗ ДАЕТ СТРАННЫЙ ДЕД, КОТОРОГО НИКТО НЕ ЗНАЕТ ПО ИМЕНИ @ ПЫТАЕШЬСЯ ПРОСЛЕДИТЬ ОТКУДА ОН ПРИХОДИТ @ КАЖДЫЙ РАЗ ОН ВОЗВРАЩАЕТСЯ В КОМНАТУ БЕЗ ОКОН И ДРУГИХ ДВЕРЕЙ, ПОСЛЕ ЧЕГО БЕССЛЕДНО ИСЧЕЗАЕТ @ НИКТО НЕ ЗНАЕТ ЧЕМ ОНИ ЗДЕСЬ ЗАНИМАЮТСЯ И ДАЖЕ НЕ УДИВЛЯЕТСЯ ЭТОМУ, НА ВОПРОСЫ ОТВЕЧАЮТ "ТЫ НЕ ПОЙМЕШЬ" 2 ПРИШЕЛ ПРИКАЗ О НАЗНАЧЕНИИ ТЕБЯ ЗАВЛАБОМ @ ПРИХОДИШЬ С НИМ К ТВОЕМУ ЗАВЛАБУ, СУХОМУ ДЕДУ ЛЕТ 70-ТИ @ ДУМАЕШЬ БУДЕТ ЗЛИТЬСЯ, ОРАТЬ @ ВМЕСТО ЭТОГО ОН ГРУСТНО ПОСМОТРЕЛ НА ТЕБЯ И ГОЛОСОМ, ПОЛНЫМ ОБЛЕГЧЕНИЯ ПРОИЗНЕС: @ "НАКОНЕЦ-ТО... СВОБОДА... ПОСЛЕ ДОЛГИХ ЛЕТ...ПОКОЙ
Опасно мало знать. О том не забывая,Кастальскою струёй налей бокал до края.От одного глотка ты опьянеешь разом,Но пей до дна — и вновь обрящешь светлый разум. Александр Поп, «Опыт о критике» (1711) 1 — Здравствуйте, Правда Ивановна. — А, Владимир Нордович! Проходите, проходите, пожалуйста... Присаживайтесь. Ну что, как там мой заказ? — Набросал кое-что интересное. Вот, например, посмотрите... — Ого! Неплохо, совсем неплохо!.. Так, это вообще хорошо... А вот это просто замечательно! Чудесно, Владимир Нордович! Непременно скажу спасибо тому, кто мне вас порекомендовал. Вы действительно дизайнер от Бога! — Это ещё не всё, подождите немного... Последний образчик где-то в папке затерялся, сейчас, ну где же... А, вот, держите. — Что-то я не... Так, стоп. Ну-ка, ну-ка... Ха-ха-ха-ха-ха! Да уж, в чувстве юмора вам не откажешь. Отличная подача, гениально! — Я искренне рад, что вы оценили мою
Когда я пытаюсь воскресить в памяти детские воспоминания, всплывает не так и много: длинный темный коридор, в котором мы с сестрой играли в догонялки, тарелка манной каши, где я уныло ковыряю ложкой, совершенно лысое дерево во дворе, круглый год без листьев. Но лучше всего я помню бабушкину квартиру, где мы жили в детстве, и то, как мы с моей сестрой играли в похороны. Мои родители работали вахтовым методом где-то на Севере, и мы проводили по полгода у нашей бабушки, Бабочки, как мы ее называли. В моих воспоминаниях она скорее напоминает мотылька, закутанного в шали, как в яркие крылья. В молодости она была балериной, и поэтому квартира у нее была весьма примечательной: огромные пятикомнатные хоромы на набережной Мойки, заставленные чудом уцелевшей антикварной мебелью, скульптурами и светильниками. В квартире почему-то все время было темно, скудный свет лился из старинных окон,
Ты начинаешь замечать это слово изо дня в день - листая телефонную книгу, просматривая объявления. В самых обычных местах. Просто слово, которое будто бы царапает твой глаз. Все чаще и чаще оно выскакивает будто ниоткуда: первые восемь букв, выпадающих при игре в "Эрудита", первая ложка Алфавитного Супа, даже тот тупой спам, что шлют тебе на почту. Ты перечитываешь их внимательно. Нет, там всего лишь реклама таблеток и прочая чепуха. Потом это слово начинает возникать там, где ему не положено - в заголовке телепередачи, в названии книги, в расписании движения автобусов, на компакт-дисках, в меню - везде. Оно отвлекает, очень сильно отвлекает, так трудно сосредоточиться, когда оно вновь и вновь перед глазами, когда первые буквы на клавиатуре не ЙЦУКЕН, а ПОМОГИТЕ. Это наваждение пробирает тебя. Кто нуждается в помощи? Кто посылает тебе это сообщение? Почему ты должен кого-то
Они постоянно тебя окружают. Ты видишь их с самого рождения, поэтому относишься к этому явлению совершенно нормально. Ты привык. Создания, на вид безобидны, но стоит тебе расслабиться, они лишат тебя всего - твоих желаний, твоего счастья и, возможно, даже жизни. Ты пытаешься сопротивляться, но все тщетно. Одно из них завладевает тобой, оно знает все твои страхи и тайны. Успешно пользуется этим и тебе ничего не остается, кроме как подчиниться. Ты готов на все, чтобы сохранить жалкую иллюзию своей жизни, своего рабства, если выразиться точнее. Оно ужасно. Всегда рядом. Ночью, утром и днем. Преследует куда бы ты ни пошел. Нашептывает ужасные вещи и ты вынужден послушно выполнить приказ. Вся радость исчезла из твоей жизни, ты безвольное существо, которым управляет нечто, что со временем становится более пугающим и давлеет над тобой. Больше оно даже не пытается скрывать свой истинный облик.
По густым зарослям реки Сенегал пробегал веселый утренний ветер, заставляя шумно волноваться еще не спаленную тропическим солнцем траву и пугливо вздрагивать пятнистых стройных жирафов, идущих на водопой. Жужжали большие золотистые жуки, разноцветные бабочки казались подброшенными в воздух цветами, и довольные мычали гиппопотамы, погружаясь в теплую тину прибрежных болот. Утреннее ликование было в полном разгаре, когда ядовитая черная змея, сама не зная, зачем, так, в припадке минутной злобы, ужалила большого старого павиана, давно покинувшего свою стаю и скитавшегося в лесах одиноким свирепым бродягой. Бешено залаяв, он схватил тяжелый камень и погнался за оскорбительницей, но скоро остановился, решив лучше искать целебной травы, среди всех зверей известной только собакам и их дальним родственникам, павианам. Он давно знал уединенную лощину и не сомневался в своем спасении, если только
Здесь никогда не бывает достаточно темно и тихо. Звуки. Непрекращающиеся, они сверлят мой разум, и я выхожу из прострации. В мутной воде плавают какие-то ошметки, я стараюсь их огибать, но они повсюду, липнут на глазные яблоки, забиваются в ноздри. Повсюду эта грязная серая муть, через которую меня зовет наверх синеватый искусственный свет. Он слепит, выжигает сетчатку даже через почти непрозрачную толщу моей водной темницы. Какая-то слизь липнет к лицу, и я пытаюсь защитить глаза, загораживая их ладонями. В мозгу всплывает мысль, что раньше делать это было гораздо удобнее, но как именно — я не могу вспомнить. Поднявшись на поверхность, я вижу ту же картину, что и в прошлый раз — уходящий в тень свод грота, ставшего моим пристанищем, и подвешенные на тросах люди. Одинаковые, безликие, одетые во все черное со странными масками на лицах. Похожие на диковинных четырехногих пауков. Стоило
Зарёванная и с размазанной тушью – краше в гроб кладут – Тоня Тихомирова заявилась в офис, едва часы одолели третью минуту десятого. Ее подруга по несчастью Любка (им на пару выпало субботнее дежурство) дописала в сканворде « с ы р н и к » и промолвила: - Антонина, точно по расписанию! Тебя случаем не подменили? Тоня драматически упала в кресло. - Лучше бы меня подменили! Потому что я больше так не могу. Любка потыкала в сканворд ручкой. «Вокалист Агаты Кристи Глеб…». Блин, опять в инет лезть надо. - КАК ты не можешь? - Никак! Вот именно что – никак. Это не жизнь, это тупо существование. Любка сочувственно вздохнула. Дай Боженька любой тётке за сороковник так существовать. «Двушка» в Чертаново приватизированная, тачка – КИА Пиканта, раз в год за границу или в Сочи на крайняк… - Я увольняюсь, - сказала Тоня. - А потом какие планы? - А потом повешусь. - Ништяк. – Любка провела юность
Что ни говори, а соседи у нас интересные люди. На нашей лестничной клетке четыре квартиры: одна сдается каким-то мутным личностям в кожаных куртках и спортивных штанах (я, честно признаться, думала, что таких уже не бывает), во второй обитает бабушка, которой в этом году, кажется, исполнилось девяносто пять лет, в третьей тетка-алкоголичка, а в четвертой, собственно, мы. К Маргарите, выпивохе напротив, постоянно ходят в гости ее приятели, разумеется, тоже отменные алкаши. Бабушка, Марья Степановна, – главная местная скандалистка, а люди в спортивках со штрипками и кожанках, во-первых, кажется, не имеют имен, во-вторых, меняются с завидной регулярностью. Маргарита регулярно теряла ключи от двери в парадную и имела чудесную привычку звонить нам в любое время дня и ночи. Вскоре я отключила домофон и дверной звонок, потому что мне надоело, что нас будят в три часа ночи и жеманно и вкрадчиво
В темноте кое-что шевелитсяЭто не слежка. KRIPER.NET использует только необходимые cookies для авторизации, сохранения сессии и работы функций сайта. Рекламных трекеров и аналитики нет.Зачем это нужно