⚙
На сайте ведутся технические работы
Часть функций может быть временно недоступна, а некоторые элементы работать нестабильно. Возможны небольшие ошибки и перебои. Работа сайта будет восстановлена в ближайшее время.
Автобус по трассе. Междугородный рейс, протяженность маршрута больше тысячи километров. Напарник, проехав свою часть пути, спал в выделенной зоне отдыха в задней части салона. Пассажиры равнодушно следили за событиями сериала в экранах телевизора. Ему было скучно. Это чувство стало в его жизни основным с того самого дня два месяца назад, когда он, поддавшись на уговоры брата, ушёл из родного АТП-3 в славном городе Nске, где работал водителем автобуса кольцевого маршрута № 85, который опоясывал весь город по окраинам, один рейс занимал чуть больше двух часов. Вот где скучать не приходилось! Каких только людей не увидишь в зеркале заднего вида, направленном в салон! И все со своими проблемами, заботами, печалями и радостями. И никто не обращал внимание на него – обычного спокойно-хмурого мужика за рулём обычного городского автобуса. Можно было, не торопясь, слегка коснуться сознания
Кухня была крошечной, под стать хозяйке, и такой же захудалой и неухоженной. Отслоившаяся побелка, паутина в углах, рыжий таракан, обосновавшийся на допотопной газовой колонке. Журналистка оперлась о стол, но сразу убрала руки: ладони липли к клеенке. И куда бы гостья ни смещала взор, всюду бросались в глаза признаки упадка, хвори: пятна, сигаретные метки, прусаки, венозные ноги хозяйки, дырявые тапочки. Пахло подгоревшей едой, кошачьей мочой и окурками. Алле Вольновой хотелось выйти на улицу, глотнуть декабрьского воздуха, но она напомнила себе о цели визита. Выдавила вежливую улыбку. На столе шелестел пленкой кассетный диктофон. За окнами перемещались снежные массы, словно кто-то размахивал белым полотнищем, и вырисовывались коптящие трубы комбината. Катерина Тюрина прижала к животу фотографию в рамке, как щитом огородилась. Единственный достоверный портрет Соломона Волкова, зернистый
Удалено по запросу правообладателя.
Несколько старых страшилок, которые рассказывали в детских лагерях в советское время. ------ КРАСНОЕ ПИАНИНО Одна маленькая девочка училась в музыкальной школе и очень любила играть на пианино, но родители не могли себе позволить его себе купить. И вот однажды отец девочки зашел в антикварный магазин и увидел старое пианино — как ни странно, очень дешевое. Продавщицей была старая бабка. Продавая пианино, она наказала, чтобы ей тут же позвонили, если музыкальный инструмент сломается. Пианино привезли домой. Девочка очень обрадовалась этому подарку. Каждый день она играла на нем с утра до вечера. Но вскоре девочка заболела, а пианино сломалось. Родители позвонили старушке, и она пришла ремонтировать инструмент. Зайдя в комнату, она сказала, чтобы все вышли, пока она будет работать. Все так и сделали. Через пять минут старушка вышла. Пианино снова было в рабочем состоянии. Когда девочка
Шаркая пыльными шлепанцами, я медленно шел по загородной дороге, воздух над которой колыхался волнами. На раскаленном асфальте то и дело разливались иллюзорные лужицы и снова издевательски исчезали, стоило немного к ним приблизиться. От сосновых рощ, росших справа, крепко веяло смолой. Звон цикад здесь был настолько громким, что перебивал в моих наушниках легкую музыку, гармонично дополнявшую этот пышущий зноем день. С горизонта, куда убегала дорога, наступали плотные кучевые облака. Надо мной же небо было предельно чистым, и в этой идеальной голубизне резво плавали полупрозрачные червячки и узелки. Как это там называется? Деструкция стекловидного тела, во. Пот на моем затылке образовал настоящую капель, не говоря уже про подмышки. Кроме того, очень хотелось пить, поэтому я решил разворачиваться. Гулять по страшной жаре и продуктивно размышлять о возвышенном можно только до поры до
ВНИМАНИЕ: история содержит ненормативную лексику и жаргонизмы. ------ До тебя никому не рассказывал. Ехал с другом в Витебск. Друг — дальнобойщик, я — так, за компанию увязался, делать нечего было. Рудню проехали. Он срезать решил. По какой-то накатанной дороге. Он там места знает, якобы. Короче, встряли в говнище — грязи по пояс, но вроде деревня недалеко. Пошли за трактором. На подходе ещё какой-то пацан из пролеска выскакивает. Светловолосый такой, глаза голубые, растрёпанный весь. “Местный”, спрашиваем. Говорит “да”. Порасспросили. Говорит трактор есть, проводит, мол. Я леденцов ему из кармана достал в благодарность. Меня укачивает просто иногда. Беру с собой. Короче, блять, идём с ним по деревне. Местные поглядывают, но вроде дружелюбные все, здороваются. А парню-провожатому всё рукой машут и кричат “лисица!”, “лисица идёт!”, “привет, лисица”. Ну интересно же. Спрашиваю, кликуха
Я обычный парень 17 лет. Живу в средненьком таком городе России, особо ничем не увлекаюсь, хожу в школу, а свободное время просиживаю в Интернете. Тем зимним вечером мы с друзьями пили вечером пиво в баре. Немного засиделись, и мне пришлось возвращаться домой уже где-то в полночь, может, даже позже. Доехав до свой остановки, я вышел и спустился в подземный переход, чтобы перейти дорогу. Живу я не в центре города, и в это время суток народу на улице бывает мало. Вот и в переходе никого не было, лишь в самом конце стояла какая-то нечеткая фигура, но я особо не обратил внимания на неё. Когда я прошёл десяток шагов, меня охватило странное беспокойство касательно той фигуры. В голову полезли страшные мысли вроде: «А вдруг он решит меня ограбить?». Я сбавил шаг, и тут у меня потемнело в глазах. Поморгав пару секунд и восстановив зрение, я замер от неожиданности: фигура стояла уже в середине
526 долларов, 34 цента. Это моя зарплата за две недели работы в магазине Трифт-Сак. Хватит на то, чтобы заплатить за квартиру, на бензин и на страховку моей подержанной тачки. Моя квартира — полное дерьмо. Когда ко мне приходила Сандра, она говорила, что мной недовольны даже тараканы. Такие у нее были шуточки. Иногда они меня просто бесили, но теперь я их больше не услышу. Я должен быть в ужасе от того, что случилось, и в то же время у меня просто нет права жаловаться. 44 900 долларов. Над городом поднимается солнце, а я сижу в машине и пересчитываю свой выигрыш. Во что он мне обошелся? Две пачки Мальборо, энергетический напиток Рокстар и личико Сандры. Я нисколько не виноват в ее участи. Мы оба играли как могли. Возможно, ей просто досталась не та карта. Возможно, я играл чуть лучше, чем она. А, может быть, мне просто повезло. Что думаю я сам? МНЕ ПОВЕЗЛО. Сейчас 5:43 утра, и через
Не надеялся и надеется не собираюсь. Ни на кого, ни на что и пускай те, кто ищут причину в моём эгоцентризме, раздутом до размеров Звезды Смерти, позакрывают наглые слюнявые ротики. Пожалуйста. Ну вот так вот, не привык я человеку доверять. С недавнего времени. Знаю, когда дело доходит до поручений нашей команде, сам порой формулирую их так, что при внимательном рассмотрении становится похоже на рецепт участкового терапевта. Это я, если что, аналогию провожу не с бессмысленностью рекомендаций, а с почерком. Я даю задания именно так, криво и непонятно. Уж лучше я, дурак, со своими двусмысленными высказываниями. С другой стороны, доверься какому-нибудь другому человеку из нашей, так сказать, общины-и он сделает всё намного хуже. Опыт, скотина эмпирическая, неоднократно это доказывал. *** Режиссер нашего скромного театра-тот ещё был параноик. Оно и понятно, артист из него дрянной, о чем
Может, было, а может нет, врать не буду. Эту историю услышала еще в детстве, от одной маминой знакомой. Время тогда было социалистическое, коммунизм строили, и всякой мистике значения, упаси боже, не придавали. А она имела место быть. Моя мама, будучи молодой девушкой, вышла замуж и уехала из своей деревни в богатый райцентр. Далеко от дома, но маму это не пугало: рядом был муж, любимая работа, квартира. И ожидание первого ребенка, то есть меня. Связь со своей деревней мама не прерывала, и, когда подросла я, а потом и сестра, мы часто наведывались в далекую, таежную деревеньку, которую я просто обожала. В те времена деревня не выглядела такой убогой и заброшенной, как сейчас. О, в те времена деревня была своеобразной романтикой, даже поэзией, и в таком количестве, как сейчас, народ с неё не бежал. Так, собственно, об истории. У моей мамы в деревне жили родители, мой дед и моя бабушка, к