Я обычный парень 17 лет. Живу в средненьком таком городе России, особо ничем не увлекаюсь, хожу в школу, а свободное время просиживаю в Интернете. Тем зимним вечером мы с друзьями пили вечером пиво в баре. Немного засиделись, и мне пришлось возвращаться домой уже где-то в полночь, может, даже позже. Доехав до свой остановки, я вышел и спустился в подземный переход, чтобы перейти дорогу. Живу я не в центре города, и в это время суток народу на улице бывает мало. Вот и в переходе никого не было, лишь в самом конце стояла какая-то нечеткая фигура, но я особо не обратил внимания на неё. Когда я прошёл десяток шагов, меня охватило странное беспокойство касательно той фигуры. В голову полезли страшные мысли вроде: «А вдруг он решит меня ограбить?». Я сбавил шаг, и тут у меня потемнело в глазах. Поморгав пару секунд и восстановив зрение, я замер от неожиданности: фигура стояла уже в середине

526 долларов, 34 цента. Это моя зарплата за две недели работы в магазине Трифт-Сак. Хватит на то, чтобы заплатить за квартиру, на бензин и на страховку моей подержанной тачки. Моя квартира — полное дерьмо. Когда ко мне приходила Сандра, она говорила, что мной недовольны даже тараканы. Такие у нее были шуточки. Иногда они меня просто бесили, но теперь я их больше не услышу. Я должен быть в ужасе от того, что случилось, и в то же время у меня просто нет права жаловаться. 44 900 долларов. Над городом поднимается солнце, а я сижу в машине и пересчитываю свой выигрыш. Во что он мне обошелся? Две пачки Мальборо, энергетический напиток Рокстар и личико Сандры. Я нисколько не виноват в ее участи. Мы оба играли как могли. Возможно, ей просто досталась не та карта. Возможно, я играл чуть лучше, чем она. А, может быть, мне просто повезло. Что думаю я сам? МНЕ ПОВЕЗЛО. Сейчас 5:43 утра, и через

Не надеялся и надеется не собираюсь. Ни на кого, ни на что и пускай те, кто ищут причину в моём эгоцентризме, раздутом до размеров Звезды Смерти, позакрывают наглые слюнявые ротики. Пожалуйста. Ну вот так вот, не привык я человеку доверять. С недавнего времени. Знаю, когда дело доходит до поручений нашей команде, сам порой формулирую их так, что при внимательном рассмотрении становится похоже на рецепт участкового терапевта. Это я, если что, аналогию провожу не с бессмысленностью рекомендаций, а с почерком. Я даю задания именно так, криво и непонятно. Уж лучше я, дурак, со своими двусмысленными высказываниями. С другой стороны, доверься какому-нибудь другому человеку из нашей, так сказать, общины-и он сделает всё намного хуже. Опыт, скотина эмпирическая, неоднократно это доказывал. *** Режиссер нашего скромного театра-тот ещё был параноик. Оно и понятно, артист из него дрянной, о чем

Может, было, а может нет, врать не буду. Эту историю услышала еще в детстве, от одной маминой знакомой. Время тогда было социалистическое, коммунизм строили, и всякой мистике значения, упаси боже, не придавали. А она имела место быть. Моя мама, будучи молодой девушкой, вышла замуж и уехала из своей деревни в богатый райцентр. Далеко от дома, но маму это не пугало: рядом был муж, любимая работа, квартира. И ожидание первого ребенка, то есть меня. Связь со своей деревней мама не прерывала, и, когда подросла я, а потом и сестра, мы часто наведывались в далекую, таежную деревеньку, которую я просто обожала. В те времена деревня не выглядела такой убогой и заброшенной, как сейчас. О, в те времена деревня была своеобразной романтикой, даже поэзией, и в таком количестве, как сейчас, народ с неё не бежал. Так, собственно, об истории. У моей мамы в деревне жили родители, мой дед и моя бабушка, к

Мы только что переехали в небольшой одноэтажный домик в пригороде. Район — как в детской книжке: спокойный, соседи дружелюбные, белые заборчики, все дела. Стоит ли говорить, что для меня, новоиспеченного отца-одиночки с трехлетним сыном, это был новый этап в жизни. Пришло время преодолеть прошлогодние волнения и потрясения. Гроза казалась мне метафорой этих перемен, последним красочным салютом перед тем, как грязь прошлого смоет с глаз долой. Моему сыну она тоже нравилась, даже когда электричество отрубилось. Эта была первая большая гроза в его жизни. Вспышки молнии озаряли пустые комнаты нашего дома, нераспакованные коробки отбрасывали жутковатые длинные тени, а сын скакал и взвизгивал под раскаты грома. Ему уже давно пора было в постель, а он только-только успокоился и еле смог заснуть. Наутро, когда я пришел, он уже проснулся и улыбался. — Я молнию в окне видел! — гордо заявил он.

Месяц назад Инна переехала в Москву. Вернее, в Подмосковье, но для девушки, всю жизнь мечтавшей вырваться из оков родного индустриального гиганта, разница была несущественная. Час на электричке – и ты уже в столице. Час обратно – и ты в сером уродливом городишке, куда люди приезжают поспать, чтобы утром вновь окунуться в сияние заветной Москвы. Инне везло, она быстро нашла работу. Супермаркет в центре столицы. Неплохой старт, считала она. Впрочем, засиживаться слишком долго за кассовым аппаратом Инна не планировала. Как и тысячи других девочек из провинции, она надеялась встретить того самого москвича, который заберёт её из супермаркета, из съёмной квартиры и под марш Мендельсона поселит в черте МКАДа. Задача, конечно, не из лёгких. Сегодня Инна отработала свой первый день в новой смене: до 22.00. Прибавьте час на дорогу и попытайтесь найти время на поиски жениха. «Ничего, - думала

Я психиатр по профессии. За свою карьеру я сталкивался со многими людьми, у которых были странные и необычные проблемы. Один случай вывел меня из равновесия больше, чем все остальные. Рядом со мной жила семья из трёх человек. Это были супруги, которым было уже за 60 лет, и их сын, которому было около тридцати. Сын, как говорят у нас в Японии, был «хикикомори» — являлся интровертом, замкнутым человеком, отказывался от общения с другими людьми и сам себя изолировал от общества. Соседи никогда не общались с сыном. Люди-хикикомори, как правило, закрываются в комнате и избегают других людей. Я не слышал о нём непосредственно от его родителей — мне кажется, им не хотелось обсуждать это. В Японии люди вообще очень обеспокоены тем, чтобы выглядеть в глазах окружающих пристойно, а если у вас сын хикикомори, то это позор для семьи. Шли дни, их сын стал появляться на улице всё меньше и меньше.

Вам интересно, что происходит в голове того, кто страдает одной из форм шизофрении? Вряд ли больной человек сможет это адекватно сформулировать, ведь ему мешает расстройство личности. К тому же шизофреники далеко не всегда понимают, что они не в своём уме. Да, насчёт галлюцинаций. В кино часто показывают, что перед сумасшедшим возникают образы, люди, существа, которые выглядят настоящими, как часть внешней среды. Однако в большинстве случаев шизофренические видения и голоса возникают внутри головы больного. Люди с подобными расстройствами хотя и теряют способность отличать реальность от бреда, но точно могут сказать, что слышат голос именно у себя в голове, а не откуда-нибудь из унитаза. То же самое с видениями, часто больные люди видят разницу между иллюзией и реально существующими предметами и воспринимают эти видения как насланное проклятье или кем-то внедрённые в их головы

Помер Гоша совершенно бездарно, так же, как он делал и многое другое в своей короткой и непутевой сорокалетней жизни. По его словам выходило, что утром, после того, как он опохмелился и отправился на работу, земля вдруг ушла из-под ног, и он со всего маху ударился головой об асфальт. Искать Гошу начали не сразу — зная загульный характер супруга, жена всерьез забеспокоилась лишь на вторые сутки. Еще через день его нашли в компьютерной базе городского морга судмедэкспертизы, оказавшегося закрытым из-за внезапно наступивших выходных и неведомого широкой общественности государственного праздника. В понедельник наплакавшиеся вволю родственники прибыли в морг, получили Гошин паспорт и опознали вещи. На Гошу многоопытная сотрудница морга смотреть не рекомендовала, потому что в последнее время холодильники в этом заведении не работали. Доверившись ее мнению, вдова не глядя подмахнула акт

Летом, конечно, здорово — особенно когда сессия вместе с практикой уже позади, и можно ничего не делать. С этой целью я и приехал к своей бабушке в Навлю. У нее, как и у многих бабушек, свой участок с домом, баней, кучей загадочных сараев, садом и огородом. Я приезжал к ней во время летних каникул каждый год на протяжении многих лет, хотя Навля, казалось, не меняется — все те же люди, все те же пейзажи. На поверку долгожданное безделье оказалось палкой о двух концах — уже через пару недель мне смертельно надоело шататься по Навле. Если учесть, что алкоголь я не употребляю, то скука мне грозила просто нечеловеческая. Тогда я стал придумывать различные безрассудные развлечения и в конце концов решил исполнить давнюю мечту — залезть наконец-то на участок Кураса и посмотреть, как там вообще у него. Нужно уточнить, почему я вообще так страстно желал попасть к этому человеку. Курас был