– Ты им не достанешься, – прошептала Анава, прижавшись лицом к свертку тряпья на груди. Светало. Светало всегда. Серебро на горизонте никогда не меркло и никогда не ширилось. Оно просто ждало. Слепящий осколок у подножия черного сплошного мрака. Анава повернула Корину к свету, позволяя тому позолотить ее черты. Она провела так уже много часов, глядя на безмятежное лицо дочери. Это ей никогда не надоедало – наблюдать, как та спит, и слушать тихое мышиное шуршание дыхания. Она перехватила ребенка покрепче и двинулась дальше по транзитной магистрали. Каждый шаг давался усилием воли. Ботинки развалились еще несколько недель назад, и окровавленные натертые ноги были закутаны в такое количество тряпок, что казались одного размера с ее аналогично замотанной головой. Пальцы под обмотками покрылись кровоподтеками, замерзли и онемели. С этим ничего нельзя было поделать, так что при каждом уколе

– Это самая странная история, какую мне когда-либо доводилось слышать, – произнес Джоддриг. Он сделал паузу, поочередно глядя на каждое из лиц – Мандельхан, Уст, Падрина – а его растрескавшиеся губы, спрятавшиеся где-то под седой, плотно свалявшейся бородой, тем временем посасывали одну из несвежих полосок пряного мяса: практически единственное, что осталось от их пайков. Уст откинулась на спинку стула и задрала одну бровь, показывая, что заметила его призыв к вниманию. Явно наслаждаясь аудиторией, Джоддриг продолжил: – Мне рассказал ее старый матрос на первом корабле, где я служил – очень мудрый и опытный человек; человек, повидавший все, что могут предложить галактики; человек… – Помилосердствуй, давай уже дальше, – сказала Уст. – К чему спешка? – фыркнул Падрин. – Не беспокоишься же ты, что мы куда-то не успеем. – Ха! Парень прав, – заметила Мандельхан, которая раньше работала на

Запястья, ноги и лоб осужденной женщины были привязаны к креслу приговора, а веки пришиты к коже так, чтобы глаза оставались открыты. Ей вырвали зубы, а рот заткнули священной аквилой в черной коже. На месте ногтей зияли сочащиеся раны. Но, несмотря на все предпринятые меры, от нее исходила жуткая, нечестивая угроза. Взгляд ее налитых кровью глаз был исполнен ледяной ненависти. Исповедник Танатон понимал, что это не пустая угроза. Женщина была психопаткой – чуждой эмоций, возможно, но не чуждой зла. Ее приговорили за серию убийств. Она творила ужасные и безжалостные дела со впечатляющим размахом. Любимым охотничьим угодьем для нее стали нижние жилые блоки Округа XV, в котором проживали работники муниторума с факторумов по производству боеприпасов. В тесных, зловонных трущобах ситуация усугублялась притоком беженцев из отдаленных концов галактики. Убийца подкарауливала своих жертв в их

Кубик не складывался. Артём бился над ним уже третий час, но прогресс не намечался, если не считать, что механик научился довольно быстро собирать любую из его сторон. Но это — предел! Стоило попытаться добавить следующую, как все предшествующие труды шли прахом: квадратики перемешивались, и понять, где они располагались до этого, уже не представлялось возможным. — Проклятье! — Артём в сердцах запустил головоломкой в стену. Разноцветные кубики брызнули в разные стороны с сухим треском. — Успокойся, — проговорил Барт, скосив глаза на механика. — Мы летим всего полдня, а ты уже слишком нервный. — И ты отлично знаешь, из-за чего! — огрызнулся Артём, вставая с кресла. Он прошёлся по кают-компании взад-вперёд и остановился, уперев руки в бока. В бритой макушке Барта отражался свет потолочных ламп. Высокий и широкоплечий, помощник пилота всегда казался спокойным. Вот бы и Артёму научиться… —

— Боцман, системы готовы? — Все на мази, начальник! — Макс, отвечай по форме! На борту новичок, давай без нарушений субординации! — Системы готовы к гиперпрыжку, капитан! — ответствовал боцман — коренастый мужичок с трехдневной щетиной на лице. Ухмыльнувшись, он толкнул Андрея под локоть: — Слышь, перед тобой рисуется. Андрей не ответил, вздохнул с досадой — толчок под руку крутанул звездную карту по оси, и теперь вместо пункта назначения экран отображал кратчайший маршрут до Бетельгейзе. Скрипнув зубами, штурман принялся все исправлять. Из-за таких идиотов он и оказался здесь — сначала тебя толкают под локоть, потом преподаватель на летной практике говорит «Это тебе не понадобится», а следом кто-то удаляет твою курсовую работу с университетского облака — и вот он ты, на занюханной посудине с неотесанными дальнобойщиками. Все потому что никого другого не впечатлила строчка в резюме

«На берегу Большеземельской тундры найден сгнивший остов парусного брига. На корме сохранились две буквы: «Уж…» (Из газет). I Таинственные явления Сначала Пулковская обсерватория, а за нею и другие наблюдали с самого начала года странные, никогда никем еще не описанные, явления. Кроме ученых, следящих за бесконечным простором междупланетного океана в огромные телескопы, к небу издавна стремятся взоры всех людей. Неудивительно поэтому, что в деревнях и в селах люди пожилые, а в лесах охотники, привыкшие доверять звездному небу больше, чем часам и компасу, заметили на луне какие-то зеленоватые вспышки. Они следовали одна за другою через короткие промежутки, и было их всего девять. Так как год был високосный, то старики и старухи, услыхав об «огнях на месяце», решили, что быть неурожаям и пожарам во всей их округе. На этом и успокоились и, как положено от Бога, по заветам дедов и

— Уважаемые пассажиры, просьба до конца полета оставаться на своих местах. Через несколько минут произойдет стыковка со станцией. Благодарим за выбор нашей компании! Люди в корабле зашуршали и закопошились, несмотря на предупреждение пилота. Многие собирали вещи, кто-то успокаивал своих чересчур возбужденных деток, а некоторые только проснулись после включения громкой связи. Все готовились к выходу. Гарик дописал последние строки шапки для своей статьи, быстро пробежался глазами по напечатанному и выключил планшет. Вещей он с собой практически не брал — все самое необходимое уложилось в небольшую спортивную сумку. Оставалось только ждать стыковки. Когда в салоне раздался сигнал и голос пилота сообщил об удачной посадке, пассажиры спешно потянулись к выходному шлюзу, переваливаясь с боку на бок в толпе, словно группка пингвинов. У Гарика закружилась голова, к горлу подступил ком. Он

Солнце ещё только поднималось над горизонтом, а на палубе огромного судна, белоснежные борта которого украшала красная надпись „Академик Владислав Волков“, уже вовсю кипела работа. Два человека в гидрокостюмах друг за другом забрались в батискаф, и, как только поступил сигнал об их готовности к погружению, манипулятор с обманчивой неуклюжестью подхватил его и перенёс через борт. Не прошло и десяти минут, как аппарат скрылся в морской пучине. Изображение на мониторах постепенно темнело по мере того, как батискаф опускался всё дальше в неведомые океанские глубины. Вокруг него вились пёстрые рыбки, привлечённые шумом винтов, но желанием погружаться следом за машиной они не горели, а потому ещё до того, как солнечный свет окончательно померк, не в силах пробиться сквозь толщу воды, она осталась в гордом одиночестве. Как только снаружи стало достаточно темно, что в видимом спектре

Добрый вечер и добро пожаловать, дорогие читатели. Я уверен, что многие из вас читали то замечательное художественное произведение, известное как "SCP-001, история O5". Если нет, то я дам вам время, чтобы вы пошли и сделали это. Я просто посижу здесь, напевая себе под нос, пока вы не закончите. Готово? Хорошо. Вы должны понимать, однако, что эта история рассказана с точки зрения только одного из O5. Конечно, он был первым, но это не значит, что он прав. Я взял на себя смелость расспросить других O5 о Фабрике. И вот что они рассказали. Рассказ O5-2: Фабрика? Это всё моя вина. Я принесла её с собой, потому что думала, что она будет работать. Сделает будущее лучше. Но вместо этого, всё пошло совсем не так. Видите ли, я родом из будущего. Ну, технически это настоящее. Но тогда это было будущее. Я была таким же научным сотрудником, как и все остальные. Но случилась… авария. И меня

1 — Слушайте! — сказал Дирк. — Смотрите! — воскликнул Дэвид. — Чтоб меня черти взяли! — прошептал Тоби и остановил машину. — Выходим, скорее! Он приближается! — закричал Дирк. Он открыл заднюю дверцу и вывалился наружу вместе с целым каскадом удочек, спиннингов, ведер и коробок с червяками. Пока он выбирался из-под груды вещей, остальные уже укрылись в канаве. Дирк одним прыжком оказался там же. Небо было наполнено гулом и ревом. С запада пикировал — казалось, прямо на них — огромный самолет. Солнце блестело на серебристых крыльях, из горящего двигателя вырывался хвост огня. Самолет падал с оглушающим ревом, напоминая комету. Приближаясь с каждой секундой, он казался все больше и больше. Приятелям показалось, что он врежется в землю прямо там, где они спрятались, но самолет просвистел в сотне футов у них над головой. Молодые люди зажали уши — волны рева терзали их, словно физические