Как говорится, ничто не предвещало. Я шлёпала разваливающимися сапогами по снегу и думала тяжкую думу о смысле моей жизни. Вот в чём он? Муж - неудачник, дети - двоечники и вруны, денег вечно нет. И обуви другой нет, кроме вот этих сапог, убитых кроссовок, ну и ещё летних тапочек. И как у людей получается хорошо жить, вкусно есть, отдыхать на морях и учить детей в университетах? Моим не то что университет, даже училище не светит. Почему одним всё, а другим ничего? Ну чем я хуже вон той крали в шубе? Ишь, уставилась! Сотри брезгливость с лица, можно подумать, сама на шубу заработала! Машину я заметила, но было поздно. Сильным толчком меня отбросило с дороги, и я больно – жидкий капюшон не спас – ударилась головой о металлический заборчик вокруг клумбы. Заохала, еле-еле встала и огляделась. Машины не было - уехал, гад. Кое-как поковыляла, до дома всего ничего, полквартала. Голова

Недавно выбрались с компанией на шашлыки. В компании были и незнакомые мне люди. Сидим, общаемся. И тут один парень говорит своей девушке Ирине: "Расскажи свою историю, расскажи!" Ей явно неприятно ее вспоминать, она отнекивается. Но нам же любопытно, так что уговорили ее рассказать. История, по моему мнению, довольно жуткая. Делюсь ею и с вами. Дело было в августе прошлого года. К трем часам Ирине предстояло пойти на собеседование. Вышла заранее, решила прогуляться пешком. Городок у нас небольшой, живет она в центре, а место работы находится возле центра. Погода хорошая, городок зеленый, в листве утопает. Отчего же и не прогуляться? Заодно и морально к собеседованию подготовиться. Надо было пройтись по центральной улице, а затем свернуть на побочную. Идет она по центру, машины гудят; люди, разморенные жарой, мимо проходят; солнце светит. В общем, активная летняя жизнь. Ирина

Я разломал свой стереоскоп. В нем были не простые оптические стекла; в нем были как бы двери в некий мир, недоступный для нас; и вот я наглухо завалил таинственный вход. Он был чьим-то великим изобретением, но чьим, я не знаю и никогда не буду знать. Мне отворены были двери в те области, куда человеку недозволено проникать, куда он может лишь заглядывать; для меня исчезла непереступаемая грань между тем миром и нашим. Но в ту памятную ночь в порыве ужаса я разбил молотком линзы стереоскопа, чтобы положить вновь меж собой и его страшным миром прежнюю грань. Заметил ли ты, что фотографические снимки обладают странными чарами? Они все, простые и двойные для стереоскопа (эти бывают на бумаге и прозрачные на стекле), загадочно влекут к себе; и тем сильнее, чем старее фотография. Глядит с них какой-то мир, особый, в себе замкнутый; он безмолвен, мертв, застыл и недвижим; в нем нет живых

Прежде чем я начну свой рассказ, хочу предупредить. Никаких веществ запрещённых от роду не принимал, болезней с психикой мне никогда не диагностировали. В таких историях все обычно клянутся, что они чуть ли не святые: не пил, не курил, за ЗОЖ выступал. А я не такой. Честно скажу, что иногда выпивал. По праздникам, или по выходным с другом, с семьёй. Естественно, в умеренном количестве. Но не может пара бутылок пива в пятницу стать катализатором того ужаса, что я пережил. Я не сумасшедший! Да, мои близкие люди со мной не согласятся. Они очень боятся и переживают за меня. И мне тоже страшно. Наш мир полон тайн и загадок. Я тянулся к ним, совал нос куда не следует, за что и поплатился. Если быть честным, я и сам не до конца понимаю, как так вышло… Как моего лучшего друга просто стёрло из нашего мира? Меня зовут Андрей. Я самый обычный человек, если не брать во внимание моё хобби. Я

Тварь наблюдала за ними много лет. Прилетала в канун Нового года в их небольшую квартиру в блочной пятиэтажке, занимала уютное местечко на платяном старом шкафу и глядела. Глядела, как эти двое – мужчина и женщина, ставили в маленькой комнатёнке пахнущую смолой и хвоей ёлку; наряжали её старинными стеклянными игрушками (наверняка, передающимися из поколения в поколение); вешали сверкающую разноцветными огоньками гирлянду на окно; прятали подарки под мохнатые еловые лапы. С виду самая обычная пара. Она – невысокая и русоволосая, с миловидным лицом и яркими васильковыми глазами, красивыми, только очень печальными. Он – коренастый и широкоплечий, черноволосый и кареглазый, суровый и хмурый. Они никогда не разговаривали, только время от времени бросали тревожные взгляды друг на друга и робко улыбались, будто затеяли нечто не очень-то хорошее. На самом деле они просто ждали наступления

Я злился, потому что не мог найти степлер. Как назло, в последний предновогодний рабочий день документов была не просто куча – казалось, они готовы выселить меня из кабинета. В офисе еще пытались работать: мне на подпись периодически что-то приносили, но через раз это были конфеты и мандарины. Я израсходовал уже все скрепки, душа просила холодного шампанского, а не вот это все. В какой – то момент я просто решил дать себе десять минут на перерыв. Закрыть глаза, подумать о хорошем, попытаться не вспоминать про предстоящие суды по разделу имущества и необходимость возвращаться в пустую квартиру. Заперев дверь, и предвкушая, как закину ноги на стол, я машинально перевел взгляд на пол, и – оп-па! Вот он, родной - хороший, степлер, выглядывает из-за тумбочки! Сейчас я тебя подниму, и как скреплю все допники, как кину их к чертовой матери в лоток для делопроизводителей… Наклоняясь вниз, чтобы

- Пап, а долго ещё ехать? – снова заныл Тим на заднем сиденье. - Кажется, - отец взял в руки мобильник и сверился с навигатором, - ещё пару поворотов и мы на месте. - Следи за дорогой, Эдди. Женщина на переднем сиденье отстегнула ремень безопасности и повернулась к сыну, который обнимался с серым плюшевым зайцем. - Всё хорошо, скоро будем. Эдди, - взглянула она на мужа, - Мне кажется, что чего-то не хватает. - Не беспокойся, это всегда так перед праздниками. Хлопоты, подарки. Но в этот раз, нам ничего делать и не придётся. Что может быть лучше, чем справить новый год в одном из лучших отелей пригорода. Клер хотела сказать, что дома было бы уютнее, но слова почему-то застряли в горле. - Знаешь, Эдди, такое чувство, словно мы забыли дома кошку. - Смешно. С твоей аллергией на животных, - ухмыльнулся Эдди, и резко повернул руль вправо. - Это просто сравнение. Но ради вас, мои мальчики, я

— Да как вы мне все, блять, дороги! Я вообще спокойный и сдержанный, вывести меня из себя довольно проблематично. Но если у кого-то получается, то всё, тушите свет. Абсолютно неконтролируемая ярость застилает мне глаза и заставляет говорить и делать то, о чём я потом буду очень сильно жалеть. Раздался звон битого стекла. Это упал со стола стакан, когда я под отборный трёхэтажный мат уебал по нему кулаком. — Успокойся, — с металлом в голосе сказала матушка. Слово «успокойся» подействовало как красная тряпка на быка. Как будто кто-то кинул ментос в колу, пытаясь остановить извержение из бутылки. — Иди нахуй! Повисла мёртвая тишина. Я впервые так сильно сорвался на мать. — Рот закрой, щенок! Батя. — Немедленно извинись перед матерью! Его ебало побагровело. Да, именно ебало. В ту секунду лицом «это» назвать было сложно. — Пусть ебло для начала завалит и начнет следить за тем, какие помои из

Где находится все то мистическое и фантастическое, что случается с людьми? В их головах или в самой вселенной?.. Даже если правдив первый вариант, это не отрицает существование чего-то сверхъестественного. Вопрос лишь в том, где оно находится? После встречи с этим существом подобное стало интересовать меня еще больше, чем обычно. Имя существа, названное им же лично мне, – Ком. Преимущественная зона его действия – сны человека. Преимущественная, однако я не уверен, что единственная. Может ли он наблюдать и за реальным миром? В конце рассказа вы поймете, почему у меня возникли такие мысли и сомнения. Разумность этой сущности может быть куда выше человеческой, однако сила сознания, похоже, ровно и четко совпадает с таковой у человека, к которому пришел Ком. Настоящая цель его прихода остается неопределенной, однако сущность привлекает эйфория, которую она стремится погасить и уничтожить во

Линия между мирами становится всё более и более размытой. Виновато ли в этом я? Определённо. Существую ли я сейчас? Вопрос не из лёгких. Наверно, да, раз я меняю мир. Пусть и к худшему, хоть это и не то, чего я всегда хотело. Всё началось, когда я было человеком. Уже тогда, наверно, я существовало на линии границы. Меня не замечали, а когда замечали, только чтобы поиздеваться. Уже тогда я начало уходить в другие миры. Не фигурально. В детстве легче пересечь грань. И пока ты ребёнок, ты можешь вернуться. Я всегда возвращалось. До поры до времени. Я забыло, во сколько я уже не смогло вернуться в обычный мир. Я было взрослым? Наверно, да. В тот день всё случилось из-за автобуса. Его я помню как никогда. Меня всегда завораживали автобусы. Ведь когда ты едешь, ты как бы нигде. Ты не там, где ты начало своё путешествие, ты не там, куда стремишься. Особенно это видно на путешествиях на дальние