Часть функций может быть временно недоступна, а некоторые элементы работать нестабильно. Возможны небольшие ошибки и перебои. Работа сайта будет восстановлена в ближайшее время.
Утром после еды — пока было сухое молоко, я варила им кашу — шли наверх, а если было нельзя, играли здесь, внизу. Мы долго не знали, как сказать, что за ними никто не придёт, ведь остальных уже разобрали, и почему на улице всегда сумерки. Но ведь не скажешь, что горит нефтезавод, а их уже некому забирать. И мы — это Ольга придумала — объявили им, что Бармалей украл солнце, и папы ушли воевать с ним, а они пока будут жить здесь, с нами. Они приняли эту новость спокойнее, чем я ожидала, только Лиза тихо спросила: — А мамы? И Ольга — вот молодец не растерялась — весело и чётко, как на утреннике, сказала, что мамы ушли вместе с папами, чтобы готовить папам еду и перевязывать, когда их ранит в бою. И ещё сказала, что мы будем играть в Убежище: спрячемся в подвале, и пусть Бармалей попробует нас найти. И тут же добавила, нужно говорить — Он, Тот, Другой, а то он услышит своё имя и придёт, а
…Уже совсем стемнело, но Вика не зажигала свет. Тихо сидела у стола и плакала, закрыв лицо руками. Ее плечи подрагивали. Желудок давно просил есть, но ей было все равно. Обидные слова матери не шли из головы, хотя молодая женщина и знала, что мать права, скорее всего. А началось все примерно с год назад, когда ее мужа, офицера, отправили в Афганистан, «протягивать руку помощи братскому народу» - как сказал муж. Только вот выходила сия услуга помощникам боком - сколько вон вернулось оттуда инвалидами да в гробах – не пересчитать! Но что Виктория могла поделать? От ее желания – чтобы муж не ехал туда - ничего не зависело. Они с Игорем прожили уже три года в браке, жили в согласии, любили друг друга, в планах было завести ребенка, но теперь этот вопрос был временно снят с повестки дня, до возвращения мужа. Игорь уехал, и для Вики, потянулись долгие дни и ночи ожидания. Кому доводилось
Прежде, чем я начну свой рассказ, я предупрежу, что я не знаю точного расположения этого места. По крайней мере я думаю, что смогу найти его ещё раз, если мне это понадобится. Также я не рекомендую читать мой рассказ людям со слабой психикой, несмотря на то, что в нём не будет крови и «мяса». Но если нервы крепкие — читайте до конца. Началось всё с того, что я услышал от одного коллеги-военного, что в нашей области недалеко от города Мирный под старыми неиспользуемыми стартовыми площадками космодрома Плесецк есть заброшенный бункер, стандартный шестиуровневый бункер, в котором в самом низу на седьмом уровне, которого по документам якобы не существует, хранились приборы с катализаторами-поглотителями водорода, состоящими из большого количества платиновых пластиночек. И что якобы часть приборов так по-прежнему там и хранится, и что было бы хорошо туда наведаться. Я не стану отнимать у
Вы когда-нибудь задумывались над тем, что возможно мы не одни населяем окружающий нас мир. Я сейчас говорю не о животных и насекомых, а о существах, обладающих интеллектом, сопоставимым с нашим или превосходящим его. Эти существа, будучи недоступными для наших органов чувств, незримо и властно вмешиваются в ход нашей истории. Человеку, который родился и вырос в СССР, такие мысли были чуждыми. Нам с детства внушали, что подобное “мракобесие” является преградой на пути к счастливому коммунистическому будущему. Естественно, я, как убежденный материалист, думал точно так же. Но жизнь - довольно сложная штука. И однажды мне довелось убедиться в том, что совсем рядом с нами обитают очень коварные сущности, которые совершенно не питают нежных чувств к человеку. Выпало мне в своей советско-комсомольской молодости послужить Отечеству. Служить пришлось смотрителем маяка, который располагался на
Припадочная Матрена уже в феврале знала, что в июне начнется война. Так и сказала всем собравшимся у сельмага, что двадцать второго числа, под самое утро, станут немецкие бомбы на людей падать, а по земле, будто беременные паучихи, поползут железные чушки с белыми крестами. Мужики помрачнели: Матрена зря слова не скажет. Что бы там в газетах ни писали, но раз припадочная сказала, значит, все по ейному и выйдет. Так все и вышло. Ходили потом к припадочной Матрене и мужики, и бабы, спрашивали, когда война кончится, да что со всеми будет. Только молчала Матрена, лишь глазами кривыми страшно крутила да зубами скрипела, будто совсем ей худо было. Одному Коле Жухову слово сказала, хоть и не просил он ее об этом. — Уйдешь, Коля, на войну, когда жена тебе двойню родит. Сам на войне не умрешь, но их всех потеряешь… Крепко вцепилась припадочная в Колю, как ни старался он ее стряхнуть, а она все
Эта история началась во время Великой Отечественной войны. Дед ушел на фронт. В оккупации осталась моя бабушка (тогда еще молодая женщина) с двумя детьми. По нашей улице (частный сектор) румыны часто гнали евреев на сборный пункт. Местным жителям запрещалось выходить и открывать калитки. Соседке напротив - еврейская женщина - перебросила через забор ребеночка. Румыны не заметили, но через несколько часов целенаправленно зашли в дом, нашли ребенка и расстреляли соседку, ее родителей и детей. Кто донес? Подозревали соседку слева от бабушки, ее окна выходили на улицу и еще к нам во двор. Но это только догадки. Все стали бояться друг друга, а спрятать кого-нибудь было смерти подобно. И не только своей, а что самое страшное - близких. Была уже ночь, когда кто-то поскребся тихонько в окошко, выходящее в собственный двор. Когда бабушка вышла, на пороге увидела женщину. Кто она - бабушка сразу
Мне было всего 10 лет, когда прадеда Фёдора сбил насмерть грузовик. Фёдор был увлекающимся человеком. Совершал непредсказуемые поступки. Ему как будто захотелось погонять голубей на проезжей части. Дедовская смерть, быстрая и неловкая, произошла у меня на глазах. В тот осенний день мы гуляли по Старому Арбату. Я всегда называл Фёдора дедом, потому что настоящий мой дед, Максим Фёдорович, погиб задолго до смерти своего отца и до моего рождения. Да и странным это казалось, называть живого человека в лицо прадедом. Мы шли вдвоём, и дед рассказывал о себе. За 90 лет у него скопилось много историй, в которых он находился на краю гибели, но по счастливой или глупой случайности выжил. Например, в 17 лет он должен был удавиться петлёй, в которую полез из-за бабы. Но хлипкий потолок барака попросту не выдержал его веса. Доски взвыли и с хрустом обломились на голову молодого деда. — Валяюсь весь
Я родилась в очень верующей семье и будучи заинтересованным ребенком во всякой нечисти, родители пытались "вправить" мне мозги разными страшилками, пытались запугать и все такое, но ничего не помогало. Мать была уверена что мои увлечения наведут на семью порчу или чертей :) И она рассказала мне историю которая произошла на их улице с их соседями, где мама когда-то жила. Местная церквушка эту историю рассказывала в каждый праздник. Конец войны, люди которые смогли выжить возвращаются домой. В их городке уже почти все вернулись живыми или мертвыми и несколько семей еще ждали своих мужей и сыновей. В соседнем доме от дома моей прабабушки Клавы жила женщина Валя которая ждала мужа и сына. И вот ночью, сидя на кухне, она видит соседку в окно которая ее подзывает и та говорит "Валя ты чего оглохла? К тебе в ворота стучатся 2 солдата!", женщина чуть дар речи не потеряла,
ВНИМАНИЕ: история содержит ненормативную лексику и жаргонизмы. ------------------------------------ С 8 класса Ванюха серьёзно занимался пожарно-прикладным спортом, достиг на этом поприще кое-каких успехов, а потому, когда пришло время отдавать священный долг Родине, был сильно разочарован, что призывают его в войска связи, а не в МЧС. Он даже ходил со своей бедой к военкому. Немолодой, усталый подполковник, отнёсся к Ванюхе благожелательно: внимательно выслушал сбивчивую взволнованную речь, затребовал дело; полистал, усмехнулся и сказал: - Не печалься, боец. Служить будешь в ВПК (военно-пожарная команда). Не смущайся, что связь – связисты разные бывают. А служба тебе интересная досталась… Заинтриговал, чёрт! На призывном Ванюха обнаружил в своей команде несколько парней, с которыми был знаком по ППС – и окончательно успокоился: не обманул его военком. Куда собираются отправлять – никто
Когда мне было четырнадцать, отец, вдовый отставной офицер, решился на новый брак. Казалось, всё складывалось идеально, как в доброй семейной комедии: я получаю хоть и приёмную, но мать, а её десятилетний сын – крепкую отцовскую руку и старшего брата в придачу. Вот только киношного сюжета, где герои вместе проходят через весёлые приключения, сплачиваются и становятся полноценной семьёй, не получилось. Получился другой. Торопиться и сразу покупать общее жильё мы не стали, план был прост и разумен: мы переезжаем из своей «однушки» в их «двушку», спокойно живём, привыкаем друг к другу, а затем продаём обе квартиры и приобретаем общую трёхкомнатную. Нельзя сказать, что после того, как мы стали жить вместе, для меня очень уж многое изменилось. Мачеха не вмешивалась в мои дела, не навязывалась и вообще мало мной интересовалась – меня это вполне устраивало. Отец же, видимо, не собирался сразу
В темноте кое-что шевелитсяЭто не слежка. KRIPER.NET использует только необходимые cookies для авторизации, сохранения сессии и работы функций сайта. Рекламных трекеров и аналитики нет.Зачем это нужно