Хочу рассказать историю, которая случилась со мной в детстве. Эта история не выдумана — пишу все, как помню. Столько лет прошло, но я до сих пор помню некоторые моменты ясно и четко. Даже самые запоминающиеся сны не держатся столько в голове, поэтому я уверен, что это был не сон. Мне было 5-6 лет, когда родители стали укладывать меня спать в комнатк дедушки. Я его плохо помню — вспоминается, как он лежал в этой комнате и читал книжки. Я совсем не помню, как он умер; бабушка умерла раньше него, и этого я тоже не помнил. Бабушка с дедушкой не были мне родными — они были родителями моего отчима. Я почти не боялся темноты. Засыпал лицом к двери, которая была открыта в освещенный коридор, и мог наблюдать, как мои родители ходят из большой комнаты на кухню. Коридор был освещен одной обычной лампой накаливания, и я лежал в полумраке. За моей кроватью было окно, из него перепадало немного

Морозило, шёл снег, на улице становилось всё темнее и темнее. Это было как раз в вечер под Новый Год. В этот-то холод и тьму по улицам пробиралась бедная девочка с непокрытою головой и босая. Она, правда, вышла из дома в туфлях, но куда они годились! Огромные-преогромные! Последней их носила мать девочки, и они слетели у малютки с ног, когда она перебегала через улицу, испугавшись двух мчавшихся мимо карет. Одной туфли она так и не нашла, другую же подхватил какой-то мальчишка и убежал с ней, говоря, что из неё выйдет отличная колыбель для его детей, когда они у него будут. И вот, девочка побрела дальше босая; ножонки её совсем покраснели и посинели от холода. В стареньком передничке у неё лежало несколько пачек серных спичек; одну пачку она держала в руке. За целый день никто не купил у неё ни спички; она не выручила ни гроша. Голодная, иззябшая, шла она всё дальше, дальше… Жалко было

В сущности, Мэри была очаровательной маленькой девочкой — но лишь до тех пор, пока ей не отрезали голову. О, занятие это доставило им массу удовольствия… впрочем, позвольте мне вернуться немного назад и начать все сначала. Так вот, «ими» я называю двух самых обычных, спокойных и даже тихих мальчиков, которые жили в соседнем доме. Настоящих друзей у Мэри не было, и потому она изредка играла с этими мальчиками, которые к тому же были родными братьями. Другие маленькие девочки вроде нее, жившие по-соседству, недолюбливали Мэри и нередко дразнили по поводу и без повода. Может, это было потому, что всякий раз, когда мать Мэри видела, как ее дочь играет с другими девочками, она сразу же звала ее домой, поскольку считала всех других девочек — разумеется, кроме собственной дочери, — испорченными, плохими и вообще неподходящими для того, чтобы ее ребенок проводил с ними свое время. Видимо,

Часто бывает важно, кто именно рассказывает тебе историю. Моя мама — человек очень рациональный, вменяемый, а главное, она такая с раннего детства, бабушка так воспитала. Ко всему прочему, она еще и патологически честный человек, поэтому будь история, которую я сейчас расскажу, выдумкой, она бы мне в этом давно призналась. Итак, когда моя мама была маленькой (но уже училась в школе), она очень боялась ходить по коридору мимо открытой двери в темную ванную. Как это часто бывает, объяснить свой страх она никак не могла. И вот однажды, почти что пробегая мимо, она очень четко услышала негромкое хихиканье нескольких тоненьких голосов. Да, именно из ванной. Так повторялось не раз, и маме казалось, что голоса хихикают все громче и громче, просто заливаются, веселясь над тем, как она мимо них бегает, и шелестят занавеской. А однажды ночью те, кто хихикали, пришли к ней в комнату. Мама

Произошло это, когда мне было 12 лет. Типичный летний лагерь. Кажется, «Орленок» назывался. Рядом был еще один — то ли «Луч», то ли «Заря». Очень большой. Очень красивый. Заброшенный уже лет двадцать. Рядом с ним был странный бетонный погреб, хотя все называли его «бункером». Дверь на нем была очень массивная, зеленая. Выглядела она вполне рабочей и смазанной. И вот мы с моими лагерными друзьями Лёхой и Вадимом как-то, лежа в палате после отбоя, решили сходить туда, нервишки на крепость проверить. Через час после отбоя мы навострили лыжи и прокрались мимо комнаты вожатых. Это было легко — вожатые вроде бы тихо разговаривали о своем. Затем быстрым, но не очень уверенным шагом все двинулись к задним лагерным воротам. Никто не обратил внимание на трёх молокососов, бегущих к выходу в глубь леса. Ощущения сначала напоминали, как будто ты приглашаешь девчонку на «медляк», и шагали мы от этого

Это произошло в девяностых годах в Калининграде. Мои родители уехали на заработки в Польшу, а меня оставили у бабушки в старой «хрущёвке» на окраине города. Я только перешёл во второй класс, а вся дворовая компания была как минимум на пять лет старше меня. Из-за этого, несмотря на строгие запреты, я часто уходил играть на другую улицу. Довольно скоро у меня появились знакомые. Не могу сказать, что мы были друзьями, но у меня просто не было выбора, да и мозгов, чтобы понять, что меня просто используют, мне тоже недоставало. Развод был прост: меня брали «на слабо», предлагая спор, который я выиграть никак не мог, а потом напоминали, что для настоящего мужчины долг — это дело чести. Отдавал долг я конфетами или мелочью. Они хорошо играли свою роль, и я был постоянно должен. Не помню, как меня заманили на развалины старого немецкого здания. Я должен был спуститься по узкой лестнице, открыть

Когда я была маленькой, мы с мамой жили в старом доме у бабушки. Я часто хулиганила, и мама пыталась меня приструнить, пугая Бабайкой. При малейшей провинности она грозила, что отдаст меня Бабайке, и помаленьку я начала верить маме. Я видела странных существ в доме, которые каждую ночь приходили ко мне, чтобы всласть меня испугать. А когда я забывалась сном, они продолжали преследовать меня и в кошмарах, не давая ни минуты передышки. Звать маму было бесполезно. Она приходила, и с усталой злобой твердила мне, что если я не улягусь спокойно спать, она отдаст меня Бабайке. И Бабайка ждал этого часа, ждал за старым платяным шкафом. Он скалился мне и покачивал головой, жадно ловя мамины слова. Я до смерти боялась, что однажды она произнесет: — Все, Бабайка, забирай мою Катю! Итак, каждую ночь я тихо лежала и видела, как из под моей кровати вылезала человекоподобная тень, а из-за шкафа мотал

Я родился в 1980 году и 11 лет прожил в СССР. Это было особенное время. Всё было как-то легко. Все друг друга знали, одни и те же люди в одних и тех же квартирах жили по много лет (а может, и сейчас живут, тащат за собой прошлое). Помню старое кладбище, где были похоронены многие знакомые мне бабушки и дедушки со двора, воспитателей в детском саду, преподавателей в школе... Жил я в Украине, в городе Донецке, и, хотя уже много лет живу в Москве, своим домом считаю именно Украину. Раз в год я приезжаю туда повидаться со старыми знакомыми и родственниками. Кажется, там ничего не изменилось — всё те же старые соседи, всё те же старые продавцы в оставшихся еще с советского времени магазинов. Всем уже лет за 50-60. Что больше всего мне запомнилось с детства — это моя школа. Это была незабываемая пора. Я учился в очень неплохой школе с достаточно интересными людьми. Там была моя первая

Случилось это достаточно давно (мне было 14 лет), и я так и не поняла, что это было, а очень хотелось бы. Сразу скажу, что хотя случилось это ночью, когда я спала, у меня было полное ощущение реальности. Я всегда могла отличить сон от реальности, хотя, пожалуй, это был единственный случай, когда я сомневалась. Впрочем, все сомнения развеялись утром... Во второй половине ночи, около 4 часов, я проснулась от звука льющейся на пол воды, звука достаточно громкого. Я подняла голову, посмотрела — в углу моей комнаты кто-то стоял ко мне спиной, лицом в угол, и что-то лил на пол. Я сама не видела, что именно он лил и из чего, но звук был выразительный. Рассмотреть человека мне не удалось, потому что в комнате было очень темно, даже уличные фонари не светили. Но мне показалось, что он был в чем-то белом и длинном и был очень высоким. Вообще, если предположить, что это был человек, то видела я

Мне тогда было около шести лет. Мы с семьей жили в однокомнатной квартире в деревянном скрипучем доме на Севере, в маленьком поселке, который окружали тайга и болота. Родители часто оставляли меня дома на попечение старшей сестры, которая от этого была глубоко не в восторге, так как ей хотелось гулять, и частенько попросту мучила меня. Однажды она уложила меня на кровать с огромным балдахином по кругу, приказала закрыть глаза и сказала, что прямо надо мной находится огромная птица, сова, и что она следит за мной. Если я открою глаза, она меня клюнет или сделает что-то ещё более страшное. Я не видела птицы, но поверила сестре и ужасно боялась открыть глаза. А она убежала тайком гулять. Я же лежала с закрытыми глазами и плакала от страха. Потом всё же решилась слегка приоткрыть глаза... и увидела её. Сова была большая, черная, растрепанная, похожая на ворону или пучок тряпок, но она была