Однажды, когда я отправился в отпуск, друг пригласил меня сгонять на охоту. Я согласился, так как любил и охотиться и рыбачить, ведь там речка еще была. Договорились встретиться в деревне у матери друга. Я собрал вещи и приехал в деревню (у меня мотоцикл с коляской). Друга я застал за прочисткой ружья. Он прихлебывал из бутылки сорокаградусной и пел незамысловатый мотив. Увидев меня, помахал рукой и сказал, что ему встретилась какая-то бабка и посоветовала не ездить на охоту. — Не надо, милок, — сказала она ему, — неудачное время ты выбрал. Мы посмеялись, взяли снаряжение и отправились в путь. Прошло около пяти часов, прежде чем мы напали на след крупного оленя. Друг (его зовут Саша) поехал на своем мотоцикле в одну сторону, а я в другую — так окружали. Через некоторое время я потерял из виду и мотоцикл друга, и гонимого оленя. Проехал еще немного, слегка сбросил скорость, и вдруг

Когда мне было 10 лет, мы с дедом пошли на речку искупаться — она находилась недалеко от нашего поселка. День был ясный, и ничто не предвещало беды. Вода была, как парное молоко — я скорей разделся и зашел в воду. Купаться я всегда любил, но после этого случая желание пропало. Так вот, я зашел по плечи, опустился с головой в воду и решил поплавать. Поплыл чуть дальше вперед, утонуть не боялся, потому что в свои 10 лет довольно хорошо плавал. Дед стоял на берегу и наблюдал за мной. Я поплыл вперед и увидел, что недалеко от меня что-то плывет. «Дерево, наверное, или бревно», — подумал я, ибо в наших краях это не редкость. Поплыл чуть дальше — вроде не бревно. Пригляделся и ужаснулся: человек! Естественно, не живой, с синюшной вздувшейся кожей, и от него тянулся неприятный запах… Я очень быстро поплыл к берегу, к деду. Тот сначала спокойно стоял и улыбался, но, увидев мое встревоженное

Рассказала одна моя подруга — безбашенная девушка-турист. Как-то раз она и ее друг решили сходить в лес на КМВ около горы Бештао. Пришли они туда до заката и, как положено туристам, разожгли костер. И вот, когда сумерки стали превращаться в полноценную ночь, раздался странный звук. Как описывает моя подруга, звук был похож на стон животного, переходящий в совсем человеческий крик с явными металлическими нотками. Приняв этот отдаленный стон за крик ночной птицы, двое туристов продолжили сидеть около костра, подкидывая туда хворосту. Но через некоторое время стон повторился. И звучал на этот раз ближе. А потом еще ближе. И еще. Благодаря лесному эху понять, откуда именно шел звук, было невозможно. Он словно шел со всех сторон. Но вот когда он раздался из-за их спин, уже стало не до смеха. Друг этот, видимо, оказался не столько безбашенным, как эта туристка, и сразу начал предлагать

Я не люблю семейные праздники. А сильнее всех остальных я не люблю свой день рождения. Каждый год происходит одно и то же. Первыми меня, само собой, поздравляют родители. Ну, как сказать, поздравляют. Мама встречает меня на кухне не воплями, а жалкой попыткой улыбнуться, а папа, пьяный уже с утра, крепко жмёт руку и заводит музыку. Так я понимаю, что минул ещё год. Музыкальный вкус у папы отвратительный, но спорить с ним бесполезно: дверь квартиры он не откроет даже полиции, а лишь проорёт что-нибудь о том, что у его сынули сегодня день рождения, а все несогласные могут отправляться по известному адресу. Это касательно посторонних. С домашними всё проще: если я или мать попросим убавить звук, он схватит за грудки, подышит перегаром в лицо и ответит, что раз в год рабочий человек может расслабиться, тем более по важному поводу. Поэтому мы и не спорим, а отвратительные песни о «воровской

Живу я в Люберцах. Домой прихожу поздно — и в тот памятный мне глухой осенний вечер было так же. Времени было около полуночи, и я хотел только двух вещей — закинуть что-нибудь в желудок и завалиться спать. Кинул помидоры, чеснок и три яйца на сковородку, стал помешивать. И тут... Над плитой у меня вентиляционное отверстие, и из него вдруг выпорхнули грязные хлопья, приземлившиеся аккурат в мой нехитрый ужин. «Пропала еда», — подумал я и машинально посмотрел на вентиляцию. Нет цензурных слов, способных описать мое состояние в тот момент. Я упал на задницу, пополз назад и завыл от ужаса. Потому что из-за грязной решетки вентиляции на меня смотрело человеческое лицо. ОНО ухмылялось желтыми зубами, и абсолютно черные, лишенные белков глаза, блестели. Это продолжалось всего пару минут — но мне они показались вечностью. А потом лицо отползло назад и скрылось во тьме вентиляционной трубы. С

Летом 1983 года в маленьком городке рядом с Миннеаполисом (штат Миннесота, США) было найдено сгоревшее тело женщины внутри кухонной плиты в маленьком фермерском доме. Около плиты на подставке стояла включенная видеокамера, объектив которой был направлен на плиту. Внутри камеры пленка не была найдена. Происшествие было объявлено убийством, идентифицировать женщину не удалось (хотя пропала хозяйка фермы, криминалисты заявили, что тело принадлежит другой женщине). Следствие зашло в тупик, про этот случай начали забывать. Но через некоторое время на дне пересохшего колодца во дворе этой фермы была найдена видеокассета. Несмотря на плохое состояние кассеты, полиция смогла восстановить большую часть содержания записи. Там была запечатлена хозяйка фермы. Она включила запись на камеру, после чего поставила камеру так, чтобы вся кухонная плита попадала в кадр. Затем женщина включила огонь в

Несколько лет назад был весьма популярен так называемый блюджекинг (bluejacking). Кто-то и сейчас этим занимается. Занимался этим и я. Бывало, сидишь в институте на лекции или едешь в транспорте, и тебе скучно. От нечего делать включаешь bluetooth на телефоне или ноутбуке и ищешь соседние устройства. Найдя, начинаешь слать различные неприличные картинки, а потом, украдкой глядя по сторонам и стараясь не выдать себя, пытаешься угадать, кто именно получил твою «посылку» и проследить за его реакцией. Некоторые устройства и вовсе дают полный доступ к файловой системе. Наверное, многие люди без раздумий жмут «да» в ответ на всё, что спросит у них телефон. А где-то, быть может, и вовсе не нужно подтверждение пользователя — не знаю, не вникал. На устройствах с именами вроде «Маришка» или «Светочка», бывало, находил в папке с фотографиями много интересного, явно не предназначавшегося для чужих

В начале 90-х годов мои родители разводились — с жуткими скандалами, на которые способны два интеллигентных человека с высшим образованием. Инициатором развода была мама. Мой отец родом из небольшого городка, а по факту — деревни. В детстве я слышала его истории о деревенской магии, порче и всяком таком, но воспринималось это как страшноватые сказки на ночь, не взаправду. Мама еще пошучивала, что отец и его мать (то есть её свекровь) любят «по бабкам побегать». Она же у меня была городская девушка, комсомолка и материалистка. Мало-помалу, протащившись по всем девяти кругам ада судебной системы, родителей развели. И тут мою маму как подменили. Она стала просто невменяемой — раздражалась по пустякам, ее ничего не радовало, мало времени проводила со мной и сестрой. Сестренка как раз в первый класс пошла, а мне 12 лет было. Я сама отводила ее в школу, забирала ее, на мне были обязанности

Однажды мне нужно было съездить по работе в незнакомый город. Дела немного затянулись, и возвращаться домой мне пришлось поздним вечером, перетекающим в ночь. Я всего во второй раз ехал по этой дороге, а этом регионе вообще не бывал. Сельская местность с редкими обветшалыми домиками и полями переходила в пустыри по мере наступления темноты. На дорогу упало легкое одеяло тумана. Мой поворот был еще нескоро, но туман сгущался настолько, что почти не было видно дорожной разметки. Я стал нервничать, ведь, если туман вскоре не развеется, мне придется остановиться и ждать на дороге до утра. Тогда мне пришлось пожалеть, что я не приобрел себе навигатор. Я уже не видел дорожной разметки, густой туман все перекрывал, в свете моих фар оставалось только белое «молоко». Я уже собирался затормозить и съехать к обочине, но заметил вдалеке два красных огонька. Мне они показались огоньками задних фар.

Когда мне было 9 лет, я и мои друзья большой и шумной компанией с окрестных дворов лазали по стоящим рядом и гниющим двухэтажным баракам (два двухэтажных барака, стоящие рядом друг с другом вдоль неасфальтированной дороги). Как-то жили там люди еще на моей памяти, одна женщина оттуда с моей бабушкой даже выпивала часто. Потом внезапно всем выдали квартиры, все съехали, а бараки еще года три стояли. Естественно, все приятности покинутого обиталища (в виде частых посещений этих мест бомжами, раскиданного мусора и жидкого дерьма в каждом углу) присутствовали. Оставалась еще мебель, обои, но все это ветшало и загрязнялось с космической скоростью. Однако в одном из бараков на втором этаже была целая входная дверь, закрывающая проход в одну из квартир. Деревянная, старая, но добротно сработанная, она отлично выполняла свою функцию. Будучи неугомонными детьми, мы, конечно, принялись в этом