МЕЖДУ НЕБЕСАМИ И ПРЕИСПОДНЕЙМежду небесами и преисподней, на бескрайних просторах зелёного холма стоит хата. Хата просторная, с наличниками на окнах и трубой, огороженная невысоким, но крепким забором, выглядит добротно. Есть и для скотины сарай, и для инструмента, и загон небольшой, и курятник. Всё построил мужик, сам. Звать мужика Прохор. «Густо замешан да крепко выпечен», — говорили про Прохора. Высокий и широкоплечий, немногословный, но дружелюбный. По хозяйству не ленился и соседям помогал не раз. Жил далеко не бедно, но достатком не кичился. Жил Прохор не один — с женщиной и двумя детками. Детки, Лёша да Маша, были не его, но почитали за отца. Женщина — Наталья — некогда являлась вдовой и наружности была весьма милой. О прошлой жизни говорить не любила, а Прохор особо и не спрашивал. Жили вместе они не первый уже год, и уже не второй и не третий. Казалось, во всём друг дружку

Была у меня собака, американский кокер-спаниель, умнейшее существо. Но как зайдет в комнату к сыну, не может (или не хочет) обратно выйти, дверь, видите ли, не открывается. Приходишь с работы - а из комнаты лай с подвыванием, мол "пустите". Умерла она в марте. В апреле приходим домой с подругой, разуваемся и слышим знакомый лай с подвыванием из комнаты сына. Я с мурашками на теле пошла открывать дверь, говорю в пустоту " ну, выходи". Больше такого не повторялось, но седых волос прибавилось.

Сейчас даже странно вспомнить, какие теории все строили по поводу 21.12.12, и какую панику вызывала растиражированная через все СМИ история о знаменитом календаре майя. Боги, чего только люди не ждали - зомбоапокалипсиса, попадания нашей солнечной системы в "черную дыру" с последующим глобальным исчезновением электричества как явления, смертельного похолодания - или наоборот, огненного дождя с неба, четырех всадников и обещанного восстания всех мертвых (интересно, где их планировалось размещать?)... Ближе всех оказались фанаты теории заговоров, но никто из них не предполагал, что на самом деле все будет так просто. Никто. Я записываю это очень быстро, пока на меня не обратили внимание. Вообще-то печатать мне совсем не положено, даже подходить к клавиатуре категорически запрещено. Можно и огрести по полной. Но как же не написать, может быть, где-то есть те, кто прочтет и

Она сидела на кровати, застеленной белой простынею, посредине небольшой комнатки, отгороженная от всего внешнего мира крепкими металлическими дверями и кирпичными стенами. Седые волосы, без малейшего намёка на другой цвет, кроме украденного у лунного света серебра, вновь упали на покрытый мелкой сеткой морщин лоб. Женщина торопливо убрала сбежавшие пряди наверх и поспешно принялась набирать заветный номер на панели недорогого сотового телефона: — Сейчас, сейчас, доченька, подожди немножечко, подожди, минуточку... Алло? Света? Свет, это — ты? Да, да, конечно, мама... Нет, нет, я не положу больше трубку, никогда, никогда... Понимаешь, просто деньги кончились... Бывает такое, доча, часто бывает... Я заберу тебя оттуда, заберу обязательно... Не плачь, не рви мне сердце, доча... Холодно? Темно? А у нас светло и тепло... Наблюдая за женщиной, с другой стороны двери стояли два человека, одетые

Этот давнишний случай я накрепко запомнил с детства. Кто-то из взрослых рассказывал… В одной глухой деревушке Новосибирской области стали происходить странные и даже страшные события. По ночам повадился лазить в курятники к селянам невиданный доселе зверь. Правда, видели его всего пару раз. Но те, кто видел, рассказывали такие жуткие вещи, что кровь стыла в жилах. Мол, у чудища лесного короткое туловище на длиннющих лапах с когтями. А из маленькой головы торчат вниз два огромных клыка. Можно сказать, бивня. Меж собой деревенские сразу нарекли ночного визитёра «саблезубым». На крупную скотину и людей неуловимый монстр пока не нападал, только по курам да гусям специализировался, но, тем не менее, страху нагнал немалого. Особенно пугало, что жуткое существо не пожирало свою добычу, а драло на части. Будто его только кровь интересовала, которой в изодранных птицах практически не оставалось.

Пётр допивал очередную бутылку и с весёлой улыбкой смотрел на экран телевизора, где мелькали детали случайно выбранного канала. Какой именно канал смотреть Петру было не так уж и важно. Главное в этом деле - сам процесс... Когда рука не нащупала новой бутылки, то настроение у Петра заметно упало. Лицо стало угрюмым и он выругался. Недавно же только сел! Тем не менее, всё оказалось выпито. Однако этого было мало. Пётр повторно выругался и собрался идти в магазин. Но возле двери он заколебался. Может не идти? - подумал он. - Ну её! Поздно уже. Завтра суббота - завтра и схожу, а сейчас темно. Мало ли кого можно встретить: алкашей каких или убийц. Тем более район плохой... Тьфу ты! Что я - трус какой! Перед глазами качалось, словно он был в автобусе, едущем по выбоинам. Сейчас дойду по-быстрому до киоска, он уже совсем рядом... Твою мать! Так уже давно не десять часов! Не мог сразу об этом

Дело было давно, в конце тысячелетия. У нас в старой квартире была чугунная ванна советских времён. Ванная комнатка была что-то около 2 на 2 метра и чугуниевая ванна занимала половину помещения. Никаких декоративных отделок, пространство под ванной открыто для зрителей и пыли. Ничего особенного, такое можно наблюдать во многих домах нашей страны. Под ней долгие годы лежал всякий хлам типа плитки, тазиков с песком и ещё какие-то вещи непонятные. С торцов было достаточно места, поэтому с ближнего к двери торца стоял кошачий лоток. У нас были коты. Домашние. Жирные комки меха. Когда старший умер, через год в доме появился котёнок. Назвали Чиж. Чёрный, с белыми ушами и хвостом. Котёнок обещался вырасти в годного пушистого кошака. Но пока он был мелкий и приходилось всем вокруг него хлопотать. У котёнка была проблема - он по нескольку дней не ходил в туалет, жалобно мяукал и ходил куда не

Из книги Андрея Буровского «Сибирская жуть»: ------ Эту историю рассказал мне старый геолог, Богдан Секацкий, работавший в Красноярском крае бог знает сколько времени, с начала тридцатых годов. Живая легенда, опытный и мудрый человек, он вызывал уважение всех, кто приближался к нему. Имя я, конечно, изменил, тем более, что Секацкий уже несколько лет пребывает в другом мире. Всякий, кто знаком с миром красноярской геологии, конечно, легко поймет, кого я имел в виду, но называть этого умного, ироничного и приятного человека настоящим именем не хочется. А история эта произошла с Секацким где-то перед самой войной, в эпоху Великой экспедиции, когда перед геологами ставились задачи простые и ясные: любой ценой открывать месторождения. Как работать, где, за счет чего — неважно. Сколько людей погибнет и потеряет здоровье — тоже неважно, а важно только находить и разрабатывать. В те годы

История реальная, произошла в июне 2006 года. Еще совсем недавно я мог бы предоставить пруфлинк в виде фотоматериалов, но, к сожалению, бесценные кадры безвозвратно утеряны. Так что, не обессудь. Как и многие подобные истории, эта началась с… Ты все правильно понял. Короче, бухих нас потянуло играть в футбол. Сказано – сделано. Отдыхали мы на даче, на берегу озера. Ночь была светлой-светлой, так, что все было видно как днем, только в приглушенных тонах. Всей толпой (человек восемь-девять, точно уж не вспомню) вывалились на берег. Ворота были только одни, ну да так даже веселей. Меня для пущей потехи, как самого пьяного, на них и поставили. И матч начался. Стоит отдельно остановиться на той луже, что я гордо назвал «озером». Это именно лужа, самое глубокое место которой едва ли достигает двух метров, но при это весьма внушительных размеров – километров восемь в ширину, и

Мой отец военный, поэтому мы всегда перебираемся с места на место, из города в город. В тот раз мы оказались в небольшом городке и жили на улице, где все дома были пятиэтажными. Мы жили там на первом этаже. Я очень энергичная девочка, так что, несмотря на то, что в доме было практически нечем заняться, я всегда находила способы повеселиться и интересно провести время. Однажды, когда мама готовила еду, а отец был на работе, я носилась по дому. Случайно ударившись с разбегу о стену своей комнаты, я поняла по звуку, что за стеной есть полость. Обои на стене комнаты мы всё равно собирались на днях поменять, так что я без угрызений совести их тут же разрезала. За ними в стене действительно была дыра — судя по всему, прогрызенная крысами. Она была достаточно большая, и я могла спокойно залезть туда. Я просунула голову в проём и поняла, что оказалась в пространстве между стенами. Там были