Я плачу во сне. Темнота льнет к коже несвежим одеялом, холод ползет по спине, голова тяжело пульсирует. Потерянная, я бреду вперед и ощущаю ступнями ледяную воду. С каждым шагом все глубже. Кровь каменеет в жилах и мешает двигаться, сковывая тело изнутри. С хрустом ломаясь, я наклоняюсь и силюсь коснуться воды лицом. Слышно тихий плеск волн, совсем близких, но недосягаемых. Разеваю рот и пускаю слюни, давясь беззвучными рыданиями. *** Пыльное алоэ рядом с монитором нежится в блеклых лучах осеннего солнца. На экране список непрочитанных писем и блоки навязчивой рекламы доставки роллов. Бездумно смотрю сквозь них, ощущая себя полым манекеном. Всегда с легкостью просыпалась рано, но в последнее время каждое пробуждение превращается в пытку, и почти весь день я чувствую себя ожившим мертвецом. Только к вечеру немного отпускает. — Ау! — доносится до ушей как сквозь толстую стену. Вздрогнув,

Глава 3 На следующий день Егор, как обычно, после обеда - учились они во вторую смену, отправился в школу. После второго урока, трое друзей собрались возле окна. -В общем, пацаны, не знаю, как сказать… - начал Гена, - мне все эти дни ерунда какая-то снится. - Кошмары? - уточнил Слава. Гена нервно кивнул. -Я вообще сначала думал, просто из-за того, что мы ходили в парк, ну… стреманулись там… - А потом, - поддержал Егор. - Потом просыпаюсь… - Гена с трудом перевел дыхание, справляясь с дико бьющимся сердцем, - вижу - из стены черная худая рука торчит с когтищами вот такенными. Я псих, наверное, а? - Нет, - покачал головой Егор, - не только ты. Егор рассказал друзьям про свой сон. Те хмуро выслушали его. -Мне просто кошмары снились, - мрачно проговорил Слава, - но так ничего такого не было. Снилось, как мы по парку бежим, а за нами тот, страшный… - Не говори! - воскликнул Гена, - поняли

Это утро ознаменовалось аж двумя просьбами о помощи. Я потихоньку разгребал бардак в комнате, когда позвонил мой однокашник Серега и напросился пожить у меня недельку. Затем, когда я продолжил уборку, раздумывая, как нам поместиться в моей однушке, раздался звонок, на этот раз уже в дверь. Наверное, сектанты-проповедники или торговцы. С робкой надеждой, что это распространители пылесосов с ценой самолета, которые готовы показательно почистить тебе полковра, я поплелся открывать. Все же, наполовину чистая комната лучше, чем полностью грязная. Но на пороге оказался дед Семеныч. — Здорово, сосед! — Здрасьте, Сан Семеныч, — я посторонился. — Я по делу. Не присмотришь за домом, пока я в отъезде? Я тотчас навострил уши. — … Я буду пару недель гостить у друзей. Семеныч, добрейший и бодрый чудаковатый старикан, был увлечен уфологией, эзотерикой и всякими альтернативными научными теориями. Зная

Одним пятничным вечером я решил задержаться на работе, чтобы доделать все отчёты и с чистой душой отправиться на выходные. В последние минуты, когда я уже практически собрался уходить, мне на почту пришло письмо с рекламой о продаже небольшого домика, в какой-то неизвестной мне деревеньке. Текст письма: «Достала работа? Нуждаетесь в отдыхе? Что может быть лучше загородного дома около озера?! Только сегодня и только сейчас вы можете себе прикупить такой дом, и уже в эти выходные отправиться на заслуженный отдых! Цена такого домика всего 1000$...» Я живу уже больше тридцати лет в этом мире и знаю, что такие дешёвые цены могут создать потом массу проблем. И почему же я сейчас клюнул на эту удочку?! Возможно, я действительно хотел отдыха и мне было наплевать как всё обернётся!? В конце письма нужно было лишь согласиться с прикреплённым к нему контрактом и провести банковскую операцию по

Это было 4 декабря 2021 года. Воспоминания об этом исчезают день за днём, возможно, это из за лечения или же так задумано кем то, кому такое подвластно. Я попробую рассказать что осталось, ведь львиная доля уже пропала. Честно говоря, мне от этого только легче. 4 декабря жена потащила меня вместе с дочерью на ближайший каток. Провести день вместе было для меня только в радость. Как только мы вышли на лёд, я сразу понял, что это не моё. Ранее мне не доводилось так развлекаться. И вот, на очередном круге мои ноги меня подвели. Рухнув, я увидел лишь быструю вспышку белого света прожекторов, что висели над льдом. Глаза закрылись погрузив меня во тьму, молнией пронеслась ужасная боль и я снова их открыл. Мне хотелось кричать, однако у меня не было рта, хотелось двинуться, но не было тела. Стало жутко страшно, ведь в то же время перед мной стоял человек. Он внимательно осматривал меня,

Иллюстрация Ольги Мальчиковой «Король грядет». Перелешин обернулся, провожая взглядом русскоязычную надпись на грязной стене, кислотно-желтые буквы, кириллицу, затесавшуюся среди агрессивных граффити. Представил поочередно Элвиса Пресли, Людовика XIV и тыловую фигуру на шахматной доске. Гугл извещал, что во время гражданской войны Каркоза приютила множество выходцев из Российской империи. Может, это потомки белоэмигрантов расписывали бетон монархистскими лозунгами? Поезд замедлял ход. За окнами плыла пустынная платформа. Небо затянуло серым мороком, утро развесило полотнища тумана, как рыбаки — сушащиеся сети. В призрачном неводе застревали голуби. За щелястым забором горбились технические постройки — бастарды архитектуры, переплетались рельсы. Редкие пассажиры поковыляли с баулами в тамбур. Перелешин навьючил рюкзак. Его посетила странная мысль: сейчас пейзаж растает в дымке, окажется

В море человек никогда не бывает один. Эрнест Хемингуэй Глава 1 Море казалось спокойным. Это не могло не радовать, потому что шторм, разыгравшийся накануне, вымотал всю команду, которая теперь нуждалась в отдыхе. Палуба ещё блестела местами от воды, и вообще вся шхуна выглядела только что спущенной с верфи, потому что волны окатывали её всю ночь. Олег обвёл горизонт взглядом и отвернулся. Возвращение одновременно и радовало его, и заставляло нервничать. С одной стороны, он соскучился по дому. Хотелось растянуться на диване, включить телевизор и неделю никуда не выходить. С другой, надо было что-то решать с Машей. Она ясно дала понять, что не может вечно ждать его из длительных путешествий. «Биологические часы тикают», — сказала она перед тем, как Олег уехал в эту экспедицию. Имелось в виду, что ей уже двадцать семь, и пора создавать семью, заводить детей. «С каждым годом родить будет

- Скажи Илюх, - спросил я друга. - Ты веришь в духов, призраков, полтергейстов? - Не верю. - ответил Илья и подцепил горячую сосиску с тарелки. Мы сидели на моей кухне вечером после работы и разговаривали про то и се. Илья живет в соседней квартире, так что ему домой недалеко. - А почему спросил то? - спросил Илья. - Да так. Я вокруг уже все исследовал. Кроме одной заброшки. Илья вопросительно на меня посмотрел. - Надеюсь ты не имеешь ввиду... - Да. - перебил я друга. - Именно Болотное. Это единственное место где не ступала моя нога. - Да там ничья нога не ступала уже лет двадцать. После того как там пропала группа из семи человек, туда никто не лазит. - Никто не лазит, а я полезу. - я ухмыльнулся. - Ты идиот? - Илья встал с табурета, оказавшись напротив меня. - Не смей этого делать. Это верная смерть. - Что это ты так разволновался? - я посмотрел на друга. - Просто не ходи туда. - Ну

— Черный ручей глубже океана! — кричит Бубновая дама, хватая меня за рукав куртки. Шапка у нее съехала набок, рваное пальтишко распахнулось, обнажая дряблую шею и выцветшую футболку. Отечное, насквозь пропитое лицо не оставляет возможности определить, сколько Даме лет. Наверное, где-то между сорока и шестьюдесятью. Не отпуская мою руку, она повторяет, на этот раз шепотом: — Черный ручей глубже океана. Черный ручей глубже всего. Лицо обдает запахом кислятины и перегара. Брезгливо скривившись, я вырываюсь и прибавляю шаг. Пальцы машинально сжимают ладонь изумленной Тани, не устающей раз за разом оглядываться. Другие прохожие, завидев Даму, обходят широкой дугой, и я мысленно корю себя, что не поступил также. — Он снова течет! Тут же забыв обо всем на свете, я останавливаюсь и оборачиваюсь. Обрадованная, что удалось привлечь чье-то внимание, Бубновая дама часто кивает: — Черный ручей снова

Доля у меня суровая, без преувеличений — столько невзгод случалось и до сих пор происходит и со мной, и с моей семьей. Для затравки с них как раз и начну. Бабка с дедом по материнской линии жили в небольшой деревушке рядом с рекой Дубна (та, что в Смоленской области), Обь называется. Население там и так по пальцам пересчитать, а они все равно особняком даже от этой кучки держались, очень закрытые и необщительные. Бабуля сама родом из Белоруссии, вроде как имела там большую семью, но по каким-то причинам одна в Россию мигрировала. Была женщиной доброй и хозяйственной, но очень быстро стала зрение терять, практически ослепла еще при живом деде. Он же, в свою очередь, еще более загадочная личность. Откуда — неизвестно. Слухи ходили вплоть до того, что он беглый каторжник, даже его жена ничего толком про него рассказать не могла. Отличный охотник и рыболов был, но самое занятное — знахарь,