Историю эту совсем недавно рассказал мне коллега, к которому случилось на днях зайти на дом. Но сами события повествования произошли еще в середине девяностых. Для начала нужно сказать, что коллега живет в старом трехэтажном доме с типичным двором-колодцем. Причем этот двор — натуральный колодец, настолько узкий, что его даже не видно из окна третьего этажа, если не высовываться. Этажи весьма высокие, а самое интересное — то, что двор находится ниже уровня улицы, и чтобы попасть туда, вы должны спуститься по ступенькам почти на высоту этажа вниз. Таким образом, дом имеет еще как бы нулевой этаж, где находятся две квартиры со входом со двора, хотя квартирами их назвать трудно. Моему коллеге довелось однажды побывать в одной из них. Через входную дверь вы попадаете на махонькую кухоньку, которая имеет единственное на всю квартиру окно. Из кухни ведут две двери — одна в еще меньший

Я живу в Приуралье и с поздней весны по раннюю осень часто приезжаю к близким родственникам в глухую деревню на несколько дней, чтобы провести астрономические наблюдения. Деревня настолько глухая, что по ночам тут почти нигде нет света, а если отъехать на несколько километров в сторону мглистых уральских гор, то уровень искусственной засветки и вовсе мизерный, что очень важно для астрофотографии, чтобы не портить динамический диапазон фоном. Возле деревни в советское время неподалеку было коневодческое хозяйство, сейчас там все заброшено и поросло бурьяном. В 90-е там было изнасиловано и убито несколько местных девушек. Преступника ловили недолго — им оказался бывший председатель колхоза. Его поймали, а местные мужики спалили его дом и ферму. Народу в селе мало и год от года все меньше, но слишком уж проблемных хулиганов и забулдыг вроде нет. Так как в округе мужики все спокойные, да и

Мне эту историю рассказывала бабушка. Живёт она в своей квартире большую часть жизни, и никогда ничего необычного в ней не происходило. Но, говорит, как-то раз ночью мучила её бессонница. Пошла она в ванну умыться, свет включила в коридоре, а в ванной почему-то не стала — такая у неё была привычка. Умылась, вытерла лицо полотенцем и пошла на кухню готовить чай. И тут увидела, что отражение её в зеркале осталось, словно застыло. Она с дверного проёма на него смотрит, а отражение на неё. Говорит, жутко стало — закрыла она на всякий случай дверь в ванну на щеколду и отправилась чай заваривать. Сказала, что теперь ночью старается в зеркало вообще не смотреть — мало ли что...

Многие жалуются, что сны либо не видят, либо видят их исключительно редко. Часто я хочу поменяться с ними местами, потому что моя жизнь превратилась в сплошной туман, который обволакивает меня раз за разом, словно липким сиропом, после утреннего пробуждения, когда я смотрю в свое до боли знакомое окно, за которым виднеется соседняя стройка и ограда сквера. Утро всегда начинается с ритуала: сначала я считаю столбики на ограде — от калитки до того места, где ограда сворачивает. Ровно двадцать три. Затем я закрываю глаза, несколько раз вдыхаю, начинаю пересчитывать снова. Двадцать три. Значит, сегодня все хорошо. Если меня опять не обманывают. Дальше идет обыкновенный будничный день — я полтора часа трясусь в троллейбусе, прихожу в сонный офис, разбираюсь с документами, оформляю бумаги. Типичный офисный планктон. Моя должность — одна из тех должностей, типичных для государственных

Как-то в детстве я лежала с аппендицитом в районной больнице. Так как мне было всего 11 лет, со мной положили маму. Мама заняла кровать в углу возле двери, а я лежала возле окна. Про первые два дня я ничего не помню, потом же начала интенсивно обследовать место моей «дислокации» на ближайшую неделю. Ходить было трудно, но мне сказали делать это чаще. Пройдя по коридору, я нашла в самом его конце небольшую железную дверь. Она была закрыта. Спросив у мамы и медсестёр, я узнала, что эта палата для каких-то особых больных. Сейчас она была пуста. Ночью я проснулась и пошла в туалет (он был возле той палаты с железной дверью). Проходя мимо, я заглянула в окошко с решеткой и увидела внутри человека. Решив, что его подселили, я пошла делать свои дела. Утром я спросила у медсестры, когда успели подселить человека и чем он болен, на что она мне ответила, что туда никого не помещали. Я ей сказала,

Расскажу историю, которая реально произошла со мной. Мои друзья, дай Бог им удачи, подтвердили бы мои слова, если бы я их нашел после того, как нас разбросало жизнью. Дело было в ПГТ Баришевка в Киевской области Украины. Гуляя с пацанами, мы в лесопосадке возле реки Трубеж нашли окоченелый труп. Это была крайне неприятная находка. Зима, мороз, никто по тем местам не ходит — и тут лежит он, в своей желто-полосатой куртке, полузасыпанный снегом... Ну, мы были дураками малолетними все-таки — потыкали в него палкой, пытались перевернуть досками, а самый смелый даже приподнял труп, держась за курточку. Лицо мертвеца наполовину вмерзло в лед. Несчастный при жизни явно был бомжом: неопрятное лицо, борода кучерями, волосы не стрижены, глаза впали глубоко. На одной ноге трупа не было сапога, и носок был дырявый — человек явно замерз в непогоду. Только куртка-ветровка на нем была более-менее

Засунув ноги в тапки, я зашуршал на кухню взять пивка, чтобы потом вернуться и на пару часиков погрузиться в Инет. «Завтра помою», — сказал я сам себе, заметив в раковине гору грязной посуды. Минусы холостяцкой жизни, знаете ли. Нащупав в холодильнике пару охотничьих колбасок, я довольно хмыкнул. Захватив две бутылки пива одной рукой и прижав к груди пакет с колбасками другой, я деловито зашагал в спальню, где, на кровати, меня ждал мой ноутбук. Совершенно некстати зазвонил городской телефон. Я метнулся в гостиную, сгрузил пиво с колбасками на стол и взял трубку. — Серёженька, — голос Маринки испуганно дрожал, — ты не мог бы приехать ко мне сейчас? — Что-то случилось? — нахмурился я. Маринка всхлипнула. — Мне страшно, Серёженька... Очень... У меня в квартире какие-то звуки... — Какие звуки? Блин, почему женщины сразу не могут выложить суть?! — Страшные. Странные. Не могу описать...

История произошла с моей бабушкой. Она рассказывала, что однажды одна из коров перестала давать молоко и начала доиться кровью. Никто не мог объяснить, почему корова доится кровью. Хотели даже корову усыпить, ведь животное сильно мучилось от боли, но кто–то из соседей посоветовал обратиться к местной знахарке. Бабушка пошла к ней и рассказала о своей беде, а та ей говорит: возьми кровь, которой доится корова, после двенадцати ночи поджарь на сковороде, а потом закопай. В это время к тебе и придет тот, кто наслал порчу на твою живность, и будет просить прощения и молить, чтобы ты не закапывала кровь, так как пока кровь будет на сковороде жариться, всё у него внутри будет гореть. Бабушка не отнеслась серьёзно к этому, но что поделать — ведь корову жалко, вдруг этот способ поможет... На следующий день она все сделала, как знахарка сказала. Дождалась ночи, поджарила кровь, потом вышла к

Для любителей сверхъестественных явлений моя история, наверное, не будет интересной, но все же... Случилось это пару лет назад. Жил я тогда в пятиэтажном доме, но не в «хрущевке», а в экспериментальном доме. На лестничной площадке было всего по две квартиры на каждом этаже. Так что со мной на этаже жил всего один мужчина — на вид ему было лет 30-35, не больше. Я с ним ни разу не общался, как и с другими жильцами. Наши квартиры были абсолютно идентичны друг другу, разве что располагались в зеркальном отображении. Комнаты не граничили между собой, так что, даже если бы были тонкие стены толщиной с картонный лист, ничего не было бы слышно. Однако ванные комнаты находились в одном и том же месте — их разделяла единственная стенка. В остальном же можно было считать свою квартиру полностью автономной. Но был в этом чудном доме один изъян. Непонятно, с какой целью, но в стене ванной почти под

Когда солнце нехотя выкатилось из чахлого осинника, что торчал редкозубой гребенкой, тайга окончательно проснулась и запела разноголосым хором лесных обитателей. Тимур Таракан (уж такая ему досталась неказистая фамилия) бодро вышагивал по краю болота, высоко поднимая ноги. Старая одностволка болталась из стороны в сторону. На эти болота Тимур забрел впервые. Бывалые охотники рассказывали небылицы о том, что в этих местах полно всякой чертовщины. Один старик поведал как-то, что много лет назад охотники-промысловики случайно вышли на поселение староверов. То, что они увидели, повергло их в смятение. Повсюду валялись растерзанные тела отшельников. Словно какая-то чудовищная сила рвала и кидала людей, не щадя ни женщин, ни детей. Побежали за подмогой, но, когда вернулись (путь не близкий), не было ни тел, ни домов — одни обгоревшие бревна. Только изба молельни чудом уцелела. С тех пор