История произошла с моим братом Олегом. Сам по себе он рациональный, уравновешенный парень, не склонный к суеверию. Закончив университет, он пошел работать на завод в нашем городе. Работа в смену, поэтому, приходя домой утром, он ложился спать до вечера. Дело было в выходные. Сижу я в комнате за компьютером, с утра брат вернулся со смены и лег спать в своей комнате. Время — где-то после обеда. Внезапно Олег начинает кричать. Я подрываюсь и бегу к нему в комнату. Открываю дверь — Олег забился в угол кровати, смотрит в угол комнаты. Я вошел, осмотрелся — в углу комнаты валяется подушка, брат её туда кинул. Стал расспрашивать его, что произошло. Когда он более-менее успокоился, то рассказал следующее. Спал Олег без снов и проснулся внезапно с мыслью, что в комнате он не один. Когда присел на кровати, в углу увидел женщину в длинном черном платье, с черными же волосами, которая на него

...Говорят, что иногда, Когда темны небеса, Кто-то ходит аки пристав, И стучится, и грозится, Говорят, что сам Нечистый... народный стишок Бывают летние ночи, при которых тьма стоит совершенная, и что-либо разглядеть дальше собственной вытянутой руки можно, лишь обладая совиной зоркостью. В одну из таких ночей возле ветхого, покосившегося дома бродил одинокий силуэт, подняв над собой керосиновый ночник. Услышать шорох, хруст веток, или что-то, обнаруживающее неподалёку чье-либо присутствие, не представлялось возможным: шумели кроны деревьев, которые трепал разгулявшийся ветер, со стороны леса кричали ночные звери и птицы, на цепи у крыльца хрипло лаял седой пёс, взвизгивая каждый раз, когда ошейник больно впивался в шею при рывке в окружавшую его темноту. Обойдя строение несколько раз и недолго постояв, не двигаясь, фигура вернулась в дом. Со скрипом захлопнулась входная дверь, потоком

В моем родном городе есть одно странное место. Назовём его Вороновка. Странность его заключается в том, что, несмотря на большую площадь и относительную известность в городе, найти дорогу туда с первого раза без проводника удавалось единицам. Мало того, ни я, ни кто-либо из бывавших там знакомых, не знает никого, кто сам вышел бы с Вороновки после захода солнца. Я сам пытался — пробродил часа два и, в конце концов, вышел назад к лагерю, где меня встретили удивленные взгляды друзей. Мобильные телефоны часто теряют сеть, а иногда попросту отключаются. Несмотря на репутацию мистического, да и попросту опасного места (кругом висят фанерки с надписью «Опасно! Зона обрушения!»), молодёжь любит выбираться «на Вороновку» на пикники. Но история не об этом. Немного расскажу о Вороновке. Когда-то, ещё до революции, на этом месте был посёлочек с усадьбой, несколькими дворами и маленьким кладбищем.

Эту историю мне рассказала женщина в электричке, которая представилась Анной. Она была единственным ребенком в семье и единственной внучкой у своей бабушки. Анна очень любила бабулю, та тоже в ней души не чаяла. Она старалась дать Анне все самое лучшее: всегда давала родителям деньги на гостинцы, подарки, обучение — все для любимой внученьки. Но когда Анне исполнилось 25 лет, бабушки не стало. Это произошло в хмурый мартовский день. У нее просто остановилось сердце, и врачи ничего не смогли сделать. Анна долго приходила в себя после этой утраты. Странное началось на следующую ночь после Рождества, то есть в ночь на восьмое января. Анна рассказывала, что в тот вечер она так и не смогла уснуть. Она долго ворочалась в постели — то ей было слишком жарко, то слишком холодно. Наконец, она решила встать и сесть за компьютер. Она общалась в Интернете со своими подругами, как вдруг услышала, что

Это не выдумка, а вполне реальная история, хотя вам и может показаться, что это не так. Раньше я часто навещал свою тётю и оставался у неё в квартире с ночёвкой. Мне выделяли комнату, которая считалась кабинетом её мужа, в которой было видимо-невидимо всяческого антикварного хлама. Маски и зеркала, находящиеся там, не нравились мне, но действительно не давали заснуть старые настенные часы — нисколько не страшные, но тикали они ужасно громко. Не один год я из-за них промучился, но никогда не признавался другим, что они мне мешают — как-то неудобно было. И вот почти три года назад муж тёти умер. Ей было тяжело, потому я навещал её ещё чаще, и всё так же, как и в детстве, меня ужасно раздражало тиканье часов. Я просто не понимал, почему во всех комнатах поставили электронные часы, а в этой — нет (причём все вещи покойного из комнаты увезли на дачу). Моё терпение лопнуло в августе 2011

Мы лазили через дворы за яблоками, тут видим собаку и лезем через забор, а кое-кому не повезло — собака разорвала последнего убегающего. * * * Проходила мимо пожара в «Зимней вишне», видела родителей в истерике, которые просили, чтоб их пустили в полыхающее здание, потому что там их дети. Эта сцена оставила некий жуткий отпечаток. Потому что понимаешь, что уже нельзя чем-то помочь, что здание горит уже несколько часов и спасать уже некого, но родители в слезах туда рвались. Одногруппница на скорой работает, в ту ночь дежурила. Сделали некий штаб в школе для тех, кто был в этом ТЦ, для тех, кто искал своих родных. Рассказывает, как предлагали женщине поесть, а она отвечает «у меня сын там догорает, а вы тут свои бутерброды пихаете». * * * Не помню свой возраст на тот момент, но была мелкая еще, лет так 8. Я проснулась ночью от очень громкого звука. Как будто кто-то взял многоэтажный дом,

Однажды я с друзьями уехал на пруд. Так как пруд находился от моего дома достаточно далеко, мать сказала мне позвонить, если я опоздаю на ужин. И вот, вдоволь накупавшись, я уже в дороге позвонил матери. Раздались гудки, потом кто-то поднял трубку. В динамике была тишина — только едва слышны шум холодильника и далекий лай собак. — Алло, мам, это ты? — с одышкой, крутя педали, произнес я. На той стороне ничего не сказали. Я сбросил звонок и набрал номер ещё раз. Та самая ситуация — тишина, шум холодильника... Мне, честно говоря, стало не по себе. Приехав домой, спросил у матери, что у нее с телефоном. — Извини, я к соседям ходила, а телефон дома остался, — ответила она. Получается, дома тогда никого не было. Кто же (или что) взял трубку?..

Случилось это сравнительно недавно. Я спала и вдруг резко проснулась оттого, что кто-то рыдал навзрыд в нашей квартире. Плач был больше похож на детский, хотя в нашем доме давным-давно малышей не было. Я села, головой оперлась на стену. Сидела так минут десять, молча слушая этот дикий плач, боясь посмотреть, кто или что там. И вдруг открылась дверь. Я уже готова была закричать, но вовремя в темноте смогла разглядеть свою мать: — Юль, ты чего рыдаешь? Что-то случилось? Или болит чего? — Это не я. Мам, ты тоже слышишь это? Она вошла ко мне в комнату и села на кровать: — Я думала, это ты, поэтому и пришла поговорить с тобой... Мы ещё долго сидели вместе молча, прислушиваясь уже к еле слышному рыданию. Наутро, открыв глаза, я поняла, что мне очень тяжело дышать, будто кто-то тяжёлый сидит на моей груди. Я схватилась за шею и попыталась встать. Когда встала, у меня закружилась голова, и я

Когда мне было 13 лет, мои родители переехали в другой город, и я пошла в новую школу. Я тогда была очень стеснительной, и у меня не было много друзей. Мне потребовалось какое-то время, чтобы привыкнуть к новой обстановке. Другие девочки казались более зрелыми, чем я. Многие из них уже встречались с мальчиками, а я ещё ни разу не целовалась. Я, если честно, совсем не привыкла к мужскому вниманию. Когда какой-то мальчик улыбался или подмигивал мне, я всегда смущалась — мне казалось, что он просто хочет посмеяться надо мной. Я никогда не считала себя красавицей и не думала, что кто-то может найти меня привлекательной. Потом я как-то нашла письмо в своём школьном шкафчике. Это был маленький голубой конвертик, запечатанный стикером в виде сердечка. Внутри была записка. Там было написано: «Ты красивая». Я была очень тронута. Это было так мило и невинно. Мне стало интересно, кто написал это,

— Папа! — что-то холодное коснулось моего лба. Я открыл глаза. Возле кровати стояла моя пятилетняя дочь Мэгги. — Мэгги? Что случилось, детка? Тебе приснился кошмар? — Нет. Папа, можно я лягу с тобой? — Мэгги посмотрела на меня. В лунном свете она казалась особенно бледной, а её глаза блестели в темноте. Это придавало малютке болезненный вид. — Ну конечно, иди сюда! — Я взял малышку на руки. Её трясло. — Что с тобой, детка? Тебе плохо? — Голова болит, — тихо сказала она. — И холодно очень. — Ложись в постель. Вот так, а я сейчас принесу жаропонижающее. Хорошо? — Да, — Мэгги укуталась в одеяло. Я быстро вернулся с жаропонижающим. Мэгги выпила лекарство и сразу уснула, обняв меня рукой за шею. Я и сам начал засыпать, как вдруг открылась дверь, и кто-то маленький подошёл прямо к моей кровати. Что-то коснулось моего лба. — Папа! — рядом с кроватью стояла моя дочь Мэгги. — С кем ты говорил?