⚙
На сайте ведутся технические работы
Часть функций может быть временно недоступна, а некоторые элементы работать нестабильно. Возможны небольшие ошибки и перебои. Работа сайта будет восстановлена в ближайшее время.
Телевизор был старый, с выпуклым экраном сантиметров тридцати по диагонали и желтой тряпицей, обтягивающей переднюю панель, за которой угадывался темный овал динамика. На экране за завесой редкого «снега» маячил сытенький субъект с чуть отвисающими щеками и роскошной гривой благородно-седых волос. Субъект анемично смотрел в камеру сквозь линзы очков в толстой роговой оправе и шевелил руками на манер засыпающего дирижера или генерального секретаря, приветствующего демонстрантов с трибуны мавзолея. На табуретке перед рябым экраном стояли две трехлитровых банки с водой и пол-литра «пшеничной»: бледно-желтые, будто вылинявшие, колосья на этикетке полегли под ветром, вращавшем крылья мельницы у горизонта. — А водка-то зачем? — спросил Старшинов. — Щас, Игнатьич, обожди, етить-колотить... ну, пять минут, ну... Старшинов вздохнул. «До чего у людей мозги мягкие», — подумал он, глядя на
По всему кабинету под ногами студентов растекались лужи воды. Снаружи огромные хлопья снега летали в таком количестве, что увидеть корпус факультета кибернетики было невозможно, хотя до него было не больше сорока метров. Там, на улице, ветер со страшной скоростью гонял снежинки и закручивал их в смерчи. А здесь он таял на подошвах ботинок и стекал с шуб и пуховиков. Маша каждый раз хотела напомнить, что возле столовой есть гардероб, но опять решила промолчать. Тем более, до конца пары оставалось несколько минут. Гвиневская подняла руку. Маша кивнула ей. — Мария Александровна, я ещё вот что не поняла на лекции. — Она показала на старую табличку на доске, где была нарисована энцефалограмма и процесс её снятия. — Что там с фазами сна, и как это связанно с мозговыми волнами? — Итак, фазы сна. — На пару секунд Маша замолчала. Тему исследования электрических потенциалов мозга она не любила
1 ТЫ РАБОТАЕШЬ В ПОЛУПУСТОМ НИИ В СТАРОМ СОВЕТСКОМ ЗДАНИИ @ ИЗ ШЕСТИ ЭТАЖЕЙ ЗАСЕЛЕНЫ ТОЛЬКО ДВА @ И ТО 3,5 СТАРИКА КОТОРЫЕ КУДА-ТО ИСЧЕЗАЮТ УЖЕ В 15 @ ТЫ НАОБОРОТ ЛЮБИШЬ ЗАСИЖИВАТЬСЯ ДОПОЗДНА @ КАК-ТО РАЗ ЗАШЕЛ В КОНЕЦ КОРИДОРА У СЕБЯ НА ЭТАЖЕ @ УВИДЕЛ ДВЕРИ, ЗАПЕЧАТАННЫЕ В 1987 ГОДУ @ РАБОЧИЕ ЗАДАНИЯ КАЖДЫЙ РАЗ ДАЕТ СТРАННЫЙ ДЕД, КОТОРОГО НИКТО НЕ ЗНАЕТ ПО ИМЕНИ @ ПЫТАЕШЬСЯ ПРОСЛЕДИТЬ ОТКУДА ОН ПРИХОДИТ @ КАЖДЫЙ РАЗ ОН ВОЗВРАЩАЕТСЯ В КОМНАТУ БЕЗ ОКОН И ДРУГИХ ДВЕРЕЙ, ПОСЛЕ ЧЕГО БЕССЛЕДНО ИСЧЕЗАЕТ @ НИКТО НЕ ЗНАЕТ ЧЕМ ОНИ ЗДЕСЬ ЗАНИМАЮТСЯ И ДАЖЕ НЕ УДИВЛЯЕТСЯ ЭТОМУ, НА ВОПРОСЫ ОТВЕЧАЮТ "ТЫ НЕ ПОЙМЕШЬ" 2 ПРИШЕЛ ПРИКАЗ О НАЗНАЧЕНИИ ТЕБЯ ЗАВЛАБОМ @ ПРИХОДИШЬ С НИМ К ТВОЕМУ ЗАВЛАБУ, СУХОМУ ДЕДУ ЛЕТ 70-ТИ @ ДУМАЕШЬ БУДЕТ ЗЛИТЬСЯ, ОРАТЬ @ ВМЕСТО ЭТОГО ОН ГРУСТНО ПОСМОТРЕЛ НА ТЕБЯ И ГОЛОСОМ, ПОЛНЫМ ОБЛЕГЧЕНИЯ ПРОИЗНЕС: @ "НАКОНЕЦ-ТО... СВОБОДА... ПОСЛЕ ДОЛГИХ ЛЕТ...ПОКОЙ
…это повторяется снова: холод, скорбно вскинутые брови матери, застывшие Светкины глаза. Истошное визжание где-то за окном. Звёзды, похожие на горящие глаза хищников. Небо, падающее на плечи, хохочущая бездна, оскалившаяся пасть зеркала. Не понимая, что происходит, Антон бежит через темноту, а вслед за ним гонится нечто сюрреалистичное, распадающееся на несколько гротескных, неестественных силуэтов. Он не может сказать, почему они страшные. Они просто… неправильные. На них больно смотреть: от осознания этой неправильности выворачивает изнутри. И ужас. Дикий, ни на что не похожий ужас. Как это получилось? Где он? Что это вообще такое?! — Мам! — ужасно глупо и по-дурацки, что он, ребёнок, что ли, но сейчас об этом не думается, думается только о том, как сбежать от этого ужаса, укрыться в мамином тёплом свитере и вдохнуть запах её духов. — Мам!! Впереди темно, и он, не заметив, с размаху
— Серёга, ну куда ты мне их тащишь постоянно, что он сделал, пирожок украл? — На теплотрассе спал. — Ну и спал бы дальше! — Товарищ сержант, вы же сами знаете, что майор сказал... — Ох, молодой блин ты, Серый, вот только я тебе так скажу: Семёныч щас уехал, забыв ключ от каталажки в кармане, а у него жена рожает, а роддом сам знаешь где, так что ну никак я его туда не посажу. — Ну давайте тут его посадим. — К батарее ещё пристегни. — Да просто посадим на стул, ну и тем более там ливень, куда я его? — Посади его там в уголке и отстань от меня пожалуйста. Саша, парень тридцати лет, с полным безразличием слушал диалог двух полицейских. Он не был бомжом, скорее бродягой, немного заросший, с покладистой бородой, однако вполне прилично, хотя и просто одет. Несмотря на то что ему было около тридцати, на вид можно было дать все пятьдесят: его лицо, с постоянной гримасой сожаления и нестерпимой
Прадед мой был мельником. В наследство от своего батюшки он принял небольшую мельницу, а так как парнем он был рукастым, то переоборудовал её так, что обеспечивал мукой не только свою семью, но и несколько окрестных деревень, а излишки поздней осенью продавал в городе. Когда в воздухе повеяло первым холодным дыханием зимы, он запряг лошадь в телегу и, погрузив в нее мешки, отправился в путь. Лошади легко и непринужденно несли его по лесной дороге в уездный центр, и уже к вечеру мой прадед оказался на месте. Покупателя на товар искать не пришлось, так как местная пекарня давно уже скупала у него муку, но было уже поздно, поэтому парень решил заночевать на постоялом дворе, а утром избавиться от мешков и отправиться обратно. Посидел немного в местном трактире, выпил чарку, да уже и на боковую собрался, как подходит к нему старуха, седая вся, ртом беззубым шамкает. — Мельник, дело есть.
Шёл я как-то раз по старому району, облюбованному туристами. За те двадцать семь лет, что я прожил в городе, мне довелось пересечь это местечко столько раз, что я знал его как свои пять пальцев. Именно поэтому я сразу заподозрил неладное, заприметив высокое здание, возвышавшееся на том месте, где раньше был тупик. Признаюсь: такая обновка меня заинтриговала. Я достал телефон, чтобы её сфотографировать и куда-нибудь выложить. Однако, как только я нажал на кнопку затвора, экран завис, после чего устройство и вовсе вырубилось. Я много раз пытался сделать хотя бы одну фотографию здания, надеясь, что это всего лишь небольшая неисправность. Ни одна из этих попыток не увенчалась успехом. Кроме одной. Но здания на фото не оказалось. Это был тревожный звоночек, и я его упустил. Большая ошибка. Нужно было с кем-то это обсудить. Чего я, дурная башка, не сделал. Я приблизился к строению. Вблизи оно
Это нечто вроде открытого письма. Я не знаю, как их писать. Скорее всего, стоит начать с того, что я нахожусь в СИЗО #, где ко мне относятся не так уж плохо: сотрудники органов пока меня ни разу не избили, чему я неимоверно рад. Никто даже не давил на меня при допросах. Наверное, в деле есть только один подозреваемый, а меня держат в изоляторе только ради того, чтобы насильно провести психиатрическое освидетельствование или как там его, а потом сунуть в психушку. Это и есть причина, которая толкнула меня на написание этого письма. Сумасшествие тут не при чём. Все события, которые я собираюсь здесь описать, произошли со мной, когда я находился в здравом уме и твёрдой памяти. Письмо я пошлю в несколько журналов, газет и даже на пару телеканалов. Благо, у меня есть связи в этой сфере. С главным подозреваемым, известным как Заира, я познакомился ещё в детстве, когда его звали Вася. Мы жили
Снег пришёл ночью. Укутал сад белым, а теперь наблюдал из-за низких серых туч за реакцией Юджина. Раньше бы мальчик порадовался, но теперь стоял у окна и старался не разреветься. Ровно год назад умерла мама, и тогда тоже пошёл первый снег. Он падал и во время похорон, и не было ему конца. И теперь, день в день, опять он. Притворяется чистым, ослепительно прекрасным. Каков хитрец! Но Юджин знал подлую натуру снега — он только с виду такой беленький, а сам-то — грязная водичка. Фрау Кугель топала как дрессированный слон, которого мальчик видел, когда они всей семьёй ходили в цирк в Берлине. Весело тогда было… Хорошо… Его гувернантка полностью соответствовала своей фамилии — толстая и круглая. Когда Юджин был маленьким, то наивно считал, что все полные люди добродушные и похожи на свежую булочку. Но фрау Кугель больше напоминала тесто. Лицо у неё плотное, малоподвижное и будто вылепленное.
Посвящается Клайву Баркеру и Дагу Брэдли Кирилл Верехин обожал поиски и загадки. Его квартира буквально ломилась от редких книг и головоломок со всего мира. У него была целая коллекция книжек с ребусами. Особенно он любил разгадывать китайские головоломки, и если у него ничего не получалось, он листал страницы, тыкал наугад пальцем, читал, спускал мысли с поводка и позволял рукам самим находить ответы, ощупывая грани камешков, пытаясь понять, как они подходят друг к другу или раскрываются. Но Верехин никогда не искал специально — он не бежал на барахолку или к раскладкам старьевщиков, чтобы найти конкретную вещь. Чаще они сами попадались на его пути, а уж на экзотику у него была настоящая чуйка. Интуиция. Шестое чувство, если хотите. Однажды по дороге домой у входа в метро он заприметил низенького мужичка в очках с толстой роговой оправой — на полу возле его ног лежали несколько резных