Эта абсолютно реальная история произошла со мной лично. В детстве мы жили в Калмыкии, а она славится своими бескрайними степями. Днем красиво, а ночью лучше не оказываться в степи в одиночестве. Жили мы тогда на окраине села — наш домик был последним, а дальше пролегала необъятная степь. И вот как-то раз мы с друзьями возвращались в село из соседней деревни, которая располагалась не далее чем в пяти километрах. Была зима, из-за снега было светло очень. И вдруг один из друзей сказал, что кто-то нас преследует. Мы обернулись и обомлели: за нами шло существо громадного роста, худое, вроде бы в черном пальто. Мне в голову сразу пришла мысль о черте. Нет, у него не было ни рог, ни хвоста, ни копыт, но это существо вселяло ужас одним своим присутствием. Как только мы все обернулись, оно резко свернуло налево, хотя уже почти нагнало нас. В его движениях была какая-то неестественность — я не

До двенадцати лет мама с папой почти каждое лето отправляли меня отдыхать в деревню к бабушке. Ну, знаете, свежий воздух, парное молоко, экологически чистые помидоры со своего огорода и все в таком духе. Родители считали, что это ужасно полезно для растущего детского организма. Да я, в общем-то, и не возражала: послушно пила молоко, не очень послушно каждый день бегала купаться на речку и совсем уж непослушно лазила за яблоками в чужие огороды. А по вечерам отказывалась ложиться спать, и бабушка, чтобы хоть как-то меня угомонить, рассказывала мне сказки. Странные они были, некоторые из этих сказок — сейчас, годы спустя, я это понимаю, но тогда они такими не казались. Кроме известных детских сказок про Бабу-Ягу, Василису Прекрасную или Царевну-Лебедь я слушала, например, жуткую историю про Косца: «Пошли как-то два мужика на луг траву косить, коровам и козам корму свежего принести. А

Наш городок, затерянный на просторах необъятной Родины, никоим образом не является входом в ад или чем-либо подобным. Конечно, в последнее время к нам переселилось очень много разнообразного народа из окрестных деревень со своими верованиями, псевдохристианскими культами и прочим. В экстрасенсорику и прочую чушь верят через одного. Не знаю точно — да и какая уж тут может быть точность, — но подозреваю, что что-то они с собой притащили. Что-то не очень хорошее. В ту неделю дом был отдан в мое безраздельное пользование — родители уехали к родственникам. Естественно, у меня дома начала собираться неслабая компания, и уже через несколько дней все эти вечеринки стали мне надоедать. В общем, одним вечером я пригласил к себе только лучшего друга и еще пару девчонок. Отдыхали нормально, по-домашнему, я бы даже сказал. Никакой пьянки, смотрели фильмы, резались в карты, танцевали и т. д. Уже

В нашем городе во Дворце Спорта была такая традиция — каждое лето ездить на сборы всеми секциями в глухомань возле заброшенной деревни. Там разбивался палаточный лагерь, имелось футбольное поле, волейбольные площадки, и все это на фоне свежего таежного воздуха. Сама деревня (когда-то большая — в ней было несколько десятков дворов) была на противоположном от лагеря берегу через проходимую вброд в нескольких местах речку. Надо ли говорить, что нас, 12 — 13-летних пацанов манила эта деревня неимоверно. Вот однажды ночью после отбоя собрались мы небольшим отрядом самых смелых и перешли эту речку с целью исследовать деревню. Исследовав с фонариками пару домов и не найдя ничего, кроме остатков разрушенного деревенского быта, зашли мы в дом, из которого вылетели потом на всех парах… Внешне он не отличался от уже осмотренных домов абсолютно ничем — вполне еще бодрые такие стены, потолок,

Историю эту услышал я в поезде от соседки по купе. Ехать нужно было пять часов. Со мной в купе ехала молодая девушка с маленькой девочкой пяти лет и женщина лет шестидесяти. Девочка была такой непоседой, постоянно бегала по поезду, шумела, а молодая мать гонялась за ней и пыталась успокоить. Это продолжалось до тех пор, пока пожилая женщина не взяла непоседу на руки. Сунула ей в руки яркую книжечку, которую достала из сумки. Девочка, на удивление, сразу же успокоилась и увлеченно стала рассматривать красочные картинки. Молодая мама (звали ее Марина) не знала, как и благодарить эту женщину за помощь. А женщина улыбнулась и сказала: «Эту книжку я везу своей внучке долгожданной», — и из её глаз потекли слезы. Я и Марина стали ее успокаивать, в ответ женщина рассказала нам следующую историю: «История моя такова, что мне проще рассказать ее чужим людям, чем делиться с родными и близкими. Это

Спальные районы крупных городов зачастую бывают внешне обманчивы. Днем можно видеть гуляющих детей, счастливых мамочек с колясками, ворчливых, но уже являющихся неотъемлемым атрибутом двора, бабушек в цветастых платочках. Стучат планками домино бравые дедки, попивая недорогое винишко. Идиллия, казалось бы... Но в сумерках вы увидите совсем другую картину. Густонаселенное чрево лабиринта дворов извергает в темноту все пороки человечества. В облаке винных паров садятся на детские качели зады запойных алкоголиков, близлежащие кусты привечают сторонников случайного секса, в парках с разбитыми фонарями таится реальная угроза жизни случайного прохожего. В одну из таких ночей к подъезду Марины подкатила грузовая «Газель», из которой спешно был выгружен нехитрый скарб новых жильцов. Маленькую Марину, ученицу 5-го класса местной школы, разбудил свет фар отъезжающей «Газели». Высунув в окно

Том сидел у окна и смотрел, как крупные капли дождя, разбиваясь о стекло, медленно сползают вниз. Иногда то тут, то там на чёрном небе вспыхивала уродливая молния. Разрезав небо пополам, она снова исчезала, погружая весь мир в непроглядную тьму. Откинувшись на высокую спинку кресла, он медленно закрыл глаза и погрузился в тревожную дремоту. Сейчас ему уже ни о чём не хотелось думать. Он просто сидел и слушал размеренный шум октябрьского дождя. Там наверху, в спальне, ещё полчаса назад всё уже закончилось. Приехав с работы на два часа раньше обычного, Том увидел возле своего дома незнакомый ему автомобиль. Войдя в дом, он увидел чужие мужские ботинки, стоящие на обувной полке. Что-то внутри Тома медленно зашевелилось и похолодело, лоб покрылся испариной. В доме стояла мёртвая тишина. Хотя нет — наверху кто-то был, но еле различимые звуки заглушала дубовая дверь, ведущая на второй этаж.

История эта произошла с моим знакомым. На момент нашего разговора, а было это, наверное, году в 1997, ему было примерно 74 года. Прожил он тяжелую жизнь, прошёл всю войну, голод и трудные послевоенные годы. Поднимал, как все, страну из разрухи, работал и вырастил двух замечательных сыновей. Человек он был добрый, не озлобленный на людей, несмотря на свою нелёгкую судьбу. Мы его звали просто — дед Юра. Как-то в разговоре я, тогда ещё молодая девчонка, спросила его: «Деда Юра, а ты в Бога веришь?» — а он так посмотрел на меня многозначительно и произнёс: «Не знаю, девонька, вроде верю, но я Его не видел, а вот то, что видел, до сих пор толком объяснить не могу». Поводов не верить в правдивость истории у меня нет. Наверное, потому что я видела, как этот человек мне рассказывал всё это. Как в какой-то момент у него выступали слёзы, и как трудно ему было это вспоминать, каким тяжелым и серым

Как-то раз в один ничем не примечательный и абсолютно обычный день я лежал на диване у себя дома и смотрел телевизор, попыхивая сигаретой и держа в руке банку холодного пива. Жена была на работе до шести, дети в садике. У меня был выходной, и я решил расслабиться уже с утра — встал, умылся, сходил в магазин и теперь лежал, наслаждаясь отдыхом в полной мере. По телевизору показывали повтор чемпионата по футболу, матч Россия — Чехия. И вот лежал я, расслабившись на диване и никого не трогая, как вдруг услышал шаги на верхнем этаже в квартире у соседей. Не подумайте, что я запаниковал или струсил из-за каких-то дурацких шагов. В тот момент меня это разозлило. Я устал за кажущиеся бесконечными дни работы на вахте и хотел расслабиться. Вполне понятно, что всякие посторонние звуки меня раздражали. Но не идти же из-за этого к соседям? Так я тогда решил и продолжил смотреть матч, стараясь не

На севере Японии можно найти два десятка мумифицированных тел монахов, известных как «сокусинбуцу». Эти монахи были последователями Сюгэндо, древней формы буддизма, и умерли, совершив величайший акт самоотречения. Три года монахи питались только орехами и семенами, одновременно подвергая себя изнурительным физическим нагрузкам, лишавшим их запасов жира. Затем еще три года они ели только кору и корни деревьев и пили ядовитый чай из смолы дерева «уруси», из которой в Японии производят лак для деревянной посуды. Эта диета вызывала рвоту и быструю потерю соков тела; что существеннее, от нее погибали личинки червей, пожиравшие трупы и вызывавшие разложение. Наконец, монах, подвергавший себя мумификации, запирался в каменной могиле величиной чуть более собственного тела и пребывал там, не покидая позы лотоса. Единственной связью с внешним миром ему служили трубочка для дыхания и колокольчик.