Часть функций может быть временно недоступна, а некоторые элементы работать нестабильно. Возможны небольшие ошибки и перебои. Работа сайта будет восстановлена в ближайшее время.
На прошлой неделе я сидел на своем унитазе марки Cersanit. Я живу в небольшой квартире в старом районе города. Соответственно, моя ванная комната тоже весьма маленькая. Рядом с моим унитазом в стене находится розетка. Я никогда не пользовался ей. В тот день я почувствовал, что за мной кто-то наблюдает. Я был точно уверен, что нахожусь один в своей маленькой ванне. Потом мой взор пал на розетку. Я всматривался в черные дыры, напоминающие кротовые норы. Что-то явно было не так. Через несколько секунд я увидел их. Пару желтых глаз. Они не моргали и смотрели прямо на меня. Всё моё тело пробрала дрожь. Как такое возможно? Они не двигались. Не моргали. Смотрели на меня. Неужели кто-то живет в стенах моего дома? Но это же невозможно, тогда подумал. Первым делом я захотел позвонить в полицию и сообщить о проникновении, но кто поверит истории о глазах в розетке. Потом я немного успокоился и
Расскажу историю, которая случилась в моей юности. Многие не сочтут её страшной, а, скорее, художественной, но решать Вам. Дело было в конце восьмидесятых. Доживал последние годы Советский Союз. В светлый коммунизм уже тогда верилось с трудом, хотя на истории КПСС и марксистско- ленинской философии в институте нам твердили обратное. То были последние годы моей юности, а дальше - переход в совсем другую, туманную, совсем неизведанную молодость. Собственно, событие произошло на фоне бурного студенчества. Небольшая предыстория. Я был студентом НГПИ, индустриально-педагогический факультет (ныне факультет технологии и предпринимательства). Местные бабки за глаза нас прозывали кооператорами и ворьем, едва заслышав слово «предпринимательство». Так вот, дело было под конец семестра, в конце которого черным флагом нам махала курсовая работа. Излагать свои мысли по теме «Плановая экономика и ее
Она смотрела на меня дрожащим взглядом, окутанным легким удивлением и милой детской невинностью. Ее большие голубые глаза, сверкающие за растрепанными прядями пышных волос, вместе с маленькими белоснежными ручками были обращены наверх, и витали в этой мрачной темнице с непринужденной привычностью и нескрываемой радостью. Поначалу казалось, что малышка, смутный силуэт которой виднелся сквозь облако серой многолетней пыли и странные тени, неумолимо жаждала найти спасение в этом нескончаемом мраке мертвых захоронений на руинах заброшенного города. И тем не менее, в тот неожиданный момент, когда наши взгляды пересеклись, а мое сердце сжалось от этого неряшливого вида и выразительной искренности ее образа, мне показалось, что она вовсе не взывает о помощи. Наоборот, возможно любая мысль об этом является надуманной и ложной. Ребенок лишь хочет, чтобы незваные гости покинули это место,
Марк вновь не привязал свой спальный мешок. А ещё он не довернул защелку холодильника для биологических экспериментов. Отправил кубсат и разбил его об обшивку. Сколько ещё можно перечислить ошибок, чтобы понять, что отправлять его в космос вместо Шенг Ли - самая большая ошибка. Вот и сейчас он ушел в каюту, но не привязал свой спальник, и его вновь вынесло в общий коридор. - Майор Марк Войков! Вспышка справа! - Что? Ах, черт! Опять ты со своими шуточками! - закричал Марк, дернувшись в мешке и ударившись о поручень. - Привяжи мешок, не мешай спать людям. Но сначала проведи анализ стыковочного порта, завтра прибывает "Прогресс". Утром доложишь. - Есть! - крикнул Марк и, вывалившись из мешка, поплыл в сторону "Юнити". Завтра новый день и новые задачи, связанные с разгрузкой грузовика. А пока можно вздремнуть. Прогресс успешно причалил. Началось всё с того, что Марк
*** Ночное шоссе похоже на её жизнь. Такое же сумеречное, тревожное, бесконечное, без будущего и прошлого. Теперь это шоссе и есть её жизнь, с рекламными баннерами, знаками и тенями, а ещё мыслями и страхами. Ночное шоссе с тысячью глаз. Чёрный внедорожник катился по ночному шоссе. Чёрный-чёрный, как осенняя мгла. Лика крепко сжимала руль, так что от напряжения побелели костяшки пальцев. Стрелка на спидометре колебалась между ста и ста двадцатью. Ехать быстрее Лика боялась, хоть иной раз ей и хотелось втопить все двести – и будь, что будет. Вот только поможет ли это скрыться, убежать? Лика устала. Глаза слипались, будто бы были смазаны мёдом, но она из последних сил отмахивалась от сна. Мозг сверлила дрелью настойчивая, но такая правильная сейчас, мысль – нужно поспать, просто нужно поспать, хотя бы немного, пару часиков. Сон восстановит силы и, быть может, у неё получится наконец-то
Здешние края - ну были бы просто раем на земле, если бы не леса, мошкара, гнус и клещи. А так как вокруг ничего не было, кроме деревьев, то и раем здесь не пахло, все насекомые мира, как казалось, радостно окружали Марвика, пищали на ухо и пытались укусить побольнее. Охотник плотнее запутался в походный плащ, не смотря на теплую погоду, и еще раз себя выругал за то что решил не ехать по тракту, а послушал бродячего фокусника в лохмотьях, обляпанным птицами капюшоне с колокольчиками, что посоветовал срезать через лес, и сэкономить почти день пути. Марвик и так сильно задерживался в дороге, постоянно сталкиваясь с проблемами - то разобраться с тем, кто ворует детей в одной округе. Оказалось что банда беглых каторжников пыталась их выловить, и продать в рабство, но люди барона быстро вернули пропавших детей в семьи. Потом неожиданное дело про оборотня, оказавшимся очень толстой и
Читать первую часть Прошёл год после рассказанных мной событий о встрече с деревенской ведьмой. Мне исполнилось одиннадцать, и я чувствовал себя вполне взрослым. Шурке, моей сестре, в апреле десять миновало. Розовощёкая, с темно-русой косой, она - первая помощница матери, когда нужно что-то убрать или приготовить. Да и в школе круглая хорошистка, чего обо мне не скажешь. Но сейчас снова каникулы, и об учёбе можно совсем не думать. На дворе июнь, и мы, деревенские ребята, радуясь жизни, проводили свободное время в бесконечных играх. Родители трудились в поле, оставляя на нас домашнее хозяйство, и мы, управившись с делами, спешили на улицу к друзьям-товарищам. Вот и сегодня Шурка выбежала со двора вперёд меня. Я за ней, громко хлопнув воротиной. На удивление, улица была пустынна. Шурка вздохнула: - Схожу за Тонькой Емельяновой, а то одной играть в сионы неинтересно. - Иди. А я в тенёчке
Электромонтёр Заволжского завода Пугачёв, зевая и ёжась от утренней свежести, привычно впрыгнул в подтекающий ялик и погрёб на середину реки – в самую гущу тумана. Там он открыл консервную банку скумбрии, глотнул тепла из фляги и стал ждать. А удочки даже не расчехлял. Потому что был Пугачёв необычным рыбаком. Через полчаса на дно ялика бухнулся здоровенный судак. А за ним на борт влезла Сухомлинская – мадам ослепительной женской красоты, плавно переходящей в длинный рыбий хвост. — ЗдАрова, Пугачёв! Прости, проспала. — Как всегда, в принципе. — Ну не бухти. А чего скумбрия? Бычков в томате не было? – скуксилась Сухомлинская (она подсела на бычки как малолетка на айфон). — Не завезли чёт. Или раскупили – аванс же дали. *** …Познакомились они случайно. Пугачёв зацепил её блесной. Сухомлинская орала, Пугачёв от страха чуть не помер, но потом слово за слово, и как–то конфликт сам собой
Пожалуй, я бы мог сказать, что этот вечер был похожим на любой другой. Но, когда вокруг разрываются снаряды, а сумрачное небо окрашивает матовая пелена залпов и предсмертных криков отчаяния и боли, вряд ли такое описание будет уместным в моем повествовании. Нескончаемые дни и ночи этого хаоса постепенно становятся привычными, и человек, находящийся в круговороте чуждого адского котла, начинает с ужасом воспринимать окружающий мир как безысходную данность. Наша армия продвинулась далеко вперед, спустя год этого кровавого конфликта, конец которому не осмелился бы предрекать даже самый смелый из военных аналитиков. Цена войны слишком высока, чтобы можно было рассуждать о том, что наша миссия - избавить этот мир от скверны. За это время очень многое изменилось, кроме единственного правила любой массовой бойни - одни люди продолжали погибать, а другие зарабатывать. Неудивительно, что
Тайные Тропы. Каждый из нас когда-то был потерян. И, будучи потерянным, искал тропу, чтобы в конце концов хотя бы она увела вас от того места, где обрываются прошлые следы. Кто-то возвращается в начало и начинает все заново. Другие ходят по кругу и утешают себя тем, что знают, куда идти. Есть такие, что просто сдаются, даже не сделав шаг. И лишь немногие способны отыскать свою дорогу даже в самой глухой чаще леса. А по какой тропе идёте вы, и самое важное - зачем? Тропа Первая - Мрачная Сказка. Промёрзшее одинокое тело, свёрнутое калачиком. В полусонном бреду, ворочаясь от собственных кошмаров, лежало покрытым серой плесенью и жалобно "скулило", будто псина, попавшая в капкан, взывает о помощи. И, как в любом сказочном лесу, всегда найдётся друг, который укажет путь. Ласковый голос тревожит "сладкие" кошмары путника. Ведь он уже давным-давно привык к ним. В
В темноте кое-что шевелитсяЭто не слежка. KRIPER.NET использует только необходимые cookies для авторизации, сохранения сессии и работы функций сайта. Рекламных трекеров и аналитики нет.Зачем это нужно