История печника. Далее от его лица. Работал в начале 80-х годов прошлого столетия в одном АТП города Днепропетровска. Был конец апреля. Находилось оно на левом берегу, в районе улицы Журналистов. Нас после смены развозил по домам специальный автобус. Но в ту ночь после смены я уснул и на него благополучно (а может, и не очень?) опоздал. Решил идти пешком домой. В принципе я жил на этом же берегу и не очень далеко от АТП. Но нужно было пройти через некоторые пустыри. Левый берег Днепра, кто знает, менее заселен и более индустриален, чем правый. Дошел до одного пустыря . Вижу навстречу идут двое. Сразу в них показалась какая-то странность. Вроде издалека типа как люди, но уж больно высокого роста и очень тонкие, худые как бы. Плюс присутствовала какая-то странность в движениях и походке. Чем ближе они подходили, тем это все явнее чувствовалось. И уже была видна странная серебристая

— Мам?! — Показался в дверном проёме Миша, — А можно я с Данилом буду праздновать? — Ох… Не дадут наготовить! Тем временем на плите творился полный хаос. Что-то шипело, что-то стреляло, а из кастрюли валило столько пара, что кухня обрела непроходимый молочный туман. Мать закрыв крышку кастрюли и умело закинув кухонное полотенце на плечо, обернулась к Мише. Лицо её было более чем уставшим, да и по скрещенным на груди рукам уже можно было с точностью до слова рассчитать её позицию. — Дома не празднуется, или пить надумали? Ты посмотри, повзрослели? — Мам, какое пить, ты же меня знаешь! — Знаю, а Данил твой? Тьфу ты.. Отрежь да выкинь! Недовольно цокнув, пятнадцатилетний подросток развернулся и ушёл прочь, оставив мать продолжать готовится к грядущему Новому Году. — П-а-а-п! — Застыв у ещё одного дверного проема, протянул Миша. — М-м? — Не отрывая взгляда от бумаг, пробормотал отец. —

Неспеша потягивая сигарету, Пётр стоял на тускло освещённой веранде своего небольшого деревенского домика и смотрел на звездное небо. Необычайно большая луна ярким серебряным светом подсвечивала ухоженный огород, который мужчина потихоньку готовил к зимовке. Всё же осень уже взяла своё, листья на деревьях пожелтели, трава пожухла, дожди размолотили дороги в кашу. Выпустив большую струю дыма, он облокотился рукой на крепкие перила, которые мужчина вместе с соседом смастерил в этом году. Несмотря на то, что на улице стояло начало октября, для этих мест было необычайно тихо. Ветер, бушевавший пару дней назад, отступил, отмерив несколько спокойных деньков. Пётр Алексеевич взглянул на парник, стоявший перед верандой в паре метров. Внутри ещё оставались несколько стеблей огурцов, которые, однако, уже увяли. «Надо бы завтра вырвать, да перекопать теплицу», — удовлетворённо сказал про себя

Даниил вошёл в мой кабинет без стука. Как всегда. И, как всегда, белозубо улыбался. Я напрягся и приготовился возражать. - Друг мой! Симеон! Сколько лет, сколько зим! - Шесть дней, - буркнул я. - Что тебе опять нужно? - Безделица, мой друг, сущая безделица. Пятёрочку бы мне… - наглый тип сложил ладони в молитвенном жесте. - А не лопнешь? Ты выбрал пятёрки ещё в июне. Ещё три занял. Четвёрок у тебя не осталось. Даже тройки закончились. Смотри! – я повернул экран. – У тебя осталось две двойки и семь единиц. Всё! Выбирай из них. - Сёма, двойка – это очень мало. Очень. Ну что тебе стоит? Алевтина была в отпуске, её лимит не расходовался. И вообще, она экономная, всё ей жалко. Дай мне одну, я договорюсь. Или обменяй. Отдай ей пять моих единиц. Пожалуйста! - Нет, Даниил. Хватит. Всем на год выдаётся равное количество баллов. Другим хватает, вон, даже с тобой делятся. Ты б у них поучился не

Михал Михалыч застрял. Подлец поезд ушёл точно по расписанию, за полчаса до того, как Михмих приехал на вокзал. — Зараза, — сплюнул мужчина и культурно про себя перечислил десяток ругательств. До следующего поезда оставалось еще пять часов. Тратиться на гостиницу было жалко, и Михмих решил пересидеть на вокзале. Взял билет у сонной кассирши, сел на железную скамейку в зале ожидания, достал сканворд и принялся ждать. Слова в головоломке закончились. Михмих оторвал взгляд от серого листа и огляделся. Вокзал опустел. Только в будочке около выхода дремал полицейский, да спал у дальней стены мужик в засаленном ватнике. Встав и размяв затекшие ноги, Михмих прогулялся до газетного ларька за новым сканвордом. Но киоск был закрыт. Только мухи обсиживали стекло над газетами. Привокзальное кафе на втором этаже тоже оказалось заперто. А табличка на двери обещала, что даже на завтрак он не успеет.

Рассказала попутчица в поезде: После свадьбы я недолюбливала и немного побаивалась своего свёкра. Он казался мне суровым и при этом недалёким человеком. Он постоянно косячил по мелочи, не выпускал изо рта папиросу, мало говорил, только поглядывал из-под густых бровей. Когда я родила сына, не хотела, чтобы он проводил с дедом время. Но удивительным образом этот человек стал ангелом-хранителем для сына. В два года сын выпал из окна второго этажа на даче на матрасы, которые внезапно вытащил просушиться свёкор. В четыре года сын на моих глазах опрокинул кастрюлю с, как мне казалось, варящимся вареньем; но оказалось, свёкор забыл включить плиту! В семь лет сын на моих глазах засунул гвоздь в розетку, но за минуту до этого свёкор случайно вырубил свет. В 10 лет свёкор позвал сына поглядеть на гигантскую коровью лепёшку, и на место, где сидел сын, рухнула огромная сухая ветка. В 13 лет сына

Мухина вообще-то ничего не собиралась покупать. Она просто шла по подземному переходу, когда из ларька «Всё по 300р» её окликнул красный берет. Он беззвучно орал на весь переход «Купи меня, Мухина!!!», и та не пожалела денег, только чтобы он наконец заткнулся. Придя домой, Мухина услышала стоны и мерный скрип паркета – её мать играла в теннис на «Нинтендо». Так иногда она повышала своё извечно низкое давление. – Я купила берет, мам. Смотри, идёт мне? – Мухина откусила ярлык и нахлобучила убор на блондинистые волосы. Мать оценивающе посмотрела на красноголовую дочь. – Очаровательный берет. Ты в нём похожа на мультяшного дятла. – Спасибо, мамулечка. Никогда его не надену. – Я не виновата, что у тебя такой здоровенный нос. – А кто, интересно, виноват?! Не я выбирала мужа с метровым шнобелем! – Я тоже не выбирала. Это всё закат над Гаграми. И немного чачи. Из детской комнаты пижамным комом

Я бы никогда не поверил, что после того, как поседел от ужаса, смогу смеяться до боли в животе над своим обидчиком. Сворачиваясь в спираль в стремлении уменьшиться, схлопнуться и исчезнуть, я меньше получаса назад ещё рыдал и трясся. Так же, как тряслось оконное стекло моей холостяцкой берлоги под громоздкими ударами потусторонней твари. Существо из адских глубин долбило по древним, стеклянным окнам, распуская паутинку трещин. Деревянные облупившиеся рамы с металлическими ручками дрожали. А я уже готовился к мучительной смерти. Но точно я не мог предположить, что из нас двоих поседею в этот вечер не только я. Начну издалека. Меня зовут Артём, мне 27 лет. Звучит как начало скучной анкеты на сайте знакомств, но моя история больше подходит под раздел "паранормальное рядом". Это сейчас мне смешно, и я делаю вид, что пишу забавную историю. Но тогда мне казалось, что нужно писать

Доброго времени суток. Прежде, чем перелить вам информацию, хочу начать с небольшого вступления. Эта история случилась в 2015 (возможно, 2016 году) в одном из военных городков примыкавших к МО. Сомнительных отражений, непонятных шорохов, беломордых чудовищ тут не будет, извините. Да и вряд ли вы найдете эту историю леденящей до мурашек по спине и ещё невесть где, но она имела место быть. Единственное о чем жалею, что пишу её так поздно, ибо память оставила только сухие факты того вечера и некоторые подробности, но запомню навсегда, потому что никогда не отрицала вероятность существования странных вещей. Итак, это был летний вечер. Не помню месяц. Я тогда ещё школьницей была. Девятый класс, наверное, закончила. У меня был (и есть по настоящее время) приятель, добрый друг. Имя указывать не буду. Оставим его как О. О. — хороший человек, добродушный, а самое главное, он — скептик. Несмотря

Мне безумно нравилось, как в нашей деревне празднуют Новый год. Для нас это был не просто праздник, который все ждут ради выходных дней и возможности провести впустую десять дней своей жизни, а по-настоящему важное событие. В этот день семьи собирались вместе, помогали друг другу с приготовлением ужина, украшением домов и участков, приглашали в гости знакомых из города. Царила атмосфера, так сказать, общности и единения. На дворе было утро тридцать первого декабря, подготовка шла полным ходом. Пока мама и мои младшие сёстры, Дина и Карина, занимались приготовлением праздничных блюд и украшением нашего дома, мы с отцом и Никитой, моим другом, живущим в доме по соседству, чистили участок и дорогу от выпавшего за ночь снега. Зима в этом году выдалась очень снежной, поэтому работы было более чем достаточно. Людей на улице много: кто-то также, как и мы, убирает снег, кто-то собирается