Часть функций может быть временно недоступна, а некоторые элементы работать нестабильно. Возможны небольшие ошибки и перебои. Работа сайта будет восстановлена в ближайшее время.
Много лет назад одна моя коллега, интеллигентная женщина лет 50, сказала очень странную вещь: - Я терпеть не могу оставаться дома одна. И это даже не зависит от времени суток. Просто когда человек один, с ним может случиться что угодно, даже самое невероятное. И он никому об этом не расскажет, потому что все решат, что он сумасшедший. Тогда я с высоты юных лет решила, что коллега в маразме. Теперь сама история. Восемь лет назад навалилась на меня куча бед: измена мужа, тяжелый развод, болезнь. В тот год перенесла четыре операции, потеряла работу, еще полгода путешествий по больницам и еще одна очень серьезная операция на желудок. Денег нет, долги по ЖКХ растут, запасы на кредитках стремятся к нулю. Сил искать работу тоже нет. После выхода из больницы - депрессняк и полная апатия ко всему на свете. Так прошло где-то еще полгода. Жила тогда я одна в трехкомнатной квартире. Решила сдать
Я - молодой арахнолог из АГУ. Для хорошего и удобного изучения материала его нужно всегда иметь при себе, поэтому я собрался с мыслями и прикупил себе паучка. А потом ещё одного. И ещё. Так я и купил этого Коста-Риканского красавца вида Brachypelma Albopilosum. Паучка брал уже в адульте внушительного размера, почти 16 см в размахе лап. Красавец занял свое место в террариуме и начал свою интересную, полную мистики и загадочности историю. Началось все через неделю после покупки. Я закинул ему зофобаса, но есть он его не стал. Начал вообще странно вести себя: катал беднягу лапами по террариуму, а потом закинул в поилку. Было интересно посмотреть, что будет дальше и для большего комфорта, решил я себе чаю налить. Вскипятил чайник и, вспомнив беднягу зофобаса в поилке, заглянул внутрь чайника. Там плавали три варёных таракана. После этого случая я понял, что паучок мне попался не абы
Гроза - время, когда призраки властвуют на земле безраздельно. По крайне мере, так всегда говорила моя бабушка, выросшая в небольшой деревеньке, затерянной где-то на севере моей области. Милой старушки уже нет как лет 10, но я до сих пор помню, как она в сильную непогоду, когда раскаты грома оглушительно "взрывались" за окном, садилась ко мне на кровать и мягким голосом рассказывала различные небылицы. Например, частенько она пересказывала историю, как она со своими молодыми, тогда ещё, подружками пошла на озеро купаться, и уже в воде детишек застала гроза. Выбежав на берег, да спрятавшись под ближайшими деревьями, они заворожённо смотрели на водную гладь, как внезапно бабуля ясно увидела своего деда, пропавшего на войне. Мужчина медленно выходил из воды. Весь в крови, в опалённой одежде и винтовкой, висевшей на правом плече. Пройдя пару метров, он улыбнулся ей, подмигнул,
Я поднял голову и увидел его там. Он стоял у моего окна. Его лоб прислонился к стеклу, глаза были спокойными и светлыми. Он улыбался какой-то карикатурной улыбкой. Моя жена спала наверху, сын был в своей кроватке, а я не мог пошевелиться. Я застыл и смотрел, как "это" смотрит куда-то мимо меня через стекло. Спутанные волосы, желтая кожа. Прошу, нет! Его улыбка не дрогнула, но он поднял руку и провёл ею по стеклу, наблюдая за мной. Я ничего не мог сделать. В полном оцепенении я стоял на улице около кустов, которые только что подрезал.
Эта непонятная история произошла со мной в далекой молодости. В 77 или 78 году прошлого столетия. Я еще совсем молоденькой была. 22 или 23 года. Жила я в то время на севере Томской области, в строящемся городе нефтяников – Стрежевом. В то время это был, конечно, не город и даже не пародия на город. Несколько десятков крохотных домиков–времянок, столько же вросших в болотную грязь вагончиков. С десяток одноэтажных, деревянных бараков – общежитий для нефтяников. А еще с десяток огромных палаток с печками-буржуйками. В них и зимой жили. Стрежевой строился недалеко от реки Обь, на её притоке, речке Пасол. Дома и дороги-лежневки возводились на болотах, кое-как осушенных за счет траншей. И днем и ночью огромные машины возили песок с берегов Оби и отсыпали место для будущего города. Вокруг Стрежевого расстилалась не тронутая никем тайга со множеством клюквенных болот. Места богатейшие. Ягода,
На свете есть девушка мрачная с виду Творит много зла, но совсем не с обиды Зимою и летом гуляет везде По суше, по морю, земле и воде! Она не живая и сердце не бьётся. Она не шалит, не поёт, не смеётся.. Коса на плече и угрюмый оскал Увидев её даже храбрый дрожал Её знают все, но никто не полюбит Она помнит всех, никого не забудет В лачугу и замок, дворец и на остров Придёт без ключа и сквозь дверь очень просто Возляжет с любым лишь придёт его срок. И стынут тела в дар приняв холодок. Она не стучась в дом приходит к любому Здоровому воину, старцу больному. Целуя подряд и бродяг и царей. Лишь саван шуршит да её стук костей. Нежданная всем, нежеланная всюду. Ужасная, страшная всякому люду. У ней дрэдов нет, не плетёт афрокосы Ступни у неё круглый год вечно босы. Татушки не носит и пирсинга нет Их некуда сделать на голый скелет. Ей микродермал не вживить и подавно Но чует себя и без них
Неспеша потягивая сигарету, Пётр стоял на тускло освещённой веранде своего небольшого деревенского домика и смотрел на звездное небо. Необычайно большая луна ярким серебряным светом подсвечивала ухоженный огород, который мужчина потихоньку готовил к зимовке. Всё же осень уже взяла своё, листья на деревьях пожелтели, трава пожухла, дожди размолотили дороги в кашу. Выпустив большую струю дыма, он облокотился рукой на крепкие перила, которые мужчина вместе с соседом смастерил в этом году. Несмотря на то, что на улице стояло начало октября, для этих мест было необычайно тихо. Ветер, бушевавший пару дней назад, отступил, отмерив несколько спокойных деньков. Пётр Алексеевич взглянул на парник, стоявший перед верандой в паре метров. Внутри ещё оставались несколько стеблей огурцов, которые, однако, уже увяли. «Надо бы завтра вырвать, да перекопать теплицу», — удовлетворённо сказал про себя
Михал Михалыч застрял. Подлец поезд ушёл точно по расписанию, за полчаса до того, как Михмих приехал на вокзал. — Зараза, — сплюнул мужчина и культурно про себя перечислил десяток ругательств. До следующего поезда оставалось еще пять часов. Тратиться на гостиницу было жалко, и Михмих решил пересидеть на вокзале. Взял билет у сонной кассирши, сел на железную скамейку в зале ожидания, достал сканворд и принялся ждать. Слова в головоломке закончились. Михмих оторвал взгляд от серого листа и огляделся. Вокзал опустел. Только в будочке около выхода дремал полицейский, да спал у дальней стены мужик в засаленном ватнике. Встав и размяв затекшие ноги, Михмих прогулялся до газетного ларька за новым сканвордом. Но киоск был закрыт. Только мухи обсиживали стекло над газетами. Привокзальное кафе на втором этаже тоже оказалось заперто. А табличка на двери обещала, что даже на завтрак он не успеет.
Эта история со мной произошла летом. Я только вернулся из армии. Отдохнув пару дней, я подумал: «чего терять время зря». До учебного года было еще три месяца и я решил устроиться на подработку. Полазив по объявлениям, конечно же ничего интересного я не нашел. Поспрашивал по друзьям знакомым и мне предложили один интересный вариант. В одной деревушке, не далеко от города требовался ночной охранник. Деньги платили не большие но для подработки самое то. Да и обязанностей не много, в полях охранять сельскохозяйственную технику. Минус только один, охранять нужно было по ночам. Первая смена прошла спокойно, особо ничего интересного, я бы сказал даже скучно. Вокруг леса, да поля. Потом два выходных и снова на ночную смену. Интересным было то, что ты не знаешь где тебе предстоит проводить ночь. Днем, когда рабочие заканчивали одно поле, они переезжали на другое. Так вот в этот раз я оказался
Моему деду Григорию 85 лет, и он ещё довольно крепкий старик с ясным разумом и хорошей памятью. За долгую жизнь у дедушки скопилось огромное количество различных историй, в том числе и мистических. Когда я был помладше, папа всё время говорил мне: расспрашивай у деда обо всём, а то больше никто тебе не расскажет о старых временах. Что, собственно, я и делал. А особо интересные рассказы записывал в тетрадку. Как раз этим я и хочу поделиться с читателями сайта. История первая Произошло это за несколько лет до войны, когда дед был ещё ребёнком. На дворе была зима, вся семья сидела в хате за столом. Вдруг обнаружилось, что в вёдрах и в кадке закончилась вода. Сходить за ней вызвался Михаил, дедов старший брат. Взяв вёдра, он пошёл на улицу к колодцу. Через несколько минут Михаил возвращается, спокойно выливает в кадку, раздевается, садится за стол и говорит: - Я только что Ивана видел! -
В темноте кое-что шевелитсяЭто не слежка. KRIPER.NET использует только необходимые cookies для авторизации, сохранения сессии и работы функций сайта. Рекламных трекеров и аналитики нет.Зачем это нужно