Эту историю мне рассказала наша бухгалтер, произошла она с ее знакомой — Валентиной. Жизненный путь Валентины ничем не отличался от многих других. Выросла в счастливой дружной семье, окончила институт, работала бухгалтером на заводе, вышла замуж, через несколько лет родила дочку Анастасию. Вроде бы, что еще надо — живи и радуйся… В два года у Насти диагностировали серьезную болезнь. Точно не помню диагноз, что-то с онкологией связанное. И диагноз был неутешительный. Папашка проявил себя с «лучшей стороны» — сказал, что больной ребенок ему не нужен, собрал вещи, ушел и больше никогда не появлялся в их жизни. Валентина осталась одна со своей бедой, хотя и родители, и друзья — все помогали по мере возможности. А Настя потихоньку чахла. Два года больниц, операция, различные лекарства, поездки на консультации к светилам науки и «бабушкам». Ничего… Нет результата. Дочка медленно умирает у нее

Мне эту историю бабушка рассказывала. Она жила с детства в глухой деревне, было ей на момент событи лет семь-восемь. В те годы ни света, ни газа, ни электричества, ни транспорта не было, все на лошадях ездили. Дело было по зиме. Заложил бабушкин отец сани, собрались они с матерью в райцентр ехать. За каким делом в такую лютую метель и холодину приспичило им туда отправиться, неизвестно. Бабушку, как самую старшую, оставили дома на хозяйстве, присматривать за младшими братьями и сестрами, носить дрова и воду, топить печку. Родители сказали, что наутро следующего дня вернутся. Попрощавшись с дочкой, они уехали. Наступила ночь. Лежит бабушка на печке и слышит: кто-то воет под самым окном. Она тогда испугалась сильно, думала — волк пришел. Волки для взрослого человека-то страшны, а для маленькой девочки, которая одна дома, и подавно. Время тогда было голодное, нечего было есть ни волкам, ни

Эту историю рассказал мне три года назад мой дядя. Произошло это с ним, когда он был студентом. У него на тот момент была девушка, и как-то раз они решили посидеть вечером с друзьями. После шумного вечера мой дядя был обязан проводить свою подругу домой. Жила она в деревне, которая располагалась сравнительно далеко от города, где он учился. Возвращаясь в город, дядя решил срезать путь. Ему для этого предстояло пройти через местность с высокими зарослями. Шагая по дороге, он вдруг услышал мяуканье кота. Дядя не обратил на это внимания, но через минуту, уже совсем рядом, послышалось очередное: «Мяу!». Он удивился и посмотрел в ту сторону, откуда доносилось мяуканье. На обочине дороги, возле густых зарослей, стоял гроб. Возле гроба ходил кругами чёрный кот, будто охраняя его. Увидев, что человек смотрит на него, он стал злобно шипеть. Дядиному страху не было предела. У него от ужаса

Больничный городок, стоящий у самого берега Волги, мирно готовился ко сну. Горели редкие окошки кабинетов дежурных врачей и медсестер, зажигались фонари на аллейках между корпусами, заводили свою привычную ночную трель сверчки, просыпающиеся в душистых кустах цветущей сирени. Теплая и мягкая весна обманчиво струилась между серыми стенами дома боли, скорби и печали. Немолодой дежурный врач склонил голову к самой столешнице и, упершись подбородком в грудь, тихо посапывал. В похожей позе рядом пребывал коллега, чуть поодаль на единственной целой кушетке приемного отделения дремала медсестра. Мужчины по-рыцарски уступили молодой сотруднице лучшее место. Сонную тишину приемного покоя нарушил пронзительный крик женщины и топот бегущих по кафелю ног. — Пал Палыч, Пал Палыч, он здесь, он снова! Дежурный врач вскинул лохматую голову и неуклюже заспешил к дверям, опрокидывая за собой стул: —

Не скажу, что разгадал тайну нашей арки, но есть у меня одна догадка. Может быть, она и вам покажется интересной. Этому мрачному переходу сквозь жилой дом можно было бы придумать какое-нибудь зловещее название. Например, Проклятая арка... или Арка мертвецов. Хотя нет: и то и другое годится только для детских страшилок. Всё-таки не зря, наверное, это место называли просто аркой. Через неё почти никто из местных не ходил. Плохая это была примета. Жильцы дома не ленились переться в обход. Особенно вечерами. Бабки болтали невесть что. Да ладно бабки! Интеллигентные, казалось бы, люди пересказывали друг другу всякие бредни. И мой собственный дед, который жил в этом самом доме, верил, что арка эта «сатанинская». Дом тот построили в 1939 году. И говорят, что всякая чертовщина начала твориться почти сразу: однажды кто-то из горожан встретил в той арке солдата. Половина лица его была в ожогах.

Когда я перешёл в девятый класс, то перевёлся в другую школу. В новом классе подружился с одноклассницей — наверное, это можно даже считать первой любовью. Сидел с ней за одной партой, решал за неё задачки по математике, провожал домой, всё такое. Жила девушка с матерью в двухкомнатной квартире на верхнем этаже панельной девятиэтажки. Жутковатый райончик у них был, особенно ночью — ни единого фонаря, куча недостроек, где тусовались гопники, наркоманы и бог знает кто ещё. Ходить там и днём было стрёмно, а уж ночью тем более. В какой-то момент подруга начала жаловаться мне на странные сны. Ей на протяжении недель снилось, что что-то скребётся за стеной, пытаясь проникнуть в её комнату, или заглядывает в окно. Каждую ночь, да. Я чуть ли не матом на неё орал, требуя, чтобы обратилась к психиатру, но без толку. Не знаю, полностью ли правдивыми были её рассказы, но то, что она недосыпала и

Один мой знакомый рассказал о таком случае: однажды у него в квартире зазвонил стационарный телефон. Он снял трубку и услышал странные звуки — какой-то шорох, далёкие голоса и мерные глухие удары. На его: «Кто звонит? Алло!» — никто не отвечал, но и трубку не клали. Сначала он ничего не понял, но потом пришёл к такому выводу: звонок был с сотового телефона, который находился, очевидно, в нагрудном кармане рубашки, мерные глухие удары — это стук сердца, а голоса, если судить по отдельным словам, которые удавалось расслышать — это голоса врачей или санитаров. Скорее всего, человек попал в аварию, потерял сознание и медики проводили реанимационные мероприятия. А телефон позвонил по нажатию одной кнопки, которую, очевидно, нажали случайно. Мой знакомый слушал это несколько минут, потом связь прервалась. Путём недолгих размышлений он пришёл к выводу, что звонок мог быть только от одного

Несколько лет назад из Подмосковья в Волгоград погостить приехали мои родственники. В один из дней они возвращались с нашей дачи в город и на трассе попали в небольшое ДТП: их машину слегка задел встречный автомобиль. Виноват в произошедшем был другой водитель, и стороны договорились так: он оплатит моим родственникам предстоящий ремонт автомобиля, а так как требуемой суммы при себе у него не нашлось, он оставил номер домашнего телефона, о которому с ним можно связаться (мобильных тогда ещё не было). С тем и разъехались. Но сколько бы потом мои родственники не пытались с ним связаться, дозвониться так и не смогли — к телефону никто не подходил. Тогда через справочную службу они выяснили адрес и отправились к виновнику аварии домой. Дверь им открыл тот самый мужчина, но, войдя в квартиру, они увидели, что попали на поминки. Как объяснил хозяин, в тот день было девять дней с момента

Валерий был моим двоюродным братом. Мы одногодки, поэтому дружили и всегда находили кучу общих интересов. Но потом Валера погиб. Ушел из дома и не вернулся, а утром следующего дня его нашли в парке с пробитой головой. Сказали, смерть была мгновенной, шансов выжить не было. Позже выяснилось, что братишка случайно оказался участником уличной драки… Впрочем, какое это теперь имеет значение — ведь Валерку, нашего милого, доброго, замечательного Валерку уже не вернуть. Ему было всего девятнадцать… Узнав о гибели брата, я примчалась к тете Жене, его маме. Та от горя была едва в сознании. Сидела, уставившись остекленевшими глазами на Валерину фотографию, и почти ничего не говорила. Но ближе к вечеру вдруг она произнесла странные слова: — Я знала, что он умрет. — Как так? — я бросилась к тетке. — Что ты говоришь, тетя Женя? Рассказ, который последовал за моим вопросом, даже сейчас с трудом

История, как ни странно, началась задолго до происшествий. Тогда я очень сильно поссорился со своей девушкой, после чего у неё начался приступ. Казалось бы, ничего такого, просто нервный срыв. Но во время срыва она вдруг закатила глаза, схватила меня за плечи и сказала: «Я вижу два дверных проёма, в них пустота, не ходи туда!». После этого она потеряла сознание. Тогда я не придал этому особого значения — она у меня девушка нервная, часто впадает в истерику. Но потом началось... Стоял весенний день. На улице было достаточно тепло, дождя не было недели две. Мы с другом и той самой девушкой решили поехать на дачу, которая находится рядом со Звенигородом. Приехали, пожарили шашлычки, всё как надо. Друг немного подвыпил, а я тогда алкоголь не употреблял из-за проблем с сердцем. И тут друг предложил: «Слушай, а пойдём погуляем! Тут заброшенный военный санаторий недалеко, а напротив