Случай произошел в летнем лагере. Мы там, как все нормальные дети, баловались вызовами духов, призраков и прочей нечисти из детских страшилок. В итоге кому-то пришла в голову идея вызвать «Пиковую Даму». По какой-то неведомой причине товарищи-солагерники решили, что я мастер этого дела (это было совсем не так). Недолго думая, я сочинил технику призыва, состоящую в скрещивании двух осиновых веток, перевязанных шнурками, смоченных кровью вызывающего (для этого был сделан прокол в большом пальце), и протыкании несчастной карты с произнесением какой-то чепухи в духе: «Пиковая Дама, приди!». После ритуала, совершенного в полном соответствии с антуражем, ничего, естественно, не произошло, и все разбрелись спать. На следующий день было объявлено об общем собрании лагеря в честь какой-то даты, связанной с освоением космоса (лагерь был имени космонавта Комарова), с торжественной речью от

В конце октября Глеб решил съездить на дачу. Вечером в пятницу, после работы, он сел в машину, позвонил жене, предупредив, что вернется не раньше завтрашнего вечера, выслушал ее рассказ о том, как прошел день и как вели себя девочки, — и выехал на пригородное шоссе. Дорога была почти пуста. Весь день шел дождь, на асфальте стояли лужи, редкие машины проносились мимо, разбрызгивая воду из-под колес. Глеб ехал медленно: он никуда не торопился и не собирался зря рисковать на мокрой трассе. Лихачей Глеб не одобрял, сам водил осторожно — даже слишком осторожно, замечала иногда жена. Дача досталась Глебу от родителей. Он наведывался туда нечасто, раз в три-четыре месяца. Проверял, цела ли крыша, менял прогнившие доски, чинил покосившееся крыльцо. Пустой дом медленно ветшал и, хотя вполне еще годился для жилья, был обречен: старый дачный поселок располагался неудобно, слишком далеко от города,

В тот вечер я, как обычно, проводила свой вечер за компьютером. Вскоре мне надоело это занятие, и я решила пойти в комнату к маме, которая пришла с работы примерно полчаса назад и теперь лежала, отдыхая и смотря телевизор. Когда я вошла к ней в комнату, она смотрела новости и улыбалась. Я села рядом с ней, гадая, что же её так развеселило. Мама посмотрела на меня, потом вдруг попросила принести с кухни нож. Это было странно, так как она вроде бы ничего не ела, что нужно было резать, но я всё-таки отправилась на кухню. Взяв нож, я уже хотела отнести его маме, как зазвонил мой телефон, который я еще утром оставила на кухне. Я взяла трубку. Это была моя мама, которая стояла под окном и сказала мне, чтобы я одевалась — мы пойдём за продуктами...

Сначала я работала в садике воспитателем (хотя по профессии я психолог), потом предложили пойти в другой сад по профессии. Я решила попробовать. Новое мое место работы было, как ни забавно, самым старым садом в городе. Конечно, заведующая как могла пыталась поддержать в нормальном состоянии 78-летнее здание, но одного взгляда хватало, чтобы понять, что сад дышит на ладан. Скрипящие полы, открывающиеся сами от сквозняка двери, странные звуки — все это было совершенно стандартно. Иногда откроется сзади дверь (мой стол стоял спиной к двери), слышишь, будто кто-то идет, а потом кажется, что даже сказали что-то. Оборачиваешься — никого. Только дверь нараспашку. Сотрудники часто болели и уходили на больничный. Через пару месяцев случилось так, что в одной группе обе воспитательницы слегли с простудой. Заведующая попросила меня остаться на группе. Работа для меня была не новая, да и

Эта история произошла со мной в 2004 году, когда я был на первом курсе одного из технических ВУЗов Москвы. На дворе стоял конец октября — то замечательное время, когда солнце днём ещё прогревает землю, но по ночам уже начинаются морозы, покрывающие инеем землю. Была пятница, и я с дикой неохотой встал в семь часов для того, чтобы идти на очередную лекцию по математическому анализу. Настроение моё вто утро было весьма паршивым, поэтому желания сидеть на лекциях у меня не было не малейшего — хотелось развеяться и отдохнуть. Так что, недолго думая, я решил пропустить очередной поход за знаниями и поехать на дачу, ключи от которой у меня всегда были с собой, на той же цепочке, что и основные. Здесь нужно сделать небольшое пояснение: называть «дачей» мою дачу можно было с большой натяжкой — всё же это была не деревня, а полноценный город, когда-то в далёком советском прошлом даже наукоград.

Когда я приехал учиться в Новосибирск, то жил три месяца в посёлке Северный. То есть вынужден был жить, ибо хозяева съемной квартиры, получив деньги сразу за три месяца, исчезли, не оставив координат. Потом причина выяснилась: в зале не работало отопление. В итоге два месяца мне спать приходилось в одежде. А что делать? У студента финансы поют романсы — на новую аренду денег не было. Прожив спокойно сентябрь, я уже пообвыкся. Жить можно — хоть и квартира оставляла желать лучшего, зато мог делать, что хотел. Но тут наступили первые холода, и я понял, что надо перед сном закрывать дверь в комнату, иначе она вымораживалась быстро ночью. Вот тогда я и услышал шарканье в прихожей. Общая схема полтергейста была такова: 1) начинаются шаркающие шаги из кухни и идут до дверей в комнату; 2) шаги останавливаются перед закрытой дверью и переминаются с ноги на ногу (прямо слышал притоптывание); 3)

Это произошло с девочкой, у которой была тяжелая болезнь ног. Девочка большую часть жизни была прикована к кровати. Когда врачи сказали, что жить ей осталось пару месяцев, родители твердо решили дать дочери все то, чего она лишилась, лежа в госпитале, до тех пор, пока она не умрет. И вот в один из дней родители решили сводить ее в поход недалеко от города, ведь раньше она почти не бывала на природе. В дороге девочка вела себя тихо, как обычно, откинувшись на заднем сиденье, а родители разговаривали друг с другом. Достигнув пункта назначения, они поставили тент, разложили еду и стали разводить костер. Мать между делом фотографировала окрестности и дочь, а отец отлучился за сухими ветками для костра. Вдруг он услышал крик жены и, бросив все, побежал назад. Перед его глазами предстала ужасная картина. Дочь стояла на ногах и дико, судорожно двигалась, трясясь всеми членами. Она словно

До семи лет я росла крайне спокойным, самодостаточным ребенком. Я практически не нуждалась в постоянном общении со сверстниками, к тому же в это время я уже училась в лицее и все свободное время уходило на занятия общеобразовательными предметами, музыкой, литературой. И вот, как и всегда, летом после окончания лицея я поехала на дачу. Место находилось довольно далеко от Москвы, в Калужской области, в глухой деревне. Но мне хватало общения с детьми, которые туда приезжали к своим бабушкам. Рядом с той деревней находилась психиатрическая лечебница, сложившаяся в целое поселение. Она занимала довольно большое пространство и располагалась за большим оврагом. Люди, которые там лечились, бывали и буйные, и не очень, были и просто те, кто заработал нервный срыв. Так вот, некоторых из них выпускали погулять. Они не причиняли вреда, а наоборот, помогали старикам копать огороды, колоть дрова,

Вернувшись после института в родной город, я обнаружила, что в нашем медвежьем углу никто не ждёт с распростёртыми объятиями девушку-программиста. Работы было катастрофически мало. Помыкавшись продавцом-консультантом, я устроилась оператором на АЗС. Работа мне неожиданно понравилась, умение разобраться с компьютером тоже оказалось не лишним. По работе я часто контактировала с нашим экономистом. Зиле, так я буду называть её. Она сразу произвела на меня впечатление: высокая полная женщина лет тридцати с небольшим. Длинные тёмные волосы, карие глаза, приятный голос и милая улыбка. Зиле нравилась мне. Когда она звонила или приезжала на заправку, хорошее настроение сохранялось надолго. Зиле на удивление неплохо разбиралась в программах и оборудовании АЗС, и в её глазах я выгодно отличалась от других операторов. Это помогло моей карьере: когда в офисе понадобилось расширить штат, Зиле

— А теперь… — ведущий взял драматичную паузу. — Ирина расскажет нам, каково это — десятилетиями жить бок о бок с чудовищем. Толя коротко хохотнул, словно булькнул горлом, глядя на густо накрашенную пергидрольную дуру на экране, выключил звук и с хлопком открыл бутылку дешёвого пива. Что все эти куры вообще могут знать о том, что значит жить с чудовищем? Да ещё ведущий этот мерзкий… Изображает из себя, будто любит всю Россию и понимает жителей глубинки, а на деле — обычный сноб из столицы. Бутылка пустеет слишком уж быстро, пол-литра пива грузному Толе — что слону дробина, а запас в холодильнике иссяк пару дней назад. Мужчина зарекался покупать ещё, в очередной раз пытаясь вернуться к более-менее здоровому образу жизни, но уже знал, что сегодня он проиграет эту битву. Потому что ему снова требовалось забыть. Ряха охотился, и если Анатолий не успеет напиться до того, как уснёт, кошмары