Со стороны можно было решить: дети играют. Они неслись по дорожкам летнего лагеря оживленной стайкой, что-то выкрикивая на ходу, и лица их сияли улыбками. Только самый искушенный наблюдатель, заметив, кто бежит впереди всех в этой ватаге ребятни, сделал бы правильный вывод. Дети не играли. Они гнали чужака, защищали территорию охоты и правила стаи. И блестели зубами они не от радости. — Чунька! — Чунька-колода! — выкрикивала ребятня, подгоняя жертву. Особенно исступленно действовала самая мелкая в их группе — светленькая, дистрофичного склада шестилетка. Вместо обоих передних резцов у нее во рту зияли два влажных провала, две темные пещерки в обрамлении остреньких, как у котенка, клыков. Детская рожица и взрослая ярость — она напоминала взбесившуюся фею Динь-Динь в старушечьем варианте. — Катька, зараза, стой! Куда? — кричала ей высокая тонконогая блондинка с надменным лицом —

Этот случай мне рассказала моя мать. В деревне, где прошло ее детство, жил один очень видный мужик Тимофей со своей женой красавицей Татьяной. Детей у них почему-то не было, но любили они друг друга на зависть крепко. Как-то зимой Татьяна простудилась, заболела и умерла. Похоронил ее Тимофей, и с тех пор неладно с ним стало: не выходит из дома, не работает толком, только водку хлещет да слезы льет по Татьяне. И уж предупреждали его старые люди, что не следует так убиваться по покойнице, не к добру это. Не слушал их мужик. И вот как-то вечером в крещенские морозы сидел Тимофей дома и горе свое водкой заливал, как вдруг открылась дверь и вошла в избу его Татьяна. А Тимофей уж пьяненький был, поэтому не больно-то и удивился. Обрадовался, бросился к жене, обнимает ее, целует... А она ему и говорит — пошли, мол, со мной, только не бери ни тулуп, ни шапку. Тимофей-то, как вышел из дому, и сам

Несколько лет назад у меня умер брат. За несколько дней до смерти он переехал в домик в одной полузаброшенной деревне примерно в 50 километрах от города. Деревня эта находилась в лесистой местности, и там сам лично я не был ни разу до того злополучного дня. Дом от прошлых хозяев достался ему очень дёшево, примерно в три раза дешевле, чем он собирался потратить на загородный дом. Смерть была очень неожиданной. Он ничем не болел и ни на что не жаловался. Наоборот, всегда был весёлым и жизнерадостным человеком. Но, как он мне говорил сам во время нашей последней встречи, хотел пожить вдали от цивилизации. Обстоятельства смерти также были странными. Его тело нашли на дороге по пути в деревню, и оно было без одной ноги, а на лице застыла гримаса не то боли, не то страха. Эксперты посчитали, что он стал жертвой нападения волков или других хищников. Уже тогда ко мне в душу закрался червь

Девочка по имени Лиза часто оставалась дома одна, так как её родители работали в ночную смену. Чтобы Лизе не было страшно дома одной, родители купили ей собаку. Однажды ночью Лизу разбудил звук капающей воды. Она встала, пошла на кухню и закрутила кран. Вернувшись в комнату, девочка засунула руку под кровать, и лежащая там собака лизнула ей руку. Через некоторое время Лиза снова проснулась от звука капающей воды. Она пошла в ванную и там до упора закрутила кран. Девочка вернулась в кровать, снова дала собаке лизнуть ей руку и заснула. Через некоторое время капающий звук снова стал беспокоить её. Лиза на этот раз внимательно прислушалась и обнаружила источник звука — он шёл из шкафа в прихожей. Она открыла двери шкафа и увидела там свою собаку с перерезанным горлом. Кровь капала на пол, а на внутренней стене шкафа была надпись, сделанная кровью её собаки: «Мне понравился вкус твоих

Всё началось два года назад, в октябре. Затянутое серыми тучами низкое небо нависало над головой, грозясь с минуты на минуты разразиться то ли дождем, то ли мокрым снегом. Я спешил домой, запахнув пальто, скрываясь от холодного ветра за высоким воротником. До заветной двери оставалось рукой подать, когда, будто выпав из густых сумерек, ко мне подошел старик. Точнее, он будто появился со мной рядом — пожилой мужчина с неопрятной седой бородой, торчащей в разные стороны. Одет он был в камуфляжные штаны, видавшую лучшие времена кожаную куртку, а на ногах его красовались новенькие разноцветные кеды. Молниеносно приблизившись, он железной хваткой схватил меня за руку и прошептал: — Ночь наступит, — его глаза блеснули безумием. Я даже не успел никак среагировать, он напоследок до боли сжал мою руку и исчез в сгустившейся вечерней темноте. Слегка ошарашенный, машинально потирая ноющее

— Ну что, дружище, как ты? — Да как в сказке. Чем дальше, тем страшнее. Мы каждую встречу начинали с этого диалога. Все-таки Макс жуткий оптимист. Немного туговат, слишком добрый, в детстве прослыл ботаником. Он не был особым трусом, но конфликтов избегал. Слишком мягкий. Вообще не от мира сего, но есть в нем хорошая черта — мой друг никогда не унывает. Я налил чаю, и тут Максим задумчиво посмотрел на свою кружку, сквозь боль улыбаясь своим мыслям. — Знаешь, — заговорил он, — а ведь все началось с чая. — Что именно? — Ладно, давай по порядку, — он поудобнее устроился на подушках, закашлялся, отдышался и повел свой неспешный рассказ. * * * Помнишь, я когда работал, после смены постоянно спал, как сурок? Пришел в тот день уставший, задолбанный. Даже новая квартира, в которую въехал третьего дня, разменяв родительскую, не радовала. Хотелось только спать. Продрых до полуночи. У меня после

Эта история случилось осенью с с моей мамой. Женщина она, так сказать, старой закалки, во всякое непознанное мало верящая, поэтому и у меня не доверять ей оснований нет. Собралась она на почту заказное письмо получить. К почте ведет прямая асфальтированная дорога, по краям дороги — двухэтажные дома. Мама торопилась изо всех сил, чтобы успеть на обратный автобус, поэтому решила немного срезать путь, пройти через дворик, а там, глядишь, и до почты рукой подать. Обогнула она двухэтажный дом, прошла через двор — почты нет! И асфальт закончился, вот дом, вот проселочная дорога, вон кладбище вдали, а почты и в помине нет. «По-моему, я заблудилась,» — подумала мама и, думая только о том, что все-таки рискует опоздать на автобус, помчалась выяснять, где же все-таки эта злосчастная почта? Если бы мама-торопыга остановилась и подумала, что пейзаж вокруг странный, потому что нет в этом районе

СЕВЕРНАЯ АТЛАНТИКА, БОРТ СУБМАРИНЫ «ZDZISLAW BEKSINSKI», 19 АВГУСТА, 16:55 ПО БОРТОВОМУ ВРЕМЕНИ Незнакомый сигнал в инфразвуковом диапазоне. Марцин Гловацки рефлекторно взглянул на призрачно-зеленый экран радара. Всё в порядке, они здесь одни. По крайней мере, никаких объектов, сопоставимых с габаритами других подводных лодок и прочих судов, не наблюдалось. Марцин поднял настройки, но и среди более мелких объектов не было ничего рукотворного. Сигнал, тем временем, никуда не пропадал. Инфразвук. Многие морские животные используют ультразвук для ориентировки в пространстве, поиска добычи и общения, но инфразвук — это совсем другой спектр. Киты общаются между собой инфразвуком, но в пределах досягаемости приборов никаких китов не было. Марцин ощутил нечто вроде тревоги — пока еще очень слабой, но все же она возникла, как едва уловимая вибрация где-то в глубине искушённого разума опытного

Голос дамочки дрожал. Дамочка нервничала и теребила сумочку. То и дело срывалась на объяснения, что она вообще-то в это не верит. Просто ей страшно. Я всегда пропускаю мимо ушей эту часть разговора. Иногда всё, чего хотят мои клиенты — это выговориться. Если они заметят, что их слушают, сочувствуют и относятся с пониманием, до них дойдёт вся сюрреалистичность ситуации и нелепость их рассказов. Они поблагодарят за внимание, скажут, что они позвонят мне в самое ближайшее время и уйдут. Этот алгоритм они могут повторять годами. Если их слушать. Так что когда разговор доходит до того места, где мне говорят «вообще-то я в это не верю, но в моей квартире происходит что-то непонятное, и я не могу это объяснить...» — я начинаю думать о вечном. Тогда клиент распаляется, пытается меня заинтересовать, красочно описывает, какие именно скрипы он слышит по ночам и что именно ему померещилось в

Мне 24 года. До недавнего времени я жил на обеспечении у родителей, но буквально две недели назад устроился на работу по специальности и снял двухкомнатную квартиру. Так как живу один, ни в чем себя не ограничиваю. Что касается сна — ложусь тогда, когда в голову взбредет. Обычно на сон в сутки у меня уходит 4-5 часов, не более. Наркотики не употребляю, то же касается и алкоголя. Перейду, собственно, к самому случаю, что случился со мной два дня назад. Было где-то 4 часа утра, я в тот момент слушал музыку и, сам не замечая того, уснул. Только вот поспать нормально не удалось, так как голова раскалывалась. В наушниках играла меланхоличная музыка, и в какой-то момент мне показалось, что я слышу детский смех. Я снял наушники. Голову покалывало, слышна была только тихая музыка из наушников. Свет обычно я выключаю везде за ненадобностью — вот и в тот раз везде он был потушен. Я решил сходить