Потихоньку темнело, и буквы на серой газетной бумаге становилось все труднее различать. Они будто бы оставались на своих местах, вроде даже сохраняли привычные формы, но вот смысл ухватить было, чем дальше, тем сложнее. А если, как заметил Женька, остановиться на какой-нибудь одной букве и смотреть на нее, то остальные через некоторое время начинали словно подмигивать, мельтешить, роиться, и, если после полуминуты такого дела сдвинуть глаза в сторону, можно было прочитать что-то совсем другое, не то, что напечатано. Поразвлекавшись таким образом минут пять, Женька почувствовал, что глаза заболели. В комнате медленно, неспешно становилось темно. Окна зала выходили на запад, но солнце уже опустилось за горизонт, а вернее, за гаражи. Он отложил районку и просто сидел в кресле, в ленивом оцепенении, свернувшись и подтянув коленки. Один раз снова взял газету, чтобы посмотреть, на что похожи

Анон, тебе это покажется глупым, но в том, о чем я напишу ниже, был виноват Инстаграм. Светка как будто чувствовала, что ничем хорошим технический прогресс для нее не обернётся: напрочь отказывалась сменить свой старенький кнопочный «Самсунг» на что-то поновее, и только презрительно усмехалась, когда мы с Ленкой утыкались в свои айфоны, чтобы проверить сообщения в контакте и фейсбуке. «Телефон нужен для того, чтобы звонить», – категорично заявляла Светка и добавляла: «Задроты». Но ничто не может длиться вечно. Светкин телефон со временем начал глючить, зависать, терять сигнал, в связи с чем на консилиуме по поводу грядущего Светкиного дня рождения мы с Ленкой приняли стратегическое решение: новому телефону быть. Благо Китай позаботился о том, чтобы даже мы, с нашими скромными финансовыми возможностями, могли себе позволить относительно приличный телефон с сенсорным экраном и всем

Наконец-то я нашел в себе силы рассказать о том, как моя жизнь пошла под откос. Не повторяйте моей ошибки, аноны. Телефон доверия – штука очень, очень странная, я б даже сказал, обоюдоострая. Ведь вы никогда не знаете – кто там на другом конце провода. Причем это относится к обеим сторонам. Человек, позвонивший по телефону доверия, не знает, кто ответит на его звонок… А ответивший – соответственно не будет знать, кто ему позвонил. Или что. А еще ты, да-да, ты, читающий эти строки, задумайся, ведь это так похоже на имиджборды. Пускай кому-то покажется, что расскажу довольно много фактов из «внутренней кухни» подобных организаций, но мне уже наплевать. Все равно я не вернусь туда работать, да и ничего особенно секретного вы все равно не узнаете. К тому же мне уже совсем недолго осталось, я полагаю. Ну а детали – не секрет для любого, кто проходил спецкурс по телефонной консультации на

Начну с того, что все эти истории реальные и происходили со мной приблизительно с 2016 по 2018. Толчком к написанию этой истории стал мой ежедневник, который я вел какое-то время. Примерно в ноябре прошлого года я его потерял и сейчас, делая уборку откопал его под диваном. Что удивительно – почти все эти истории я успел забыть. Никаких оборотней, вампиров, белых, пятиногих НЁХ с щупальцем вместо тела тут не будет. Что бы ты, мой читатель удостоверился в том, что истории реальны, я приложу координаты тех мест, которые могут понадобится. Город, в котором это все происходило – Тольятти. Землякам привет! Домик на деревеЗвучит по-детски, но летом 2016 мы с моим другом решили его построить. Не для того, чтобы сидеть там, а для того, чтобы можно было сказать, что мы что то построили. Технически это не должно было быть домиком, а скорее треугольной платформой на дереве. Занимались мы этим

Она сидела на кровати, застеленной белой простынею, посредине небольшой комнатки, отгороженная от всего внешнего мира крепкими металлическими дверями и кирпичными стенами. Седые волосы, без малейшего намёка на другой цвет, кроме украденного у лунного света серебра, вновь упали на покрытый мелкой сеткой морщин лоб. Женщина торопливо убрала сбежавшие пряди наверх и поспешно принялась набирать заветный номер на панели недорогого сотового телефона: — Сейчас, сейчас, доченька, подожди немножечко, подожди, минуточку... Алло? Света? Свет, это — ты? Да, да, конечно, мама... Нет, нет, я не положу больше трубку, никогда, никогда... Понимаешь, просто деньги кончились... Бывает такое, доча, часто бывает... Я заберу тебя оттуда, заберу обязательно... Не плачь, не рви мне сердце, доча... Холодно? Темно? А у нас светло и тепло... Наблюдая за женщиной, с другой стороны двери стояли два человека, одетые

Нынешнее продвинутое поколение, небось, никогда не сталкивалось с объектом под кодовым наименованием «советская телефонная будка». Напоминаю, в канувшем в прошлое СССР таковая имела вид железной остекленной коробки, в которой на стене висел тяжелый телефонный аппарат. Сбоку или сверху на рычаге лежала трубка. Сверху торчал монетоприемник. Обычный звонок стоил две копейки, междугородний — пятнадцать. Звонок в скорую и милицию был бесплатным. В сущности, нынешние таксофоны весьма похожи на своих древних предшественниц, только вместо монеток в них суют кредитные и телефонные карточки. Сооружение не отличалось элегантной кондовостью английских телефонных будок, единственная стенка в нем обычно была изрисована похабенью и символами любых спортивных команд, а стекла разбиты. Скромные будочки втыкались около оживленных магазинов и перекрестков, рядом с кинотеатрами и школами. В девяностые годы

Остаться в первом часу ночи на другом конце Москвы с одной сторублевой купюрой — такой легкомысленности она от себя не ожидала. Даже Алиса в свои 16 такого бы не выкинула. Кстати, об Алисе. Сегодня она ни разу за вечер не позвонила дочке. А ведь именно сегодня та собиралась с новыми друзьями на какую-то сомнительную вечеринку. Марина вздохнула и сняла блокировку на телефоне. 15 неотвеченных вызовов: 10 — от участниц импровизированного девичника «кому за 30», на который она сегодня так и не доехала, три — от мужа, ни одного — от дочери. Зато два совсем недавних, полуночных, с какого-то неизвестного номера. Незнакомые номера в ее списке вызовов появлялись крайне редко, поэтому с них Марина и решила начать... Гудков или мелодии она так и не дождалась. Телефон предательски показывал 9 процентов заряда и равнодушную надпись «Нет сети». Выругав себя, Марина подумала, что надо поспешить — не

Перевод выполнен специально для kriper.ru. Около часа ночи зазвонил телефон. Высветился номер моей младшей сестры. Она жила за несколько часовых поясов, поэтому у неё там было около 3х ночи наверное. Звонок этот настораживал. «Что-то не так, - подумал я, но трубку снял и неуверенно произнёс: - Привет?! Сначала в трубке была тишина, прерывающаяся шипением. А затем тихий приглушённый, но отчаянный женский голос прошептал: - Пожалуйста, помогите мне.. Я сразу подумал о самом худшем. Мою сестру похищают? Подвергают пыткам? И это всё, что она могла сделать? Позвонить человеку, который находится за столько километров от неё? Что мне делать? Должен ли я положить трубку и набрать 911? Должен ли я кричать в телефон? Должен ли я продолжать слушать и пытаться получить хоть какую-то информацию? Я решил продолжать слушать. К моему ужасу голос начал кричать. Слышался он всё ещё приглушенно, видимо,

№1 Здравствуй, анон. Хочу рассказать тебе о совершенно реальном случае, который произошёл со мной сегодня. 20 лет, не бородат, не тролль, не лжец, не девстенник. И даже не копипаста, представьте себе. Всю сегодняшнюю ночь я был на ногах — гулял по городу. Пришёл домой в 7 утра и завалился спать, лелея робкую надежду, что часам к 12 я чудом проснусь сам и появлюсь в универе к 3 паре. Проснулся я от того, что у меня зазвонил домашний (!) телефон. На часах было 12.44 — мне нужно было быть на паре в 12.25. Звонок на домашний телефон для меня есть вещь крайне необычная, ибо живу я на съёмной квартире, и со всеми нужными мне людьми держу контакт посредством мобильного телефона или быдлоасечки — так что номер моего домашнего телефона практически никто из моих знакомых попросту не знает, в этом нет необходимости. Я, полусонный, ринулся к телефону и взял трубку, и тут... Вот тут, Нульч, я высрал

История скорее странная, чем страшная. Но меня до сих пор передергивает, когда вспоминаю. Прежде никому об этом не рассказывала. Просто не могу вслух пересказать, язык не поворачивается. Только пять лет спустя решилась напечатать. Может быть, кто-то поделится со мной соображениями, что это было. У меня есть приятельница. Назову ее Ольгой. Звонит мне как-то Оля и не своим голосом говорит: «У Ивана (мужа) любовница». Иван запал на девицу, вдвое его моложе, да так запал, что света белого без нее не видел и жене во всем признался. Самое тяжелое для Ольги было то, что любовница – их с Иваном общая знакомая, и знакомая эта с Ольгой дружила и бывала у них в гостях. Их общие друзья уже были в курсе, что Иван завел любовницу, а жена, как водится, обо всем узнала последней. Словом, история обычная: старая жена, молодая любовница, муж-изменник. Для Оли все складывалось далеко не лучшим образом. Ей