Это случилось сегодня. Я ухожу на работу рано — в 5 часов утра. Лифт ремонтируют, поэтому мы сейчас спускаемся и поднимаемся пешком. При этом бывает страшновато, так на некоторых этажах нет света. Спускаясь сегодня, я увидела, что на 4-м этаже чуть приоткрыта дверь общего коридора на три квартиры — там есть лампа, которая чуть–чуть освещает подъезд. Проходила мимо этого «тамбура» и увидела — стоит девочка лицом к двери одной из квартир. Просто стоит. Не стучится, на звук моих шагов не реагирует, не оборачивается. Эту девочку и ее мать я знала — хорошая семья, всегда выходили из квартиры вместе. Поэтому я и подумала, что она ждет маму, и стала спускаться дальше. А вечером разговаривала с другой соседкой — она сказала, что прошлой ночью та девочка умерла в больнице... Я в шоке. Мне еще два месяца ходить по темному подъезду, пока не починят лифт. А ведь я ее действительно видела. Стояла

Каюсь, в 90-е годы я был приличным пьяницей, пил почти каждый день. Но после одного случая привычку как рукой сняло. Напился я, как обычно, после работы. Домой я приходил уже в приличном подпитии и после разборок с женой ложился спать в зале, так как жена меня в комнату к себе пьяным не пускала. В тот день пришел я домой уже «тепленький» и сразу лег спать на диванчике в зале. Среди ночи проснулся сходить по нужде. Открыл глаза — а в комнате светло, как днем. Огромная полная луна светила в самое окно и освещала комнату. Я встал, пошел в туалет, после зашел на кухню выпить воды — сушняк был еще тот, голова гудела как колокол. Напившись из чайника, я собрался было идти дальше спать, но тут мое внимание привлекло что-то на подоконнике. Луна очень ярко освещала и кухню (окна комнаты и кухни выходят на одну сторону). На подоконнике четко вырисовывался какой-то объект, похожий на черное пятно.

Я жил в многоквартирном доме (не в «хрущевке»). Когда был маленьким, очень любил послушать звуки лифта. Хорошо было слышно в туалете, так как за его стеной была площадка. Лифт запускался с характерным воющим звуком, потом ехал так, гудя и скрежеща, через каждый этаж: тум-тум-тум, тум-тум-тум... Примерно до полуночи это были редкие, вполне обыкновенные вызовы. Видимо, молодежь ездила то наверх, то вниз, или припозднившиеся гости. Я примерно в одно и в то же время вставал ночью в туалет. И долго слушал, стоя возле влажной и холодной стенки с отсыревшими обоями, как в подъезде туда-сюда бесцельно ходит лифт. Звуки нагоняли жуть. Лифт уходил куда-то наверх, звуки затухали. Не было слышно, как раскрывались двери, просто лифт останавливался, и все. Потом раздавалось «вж-ж-ж», и он шел обратно. И так много раз. Каждую ночь. Я пробирался по темной прихожей, пугаясь собственных шагов, напряженно

Я вошел в прокуренный тамбур электрички. За окном пролетали зимний лес и покрытые снегом поля. Мужичок, стоящий в тамбуре, глянул сначала на меня, потом на внушительного размера спортивную сумку. Я смотрел в его глаза, не отводя взгляд — мой попутчик фыркнул и уставился в надпись «Не прислоняться», попутно затягиваясь вонючей сигаретой. Металлический женский голос объявил остановку, и я вышел на платформу. Вокруг меня, сколько хватало глаз, была невыразимо тоскливая картина — под свинцовым полуденным небом стояли черные дома и здание вокзала с заколоченными дверями. Вдалеке чернел лес. В деревню Каменный Овраг я приехал на месяц, скрываясь от судебных разбирательств. Дело в том, что контора, где я работал, где-то что-то нарушила, и прокурор вызвал меня в качестве свидетеля в суд. Я сказал, что заболел, и ввиду сложившихся обстоятельств начальство дало мне отпуск на месяц. Сначала я

В лихие 90-е я жил в одном из южнороссийских городов в двухкомнатном частном доме. Такой я шиковал за счет родственника, который уехал в Москву делать деньги, попросив меня лишь вовремя оплачивать коммунальные услуги. О таком любой студент мог только мечтать. Однако моя радость длилась совсем недолго — поняв, что я живу в беспокойном доме, я конкретно испугался и пригласил жить со мной своего однокурсника. Объяснять Игорю, почему я так упорно настаивал на его переезде из общаги в этот дом я не стал. Во-первых, Игорь довольно скептически относился к существованию потусторонних сил, а во-вторых мой откровенный рассказ мог заставить его под каким-нибудь благовидным предлогом отказаться от переезда. У Игоря был такой прикол — когда мы возвращались с учёбы или из гостей домой, он перед самым домом ускорял шаг, подбегал к двери дома, открывал её, а потом захлопывал прямо перед моим носом. И

Если бы не тяжёлые финансовые обстоятельства, последовавшие за развалом фирмы, я бы никогда не оказался в этой деревне, в грязном, тесном домишке с безнадёжным названием «изба». Пищей мне служат картошка и вермишель, а чтением — толстенькая чёрная Библия, вручённая на вокзале свидетелем Иеговы. Другого имущества, кроме гардероба, от прошлой жизни у меня не осталось, а посуду и кухонную утварь я купил вместе с домом. Приходится жить здесь, деваться некуда, и теперь я медленно становлюсь крестьянином. Поселение, где я обречённо вложил средства в недвижимость, относится к разряду переживших пик расцвета лет сто назад и ныне естественным образом угасающих. Тому есть памятные свидетельства. У реки, за околицей изъязвлённым перстом царской эпохи тычет в небо колокольня сгоревшей церкви. Красный кирпич и вымытые дождями остатки побелки придают ей отвратительное сходство с больной плотью,

Сколько интересных, загадочных, а подчас даже опасных вещей таится в затерянных уголках нашей планеты! Порой то, что ещё год назад существовало лишь в мифах малочисленных народов и в воспалённом воображении безумцев, сегодня вдруг приобретает бытие и становится самой простой банальностью. Стоит, к примеру, вспомнить панду — до девятнадцатого века это милое животное обитало лишь на страницах древнекитайских трактатов о географии, и о его существовании никто не догадывался. Но одно дело густые леса, растущие на загадочных китайских просторах, и совсем другое — обыкновенный район обыкновенного российского города. Неужели, скажете вы, и здесь возможно найти нечто, доселе неизвестное миру? Как оказалось, вполне возможно, если иметь правильные знакомства. Впрочем, это необычное открытие должно было совершиться в жарких лесах Индонезии. Там, как мне удалось узнать, местные жители уже давно

Мы с женой уже давно хотели переехать подальше от городской суеты. Её беременность послужила толчком для этого, ведь мы хотели, чтобы наш малыш рос на свежем воздухе. Наш выбор пал на небольшой домик за городом. Цена была довольно привлекательной, так что, уладив кое-какие дела, мы уже через несколько дней обживали новое место. Дом был не в лучшем состоянии, особенно полы: в гостиной они буквально рассыпались от старости. Попросив жену переночевать у подруги, я занялся заменой старых досок. Незачем ей присутствовать, ещё провалится — уж очень я за неё переживал. Когда я снимал доски, под одной из них в углу я обнаружил старую кассету. Забыв о работе, я вставил кассету в магнитофон. Сначала был слышен только треск, всхлипы и сбивчивое дыхание, но потом я услышал голос. Он явно принадлежал женщине, она то плакала, то смеялась, и это было жутко. «Если вы слушаете это, значит, меня уже нет

Года два назад случилось так, что я в силу обстоятельств после окончания интернатуры была вынуждена уехать в деревню, чтобы поднимать там с колен сельскую медицину. Обрадовалась безмерно — неделю ревела, неделю квасила, потом покидала манатки и в назначенный сентябрьский день была прибыла на территорию больницы в качестве местного знахаря. Тут меня порадовали еще раз: вместо обещанной служебной жилплощади мне показали две большие фиги. Но я особо не переживала: в той деревне — а точнее, в ПГТ — в благоустроенной квартире проживала моя любимая бабуля. Но у нее я жить не стала. Не то чтобы мне не нравилось с ней жить, просто я курю, а в бабушкином понимании я идеальная внучка, прямо загляденье. Чтобы не разрушать ее иллюзии, я решила, что, пока не наступили холода, поживу у нее на даче. Бабушке я мотивировала это тем, что мне до смерти надоел народ на работе, и я стремлюсь к уединению. В

Две недели назад у меня умерла собака — точнее, внезапно заболела чем-то непонятным и стала походить на живой труп. Дышала редкими тяжелыми вздохами, исхудала так, что, казалось, кожа висит прямо на костях. Пришлось усыпить... Живу я один в частном доме. Собака из-за холодов жила в подвале, в отдельном закутке в самом дальнем углу дома, отгороженном от остальной части подвала железной дверью с мощным засовом (дом старый, и так было сделало еще до того, как я стал там жить, не знаю, зачем — на погреб эта комната не похожа). Поначалу все было нормально или мне так казалось, потому что собака у меня была не из робких и просто так не лаяла, не выла и не скулила. Но примерно за два дня до начала болезни она стала скрестись в железную дверь. Происходило это, наверное, где-то в районе четырех-пяти часов утра. Просто скреблась, никаких других звуков не было. Мне это тогда показалось немного