Мы с моим другом отправились исследовать один недострой. Стоял он на охраняемой территории действующей стройки и выходил наружу лишь фасадом, а фасад этот смотрел на неширокую полоску зеленых насаждений вдоль железной дороги. Все окна первого этажа были забраны толстыми решетками. Дверь на парадном крыльце в центре здания была и вовсе заложена шлакоблоками. Залаз осуществлялся через одно из окон: оно было закрыто двумя решетками на разной высоте, причем нижняя часть была прикреплена изнутри здания, а верхняя — снаружи. Таким образом, между решетками оставался зазор на ширину стены, в который можно было пролезть, обладая достаточным энтузиазмом. На преодоление решетки требовалось время, поэтому внутри нам надо было быть крайне осторожными, ведь в случае неприятностей быстро покинуть объект было бы проблематично. Здание представляло собой недострой на последней стадии отделки. Стены

Когда я учился классе в четвертом-пятом, одноклассники собрались весело провести время в одном из недостроенных домов. Половина из нас уже посещала это здание по наводке одного из пацанов, жившего по соседству с тем домом. Те, кто уже успел побывать там, не уточняли, в чем вся прелесть этого похода. Они только подогревали наше воображение и обещали огромную порцию удивления и страха. Дом оказался одноэтажным строением без стекол и рам в окнах, калитки не было, поэтому мы вошли беспрепятственно. Повсюду царило запустение, слоями лежала пыль. Ожидая обещанного ужаса, мы поднялись на крыльцо. Внутри также всюду были слои пыли, в том числе и на полу — черновом, без покраски, но довольно гладком. На одном из порогов зачинщик предупредил нас, что сейчас в комнату входить нельзя, надо смотреть из дверного проема. Поначалу я вообще ничего не заметил — просто комната, пыльная и заброшенная.

Это со мной случилось в прошлом году. Приехал пожить на дачу летом, ибо надоел город, да и на природе захотелось отдохнуть. Ночевал в комнате на диване, смотрел телевизор. И в какой-то момент краем сознания понял, что что-то изменилось в комнате, стало не так. Услышал, как заскрипели половицы, будто кто-то ходит, но никого не было видно. Немного испугался, но виду не подал, но и не засыпал больше. Утром всё было как обычно. Наступала жара, и я перебрался с улицы обратно в дом. Зашёл в комнату, где ночевал, и тут среди жаркого дня повеяло прямо-таки ледяным морозом — я аж поёжился и накинул на себя хлопчатобумажную робу. После этого сел на диван и стал играть на телефоне, и тут снова послышались чьи-то мягкие шаги, приглушённые, и снова повеяло холодом. Мне волей-неволей пришлось выйти на улицу и греться на солнце. Так до ночи я и пробыл на улице. Когда пришло время ложиться спать, я

Я много и часто путешествую. Родом я из Минска. Как известно, являемся мы географическим центром Европы, о чем наш президент с завидной частотой напоминает с экранов гражданам. Которые, в свою очередь, успешно пользуются удобным расположением и частенько ездят в соседнюю Прибалтику, Польшу, Чехию, Германию, и более дальние Францию и Италию посещают регулярно. Не то, чтоб сильно буржуйски жил бульбаш, но некоторые туры «дикарем» выходят бюджетнее золотокошельковых сочинских ночей. Сама я часто езжу по Европе на автомобиле, выезжаю из Минска и держу путь до итальянских берегов. Так и посмотреть заграницу получается, и покупки совершить, и в финале на морях-курортах отдохнуть. Красота, одним словом. Так собираемся мы компанией небольшой, машины 3-4, и катим весело-задорно. Так было и в тот август 2013. Три машины, семь человек. Обычно мы всегда вместе, но в этот раз в Австрии от нас

Новый дом. Это так здорово — будто жизнь заново начинаешь. Я, накопив нужную сумму денег, получил в своё распоряжение двухэтажный дом в пригороде. Цену просили не большую и не маленькую — среднюю. После тщательного осмотра покупки на семейном собрании было принято решение первый этаж оставить родителям, а на втором этаже я смогу чинить свой «бардак, беспредел и прочие глупости». Потянулись долгие недели ремонта, перепланировки, замены сантехники, труб и прочего. Спустя почти четыре месяца оба этажа были готовы для полноценного проживания. Тут-то я получил свободу для своей фантазии. На стенах на втором этаже появились несколько подаренных мне красивых мечей, щит. Забыл упомянуть, возможно, самое главное. Когда мы меняли пол на втором этаже, в одном из углов под старыми половицами я обнаружил тряпичный свёрток, наполненный какими-то волосами, клубочками ниток, воском и прочими

Живу уже два года в девятиэтажке на восьмом этаже. Сколько там живу, по лестнице поднимался всего пару раз, а так всё время на лифте. Вследствие этого этажей моего дома я практически не знаю. Случилось это зимой под вечер. Решил поужинать, но хватился, что не осталось ни чая, ни хлеба. Делать нечего, решил отправиться в ближайший магазин. Как назло, весь день в доме лифт простаивал, никто починить его не удосужился, пришлось пешком идти вниз. Спускался долго, пока не осознал, что слишком уж долго спускаюсь — этажей двенадцать уже прошёл. В подъезде стоял сумрак — сверху горит свет, а внизу кромешная тьма, как бездна. За окнами тоже полная темнота — даже не определишь, на какой ты высоте. Стал я считать этажи, и на пятнадцатом мне стало жутко страшно. Побежал наверх, но через восемь лестничных пролётов так и не вышел на свой этаж, да и устал к тому же. Причём свет наверху продолжал

Эту историю мне рассказала моя подруга — это произошло с её матерью. Тогда она жила с родителями в квартире и поздно возвращалась с учебы. Зайдя в слабо освещенный подъезд, она услышала тяжелые шаги. Было ощущение, что по лестнице идёт мужчина в тяжелых кирзовых сапогах, но, как бы она ни всматривалась, никого не увидела. Когда она дошла до квартиры, шаги все ещё слышались где-то рядом. Она позвонила в дверь и ждала, когда ей откроют, и тут краем глаз уловила движение. На ступеньку ниже лесничной клетки спиной к ней стоял какой-то мужчина. Ее взгляд скользнул вниз, и она увидела, что нижняя половина его туловища повернута вперед: она явно видела затылок, сутулую спину и тут же — колени и ступни в домашних тапочках, развернутые к ней. Она от ужаса истошно завизжала, и тут он пошел на нее спиной вперед, топая так, будто на ногах были кирзовые сапоги. И вся его нижняя половина двигалась

Я молодой музыкант, увлекающийся экспериментальными жанрами. Последние несколько месяцев я записывал эмбиент-альбом, который называется «Ночь». Для одного из треков этого альбома я хотел записать ночные звуки, которые обволакивают человека, когда он спит у себя на кровати. В намеченный день я вместе с оборудованием выехал в пустой дом на сельской местности, прочь от искусственных шумов города, которые могли бы испортить запись. Вечером, включив оборудование, я лег спать. Наутро я послушал, что мне удалось записать. В принципе, всё было именно так, как я хотел: высокочувствительный микрофон заснял шум ветра за окном, далекий лай собак, скрип кровати при поворотах моего тела и сонное дыхание. Я слушал запись несколько часов, выделяя для себя наиболее интересные моменты, которые будут использованы в треке. Но в момент, соответствующий 3 часам 24 минутам ночи, я услышал нечто, что заставило

Когда мне было 15 лет, собрались мы отдохнуть всей семьей у знакомых летом. Приехали к этим людям, покушали, пообщались... Вечером, посмотрев фильм на ночь, я спросил, где я буду спать. Мне показали на комнату с храпящим дедом на полу (спал он на пледе). Я лег спать, но так как я парень городской, не привыкший ко всякой скотине, то их крики за окном в сочетании с храпом старика меня сильно раздражали. В итоге ворочался на кровати до ночи, всё не мог задремать. Вдруг, к моему удивлению, все затихло — и дед храпеть перестал, и скотина замолкла. Одновременно я почувствовал, что на меня кто-то смотрит, и посмотрел в окно. Мне и до того уже было страшно, но от того, что я увидел в свете фонаря (кстати, он тоже входил в список вещей, мешавших мне спать), меня кинуло в жар и холод. Я увидел у окна человека, который широко улыбался и держался руками за свой рот. Потом он начал засовывать руки

Подвал у нас — то еще расстройство. То ли дело в мамином доме — там подвалы разделены металлическими перегородками, свет есть электрический, пыли нет, стены оштукатурены, пол нормальный, человеческий. А у нас не подвал — смех один. Какие-то деревянные частоколы от пола до потолка и навесные замки. Подвал достался вместе с квартирой — у немцев принято так, чтобы квартира и подвал вместе шли. Это как у русских балконы — чтобы было куда сложить древние закрутки, сломанную лыжу и пыльные коньки брежневских времен. Немцы, правда, в подвалах держали велосипеды, зимнюю одежду, какие-нибудь запасы консервов и пива. Я быстро приноровился к такой концепции — и правда, чего дома по шкафам распихивать, да на антресолях огороды городить? Не пользуешься вещью — спусти в подвал. Находиться там, конечно, было то еще удовольствие — дом был старый, еще довоенной постройки. Сунешь саморез в стену — песок