⚙
На сайте ведутся технические работы
Часть функций может быть временно недоступна, а некоторые элементы работать нестабильно. Возможны небольшие ошибки и перебои. Работа сайта будет восстановлена в ближайшее время.
Хотите верьте, хотите нет, но я считаю, что самая большая загадка во Вселенной — это человек. Как он сам, так и его тело может выкидывать такие фортеля, что диву дается, по-моему, не только Бог, но и чёрт! Привезли к нам на «разделочную доску» парня. Молодой еще, 17 лет. Ну что тут сказать, среди молодежи именно таких придурков к нам больше всего и попадает. Сначала даже не думали его трогать, но родственники настояли, чтобы мы привели его в «божеский вид». Мол, хоронить хотят в открытом гробу, и денег дали. А нам-то что? Мы, работая в морге столько времени, и не такое делали. Пришить отсутствующие у жмура руки-ноги и переодеть? Да не вопрос! Спирту хряпнули — и за работу. Собрать по кускам голову упавшего в карьер работника и сделать чинное лицо? Да не вопрос! Покурили, подумали как — и за работу. Вот все почему-то думают, что работа в морге — это кладезь ужаса, мистики и ходячих
(антракт из книги «Либидо с кукушкой») — Сама пугало огородное! Остер. Нарушение правил приличия Психологический центр “Озеро” Февраль, 2020 — Мы на полтретьего. Лера вышла из оцепенения. Февраль издевался над метеозависимыми москвичами со сладострастным зверством инквизитора, только что вернувшегося из отпуска. Была ли в инквизиции система отпусков? А профсоюзы? А бонусы для наиболее оскорбленных верующих? Куда только ни уносит поток скучающего сознания, если торчишь целый день за стойкой администратора. — Здравствуйте. Доктор вас уже ждет. Прошу, следуйте за мной. Никаких имен. Никакой информации в электронном расписании. Никакого расписания. Но Лера узнала пациентку. Это было нетрудно. Елену Ерофееву узнал бы любой, кто смотрел тв-сюжеты о замороженных оффшорах российской элиты. Что такого было в ней, кроме статной фигуры и пронзительного взгляда? Волосы. Грива расплавленной меди,
Работала я медсестрой в хирургии. Точнее сказать, была девочкой на побегушках у главной медсестры. И вот направили меня однажды забрать результат рентгена, а это в другом корпусе. В окно гляжу — ливень страшный, думаю, придётся по подвальному коридору снова идти. Заболеть и идти на больничный не могла себе позволить, на руках сын без отца рос. Коридоры этой больницы, скажу я вам, просто лабиринты. Метра два в ширину, обложены тусклой плиткой советского производства. И, где-нигде, двери по бокам во всякие технические сооружения. Спустилась на лифте, иду по табличкам, как богатырь русский — направо путь в морг, прямо — в онкологию, налево — в корпус №2, где рентген (туда мне и надо было). Иду быстро, не оглядываюсь. Женщина я впечатлительная, чуть что, так сразу в панику. Заворачиваю налево, а там ещё разветвление, уже в корпус №1. Ну, думаю, понастроили ходов, как у гномов! Была я там
Когда я была маленькой, у меня умер дедушка. Помню, мама тогда сильно плакала. Я тогда ещё не понимала, что собой представляет смерть, и бабушка мне сказала, что дедушка уснул и никогда больше не проснется. Помню только, что он лежал в гробу на кладбище... лежал и храпел. Я одна видела это и думала, что он так спит. Наверное, если бы сейчас такое увидела, то лежала бы там же, где он. Когда я была уже постарше, как-то раз я возвращалась со школы домой. День задался не очень, я была уставшая. Когда переходила дорогу, мимо проехала похоронная процессия. Я стала присматриваться к гробу — он оказался закрытым. Изнутри отчётливо доносился крик. Мне стало очень жутко, и я просто ушла быстрым шагом.
Несколько лет назад я занимался тем, что со своими друзьями исследовал старые, давно заброшенные места. Одним из таких жутких мест был старый склеп на кладбище первой пресвитерианской церкви Эдисто (на острове Эдисто, Южная Каролина), где в 1847 году была погребена девушка по имени Джулия Легар. По словам местных жителей, время от времени они слышали из склепа странные, пугающие звуки, но узнать причину этих сверхъестественных вещей не решались. Спустя пятнадцать лет, когда нужно было снова открыть склеп, чтобы похоронить члена семьи Легар, они обнаружили труп Джулии в углу около двери. Руки её тянулись вперед, как будто в поисках выхода… Когда мы добрались до этого места, моим друзьям показалось, что будет очень забавно запереть меня одного в склепе до самого утра. И они сделали это, ублюдки… Вообще, я, конечно, и сам был виноват — я был в этой компании самым опытным и успел здорово
Барды неспешно выходят из лесу с шестиструнками и вещьмешками наперевес, в длинных свитерах, плавно переходящих в отекшие, но добродушные бородатые лица. Это обычно происходит во время моего вечернего чаепития. Макаю овсяную печенюшку в чай, присербываю со вкусом и глазею в окно на нехитрую компанию, которая в течение 8 лет изо дня в день совершает этот странный переход мимо моего дома... До деревни они никогда не доходят, растворяются у соседской калитки, после чего начинается самое интересное. Старый ветвистый дуб за сараем выпускает из своей коры огромных светляков, которые рассаживаются на ветвях и, покачиваясь, начинают потрескивать свой летний мотив. Я знаю, что они не видят меня, но на всякий случай привычным движением закрываю кухонную форточку. Зимой светлячки молчат и просто таращатся белесыми фонариками в звенящую холодную тишину. Думаете, их вижу только я? Отнюдь. Совершенно
ВНИМАНИЕ: история содержит ненормативную лексику и жаргонизмы. ------ Это напоминает глаз. Белое горящее око, лишённое век, уставившееся в пустоту. Оно не заметит тебя, если ты выскочишь ему навстречу, лишь белоснежным лучом прошьёт и устремится дальше — в далёкий путь между холмами, увлекая за собой железнодорожный состав. Прожектор выхватывает маленьких снежных мух из бесконечного потока снегопада, освещает их со всех сторон. Лучезарная звезда вырывается из-за поворота раз в два-три часа, освещает путь, разгоняет мглу, а затем с грохотом удаляется прочь. Через минуту и не вспомнишь, а пока едет, стёкла сторожки дребезжат, да чашка на блюдце подскакивает. Чай за край так и норовит выплеснуться. Состава уже не видно, лишь остывающая дрожь шпал, да остаточные толчки. Я откинулся на спинку стула. Не удобно долгое время сидеть в одной позе, а именно так обычно проводят время ночные
Бабушка еще при жизни рассказала мне интересную историю. Не верить ей у меня нет причин — она отличалась честностью и твердыми принципами. Мой дед, бабушка и моя будущая мать переехали в село, когда деда перебросили на строительство завода как инженера. Им выделили комнатушку в хате у одной бабки. Та и расскажи моей пятилетней матери, что местные леса богаты на ягоды. Мама и заладила — папа, пойдем, мама, пошли, ну когда, почему не сейчас, почему нет, а когда пойдем — ну и прочая головная боль для родительского состава ячейки общества. Долго ли, коротко ли мать моя терроризировала бабушку с дедушкой, но в один из дней они все-таки решились на поход: взяли лукошко и пошли в незнакомый лес. Ясное дело, заблудились, притом крепко. Ягоды, конечно, сбили чувство голода, но они до самой темноты не могли найти выход из леса. А потемнело хорошо. Как говорится, не видно ни зги. Ночь хмурая, с
ВНИМАНИЕ: история содержит ненормативную лексику и жаргонизмы. ----- Для начала, небольшое отступление. Живу я на окраине одной из столиц. Окраина — это мягко сказано, задница полнейшая. Когда я сюда переехал, по местному парку бегали лисицы. Однажды я даже обнаружил на своем балконе сову, которая поедала мышь. Жил на тот момент я один. Ну как один? С котом. Коты вообще крайне странные создания, но этот был просто отбитым на голову. Он орал в три часа ночи, везде гадил и тырил мою жратву. Этот экземпляр мог, например, с разбега удариться башкой в стену, прыгнуть с когтями мне в рожу, ни с того, ни с сего. А самой главной его фичей было — он, гад, никогда не урчал вообще. Вру — когда жрал, тогда вроде как мурлыкал. Гладишь его, играешь с ним, ему все равно — в лучшем случае цапнет тебя и убежит. Кота этого я люто не любил. Но выкинуть не мог — жалко было, подох бы он на улице. Тем не
В 2010 году я работал старшим оперуполномоченным отдела уголовного розыска Октябрьского ОВД города Омска. В июле месяце, мне тогда оставалось три недели до выхода на пенсию, а точнее, 17-го числа, я дежурил в составе следственно-оперативной группы. Около трёх часов ночи, когда мы со следователем собрались выпить чаю, по громкой связи дежурный объявил сбор оперативной группы. Когда мы все четверо собрались в дежурной части, помощник дежурного нам пояснил, что позвонила женщина и сказала, что на улице Гагарина рядом с гаражным массивом она обнаружила труп, а точнее, останки человеческого тела. Она пыталась ещё что-то сообщить, но, видимо, из-за шока у неё это не получилось. Уже через двадцать минут мы были на месте происшествия. То, что мы обнаружили, трудно вообще как-то описать. За всё время всей моей работы я ничего похожего на это не видел. Тело женщины висело, зацепившись одеждой,