Мы с матерью и отчимом жили в Москве на 4-м этаже пятиэтажного дома. Как-то вечером, сидя перед телевизором, я услышала стук. Было ощущение, будто соседи сверху стучат в свой пол. Я не обратила на это внимания, так как у них была собака, и они частенько рубили для неё кости на небольшом пеньке. Однако стук повторялся снова и снова — мать тоже его слышала и решила подняться к соседям, чтобы они перестали стучать. Когда она от них вернулась, то сказала, что они ни при чём — тоже тихо смотрят телевизор и стука не слышали. Осенью мы переехали в Королёв (отчим пил, и все деньги уходили на кодировки), на верхний этаж пятиэтажки. Где-то в конце октября — в начале ноября стуки повторились и в этом доме. Честно говоря, я очень испугалась, так как над нами тут был только чердак. На дворе была ещё не зима, но снег прошел, и остались небольшие сугробы, покрытые корочкой. Я после этих стуков вышла

Приближался день рождения Билла. Этому чертяке исполнялось 22 года, и он решил нехиленько гульнуть. К счастью, экзамены в колледже уже закончились, поэтому можно было спокойно выехать на природу и хорошенько погудеть. Собственно, это был уже второй день рождения Билла, который мы отмечали втроем — я, Кев и Билл. Мы еще с первого курса плотно сдружились, так как увлечения были схожими, да и больше нормальных людей в нашей группе и не было, одни мажоры да тупые айфонщицы, которые фоткают все, что под руку попадает. В общем, Билл пообещал нам шикарные посиделки под ночным небом на природе. В предвкушении праздника мы закупились всем, что полагалось, и на следующий день, разбудив Билла, тормоша его с криками «с днюхой, засранец», отправились на его тачке (будь проклят этот старый дребезжащий «Понтиак») к местной индейской деревушке. Леса, которыми изобиловал штат, были просто

Вот единственный способ избавиться от крыс. Мы с мышами относились друг к другу со сдержанной злобой, или, лучше сказать, со злобной сдержанностью. Я им ставила мышеловки, а они смеялись над мышеловками. По ночам я слышала, как они шептались между собой, и почти разбирала детали их планов, по-мышиному мелочные. Они думали, как бы стянуть кусок сыра или даже шматок орехового масла из-под рокового рычага, который по идее должен был их прикончить смертельным ударом по шее. Я слышала, как они хихикают над мышеловкой-кормушкой. Злобный, съедобный: мыши обожают стихи и вообще любят всякие банальности и глупые игры; из-за них у меня в голове засели эти дурацкие рифмы. Из-за этого я тоже не люблю мышей. Но все эти глупости — еще полбеды. Самое большее, на что способны мыши с их идиотскими играми, — это докучливое, мелочное беспокойство, и к нему я постепенно привыкла. Все-таки я — человек, а

В спальне у одной девочки стоял шкаф, внутри которого находилось большое зеркало. Девчонка эта была любительницей пощекотать себе нервы, а потому иногда открывала этот шкаф ночью и смотрела на своё отражение. Как-то раз, когда ей стало скучно, она снова проделала это. Она была удивлена интересным эффектом, проявившимся в этот раз: благодаря игре света и тени в этот раз в зеркале она отражалась как бы с пустыми глазницами и огромным ртом. Отражение выглядело очень реалистично и почти объёмно. Полюбовавшись данным зрелищем с минуту, девочка пошла в ванную, но по пути она кое-что вспомнила, и это это заставило её включить в ванной свет, запереться там и разбудить своим криком родителей и половину соседей. Дело было в том, что из шкафа накануне убрали зеркало.

Интересоваться историей своей семьи я стала более 25 лет назад, но не очень активно — работа, дача, дети были маленькими, и прочие текущие заботы отодвигали мое увлечение на второй план. С выходом на пенсию времени стало больше, архивы сейчас открыты — знай плати денежки за архивные справки, а хочешь — сам сиди в архиве, читай фолианты. Но время неумолимо — каждый год уходят старики, являющиеся бесценными носителями информации, которую вы не найдете в Сети, в книгах или монографиях историков. Я немножко расспрашивала свою бабушку о ее родителях, братьях и сестрах и прочей родне, об их жизни в 20-е годы прошлого века. Как я жалею сейчас, что не записывала все ее истории!! Вот несколько историй о событиях, разнесенных во времени почти на столетие, но объединенных одной местностью, и, возможно, чем-то еще. Первую историю рассказала моя бабушка. Жила она с родителями в Забайкалье, в деревне

Ненавижу пятницу, в этот, казалось бы, прекрасный день, когда вся страна радуется концу рабочей недели и планирует отдых на выходные, я знаю одно — снова придется прятать тело. Нет-нет, вы не подумайте, ни воспитание, ни моральные принципы не позволяют мне забрать чью-то жизнь. Просто вынужден убирать за той, которую люблю. Странно, правда? Некоторые девушки хотят денег, некоторые внимания, а ее единственная прихоть заключается в заметании мной следов ее ночных прогулок, которые она еженедельно совершает с завидным постоянством. Хорошо, что на карте нашей безграничной родины полно глухих и дремучих лесов, где можно спрятать труп. И просто прекрасно, что некоторые из них расположены не далее 200 километров от моего дома. Но, знаете, морально это очень тяжело. Пару раз я чуть не сошел с ума, когда жертвами становились маленькие дети, еще не вошедшие в пубертатный период. Если в первый

Это случилось много лет назад, в стране, которой уже нет, среди людей, которых уже нет, и в тот момент, когда страна почти прекратила существовать. СССР, 1942 год. Зима. В деревне, занятой немцами, он появился как-то внезапно. Именно тогда стало ясно, что война затянулась, скорой победы немцев не будет, что впереди — туман. Старый, с длинными седыми волосами и яростным взглядом голубых глаз. Говорил про старых богов — даже не про того, что был при царе, а тех, что были раньше. От которых осталась только тень в самых древних лесах в самую безлунную ночь. А он яростно призывал их. Говорил, что немцы — шанс призвать их обратно. А немцы стали лютовать. Партизаны убивали их, они — крестьян. Старались все больше партийных да буйных, да и он в полицаи записался — говорил, что как война кончится, нужно возродить Русь, что была до иудейского бога. Даже вырезать что-то начал в роще, что сразу за

Я никогда не любил приезжать в деревню к дедушке и бабушке. Лето, комары, от которых нет спасения, нет телевизора, деревенские пацаны, считавшие делом чести задирать городского хлюпика типа меня, да и сам дом — все это действовало на меня угнетающе. Родители, тем не менее, не считались с моими аргументами относительно иных взглядов на летние каникулы аж до 16 лет. Подозреваю, что они и потом бы продолжали отправлять меня на лето в деревню, но потом я сделал ход конем и уехал покорять столицу. Сказать по правде, для столицы это прошло незаметно. Мне повезло, и я уцепился за эту жизнь, что так непохожа на то, что я видел в родной провинции. Отучился в университете, устроился на работу, снимал комнату, крутился и вертелся... что, в общем, принесло свои плоды. Не сразу, конечно, а годам эдак к тридацати. Свое дело, свое жилье, своя жизнь. Все текло своим чередом, и из колеи, как я считал,

Пиво оказалось теплее, чем вечерний воздух, поэтому с общего молчаливого согласия бутылки были поставлены на скамейку охлаждаться, а почтенное собрание занялось семечками. — Между прочим, — сказал Вовик и замолчал, сплевывая лузгу. Парни вяло покосились в его сторону. Вовик никогда не был душой компании, но уж лучше слушать его побасенки, чем тупо грызть семки. Может, кто и мог бы рассказать свежий анекдот или поделиться каким приколом, да только все, кроме Вовика, поленились. Значит, так тому и быть. Ободренный пусть не пристальным, зато общим вниманием, молодой человек ткнул кульком в сторону кирпичной стены: — В этом самом складе, между прочим, уже семь человек повесилось. — Правильно говорить «на складе»,— буркнул зануда Коркин. — На? Не, они все внутри вешались, снаружи вроде как веревку цеплять негде. — Э-э! — Коркин махнул рукой и забил рот семечками, чтобы не вступать в

Это случилось в те времена, когда празднованию церковным праздникам в нашей стране не уделяли должного внимания. Хотя эпоха всеобщей борьбы с религией закончилась, на смену ей пришла другая — эпоха религиозного равнодушия. Церковные праздники, народные обряды и традиции теряли свою актуальность. Народ постепенно забывал свои корни. Но даже несмотря на это, Пасха отмечалась всегда, во всяком случае, практически каждый деревенский житель (да и городской тоже) знал наверняка ее точную дату. В том году Пасха была поздней и отмечалась накануне Дня Победы. К привычной каждому крестьянину работе в поле и на огородах добавились предпраздничные хлопоты: нужно выбелить хату, выкрасить и подремонтировать всё, что требует ремонта в доме, в усадьбе. Ведь сегодня же Чистый Четверг, а значит, всё должно быть в чистоте: и хата, и подворье, и сам человек чист мыслями и делами. Суетливый день близился