Это произошло четыре года назад. Многие из вас наверняка слышали о маньяке в Липецкой области, который на протяжении семи лет убивал женщин и девушек. Сейчас его уже приговорили к пожизненному заключению. Мне тогда было 13 лет, я жила всего в часе езды от Липецка. Жители моего городка боялись выпускать детей (да и вполне взрослых девушек тоже) на улицу, как только начинало темнеть. Но я и мой друг Тёма обожали гулять ночью. Конечно же, мои родители не разрешали нам делать это, и мне приходилось вылезать через балкон и спускаться по дереву. Отец Тёмы работал в Москве и приезжал лишь на выходные, а беременная мама так уставала из-за работы по дому, что засыпала без задних ног и не слышала, как ее сын уходит. В тот вечер Тёмка, как всегда, ждал меня под балконом, и мы пошли в сторону старого кладбища. Меня всегда восхищали такие мрачные места, но чаще мы сидели в парке, разговаривая часами

Эта история произошла с моим отцом в 1960 году — они в тот год получили от государства частный дом в районе «Второго Павлодара» (в Павлодаре есть район, который так называется, в основном в нём находятся частные дома). По словам отца, дом стоял заколоченный около двух лет. Спустя некоторое время после переезда по ночам начали происходить странные вещи. То вдруг среди ночи раздастся звук, как будто на пол с силой швырнули стопку книг, то кто-то начинает бегать по комнате... При этом, когда включали свет, на полу в помине не было каких-либо книг и тем более кого-то, кто мог бы бегать. Всё это продолжалось на протяжении долгого времени, но не каждый день, а с интервалами. Потом стало ещё страшнее: посреди ночи ни с того ни с сего вдруг начали раздаваться удары в стену с улицы. По словам отца, было такое ощущение, как будто по стене бьют хлыстом или бичом. Иногда это могло длиться до самого

Есть у меня друг Данила. Живет он в деревне, куда я каждое лето из города приезжаю к родственникам. В деревне его считают странным: то он голоса странные слышит, то ходит во сне, то с кем-то невидимым разговаривает… Я к его странностям уже привык, тем более что при мне они не так сильно проявляются. Так вот, с некоторых пор он начал общаться с мертвыми. Причем в таких подробностях описывал, как они выглядят и что они говорят, что соседи диву давались — все сходится! В основном ему являлись души умерших родственников, даже давали советы. Чаще всех приходила прабабушка Наталья. При жизни (а прожила она более 100 лет) она очень любила Данилу. Однажды он рассказал, как прабабушка пришла к нему и указала, где в доме спрятано золото. Оказалось — в спальне под половицей, где стоял тяжелый комод. Данила попросил меня помочь его сдвинуть. Ну и пришлось же нам попотеть, скажу я вам... А под ним в

Когда я был молодым студентом и первый раз начал зарабывать столько, чтобы жить один, то есть тратиться на съем квартиры и еду, я ушел от родителей и снял квартиру в старом сталинском доме на окраине. Квартира была на первом этаже, вся исписана всякими надписями а-ля «Привет Жоре!» или «Вадик, с днюхой!» — в общем, этакий притон, в котором до меня жила какая-то девушка. Снял я этот притон, естественно, потому что у меня не было денег, а не из-за квартирных предпочтений, да и к университету он был ближе. Когда я вселялся, а эта девушка, соответственно, выселялась, она на меня посмотрела и ехидно сказала, чтобы я «готовился». К чему готовиться, я тогда не понял. Сама квартира состояла из коридора, кухни, заброшенной комнаты и моей комнаты. В кухне было огромное окно, «украшенное» драными и пожелтевшими от времени занавесками, облупившийся потолок, надписи на стенах. Заброшенная комната,

16 июля 1923 года, после окончания восстановительных работ, я переехал в Эксхэм Праэри. Реставрация была грандиозным делом, так как от давно пустовавшего здания остались только полуразрушенные стены и провалившиеся перекрытия. Однако этот замок был колыбелью моих предков, и я не считался с расходами. Никто не жил здесь со времени ужасной и почти необъяснимой трагедии, происшедшей с семьей Джеймса Первого, когда погибли сам хозяин, его пятеро детей и несколько слуг. Единственный оставшийся в живых член семьи, третий сын барона, мой непосредственный предок, вынужден был покинуть дом, спасаясь от страха и подозрений. После того, как третий сын барона был объявлен убийцей, поместье было конфисковано короной. Он не пытался оправдаться или вернуть свою собственность. Объятый страхом, большим, чем могут пробудить угрызения совести и закон, он горел одним желанием — никогда больше не видеть

Пару недель назад одна знакомая нашей семьи, мать-одиночка, купила новый телефон. Через несколько дней после рабочего дня она пришла домой, выложила ключи от машины, бумажник и телефон на тумбу и села на диван смотреть телевизор. Её шестилетний сын подбежал к ней и попросил телефон, чтобы поиграться. Мать сказала ему, чтобы он не удалял сообщения и не нажимал лишнего. Мальчик согласился и убежал играть в свою комнату. Примерно в 11 часов вечера женщина решила ложиться спать и поднялась к сыну, чтобы уложить его в постель. Она нашла его в своей комнате, где он спал на кровати. Телефон лежал на полу. Подняв телефон, она стала проверять, не наворотил ли сын ничего, но нашла только несколько новых фотографий, которые мальчик снял, играясь. Дойдя до последней отснятой фотографии, женщина пришла в ужас. На ней был её сын, который спал на кровати, но снимок был сделал другим человеком... да и

Родом я из далекого северного города под названием Певек. Холодно у нас там, город расселяют, целые дома выселяются. Именно это произошло семь лет назад с домом напротив того, в котором я жил. Я в то время учился в десятом классе. К тому времени, как я закончил школу, дом совершенно опустел — не осталось ни одного жителя. Тогда-то мы с друзьями и решили устроить небольшую экспедицию туда. Незадолго до этого ходил слух, что на четвертом или пятом этаже в том доме, в одной из квартир, произошло убийство. Кого убили, кто убил, поймали ли убийцу, я не знаю — но само убийство и вправду было. Говорили, что неупокоенный дух убитого по ночам буянит, и из окна его квартиры слышится грохот и прочий шум. Конечно же, ни один из нас всерьёз не верил в это. И вот мы пришли туда. Дом как дом — заброшенный, но очень интересный. Он был довольно долго «законсервирован» и поэтому его не успели полностью

Наверняка многие из вас знают «прикол», когда с помощью различных манипуляций руки человека начинают подниматься вверх без всякой на то причины. Так вот, пару лет назад летом мы с друзьями пришли в гости к девчонке, которую зовут Катя. Когда слушали музыку, кто-то завёл разговор о фокусах. В ход пошли карты, монеты, стаканчики и шарики — в общем, всё, что нашли в квартире. И тут Катя вспомнила про «руки». Она решила показать остальным свои навыки фокусника на мне. Я встала к стене всем телом, неплотно прижавшись к ней, и закрыла глаза. Катя начала производить действия, которые являются по сути бессмысленными, они нужны только для того, чтобы произвести впечатление «таинственного ритуала». Делала она следующее: взяв мои руки, она четыре раза скрестила их (как упражнение «ножницы») и четыре раза поочерёдно щелкнула пальцами — то возле левого уха, то возле правого. Затем расположила свою

Об этом случае мне рассказала сестра. Она со своим парнем на днях поехали на машине сначала в кафе, а потом просто катались по окрестностям города. Ехали по большой трассе, время было уже 11 часов вечера. С одной стороны этой трассы было большое кладбище, а с другой стороны подступал лес. Завернули они в лес по какой-то дороге, просто из интереса, чтобы увидеть, что там (ребята отчаянные, не побоялись — я бы, трусиха, туда ни за что не сунулась). Сестра говорит, что дорога была плохая, вся в кочках, поворотов много, зато накатанная — видно, что машины ещё ездят по ней. Едут, смотрят — свет горит, и стоят пять-шесть домиков. В некоторых горит свет, а один стоит заброшенный, полуразобранный. Ребята удивились — они не думали, что там поселок какой-то есть. Обратили внимание, что ни в одном из дворов машины не было. Проехали подальше, и тут у них машина заглохла. Сестра перепугалась — не по

Мой отец служил в специальных войсках, ядерные боеголовки перевозил — конечно, в специальных контейнерах. Часть его располагалась на холмистой местности. Поодаль от части находились пункты охраны: будка, обнесенная забором, большие железные ворота, мелкая сетка с колючей проволокой наверху. В будке было освещение, стол, стул, журнал дежурства, телефон со связью со штабом. Прямо напротив двери располагалось окно. Такие посты находились каждые 2 — 5 километров: один на холме, другой во впадине и т. д. Отец рассказывал мне: «Стояла зима. Пришла моя очередь дежурить. Утром меня отвезли на пост, и до позднего вечера я находился на улице, охранял объект с автоматом наперевес. Каждые полчаса делал запись в журнал, докладывал в штаб. Последние полчаса пошли. Я вышел на улицу, стою, курю. И вижу, что к моему посту движется кто-то — через сетку же все видно. Смотрю — женщина идет в белой сорочке,