Материалы для истории, которую я хочу представить на ваш суд, я собирал несколько лет. Исходной опорой являлся услышанный в детстве рассказ моего дяди, который в 70-х — 80-х годах прошлого века работал следователем в нашем городе К***ске, расположенном в Новосибирской области. Уже будучи взрослым, я начал целенаправленно собирать сведения, которые могли бы пролить свет на неразгаданную тайну, о которой упоминал дядя: исследовал архивы и подшивки газет, расспрашивал очевидцев, знакомился с материалами старых уголовных дел, используя свои связи. Вывод, к которому я в итоге пришёл, выглядит совершенно фантастическим и нереальным, но при сопоставлении фактов это единственно возможное рациональное (насколько здесь применимо это слово) объяснение тех событий, которые имели место в нашем городе на протяжении десятилетий. Никаких фактических доказательств моей версии, конечно, нет, но всё-таки

Прочитав историю «Могилы в лесу», я захотел поведать о своем приключении. Начнем, пожалуй, с того, что мы с отцом заядлые грибники. Да и вообще любители удрать из нашего гарема на лоно природы. И вот в очередной погожий осенний денек, пока три мои сестры решали, кто в каком платье пойдет на свадьбу, а мать пыталась их разнять, мы запрыгнули в машину и укатили в лесок. Лес наш не очень большой и знаем мы его вдоль и поперек. Хожу в него столько, сколько я себя помню, то есть около двадцати лет. Отец и того больше — лет сорок. Знаем каждый сук, каждый пенек, каждый камень, каждую полянку. Знаем все. Рассказываю это заранее — специально для скептиков, и для людей городских, в лес не особо ходящих. Потеряться, заблудиться, выйти куда-то не туда — это не про нас. Было такое, что и среди ночи приходилось возвращаться. Приехали мы и пошли своим обычным маршрутом. Ничего примечательного не

История, о которой я хочу рассказать, произошла несколько лет назад. Был конец марта, холодный и снежный. В тот день я возвращался из города-миллионника, где провёл выходные, в свой родной городок. Дорога выдалась долгой. Из-за плохих дорожных условий ехать приходилось медленно. Кто путешествовал по Сибири на машине, тот может представить себе дорожные пейзажи тех мест, полностью состоящие из бесконечного хвойного леса и сугробов, убивающих своим однообразием. Добавьте к этому 12 часов за рулём и сможете примерно понять моё сонное состояние. По моим подсчётам, ехать мне оставалось чуть больше 250 километров. Когда я притормозил у развилки дороги, сперва я подумал, что сплю. Я, без преувеличения, раз 50 ездил этим маршрутом и был абсолютно уверен, что дорога должна была вести исключительно в одном направлении, и именно на этом месте развилки быть не может. Просто физически не может быть.

Я проснулся, когда решил, что мне на грудь легла кошка. Тем памятным вечером накануне я перебрал пива и завалился спать, даже не отключив монитор, только поставив на паузу фильм. Это была пятница, и я решил, что спокойно досмотрю его завтра... то есть уже сегодня, так как времени было за полночь. И вот, ранним утром, серый свет которого проникал в окно, я с неудовольствием понял, что на меня уселась наглая жирная кошка и мешает мне дышать. Вознамерившись прогнать сволочное животное, я открыл глаза и вспомнил вдруг, что никакой кошки у меня нет. Дышать, тем временем, становилось всё тяжелее. Попытался поднять руки. Это просто движение далось мне с величайшим трудом, словно гравитация на планете за ночь резко возросла. Или словно простыня, под которой я (нагишом, как обычно) спал, стала весить сотни килограмм. И этот вес всё увеличивался. Я уже практически не мог дышать, непрошеное

Из дневника, обнаруженного поисково-спасательным отрядом: «… Аппаратура переломана. Радист пропал. Снаружи никаких следов. Возможно, замело ветром. Не стоило брать его с собой. Я и сам могу справиться с рацией. Попытаюсь её починить. … Проклятье! Пока я спал, кто-то побывал в палатке. Рация растоптана, о связи можно забыть. Следы обрываются у самого порога. Чёртов ветер! … Что он задумал? Зачем оставил меня без связи? Что ему нужно? Где он скрывается? Снаружи слишком холодно, чтобы провести там двое суток. Вся одежда и еда остались в палатке. Он вернётся. … Проклятый ветер сводит с ума. Кто-то ходит рядом с палаткой, или мне это только кажется? Ждёт, когда я засну. Нельзя засыпать. Он близко, я это чувствую. … Вторые сутки без сна. Должно быть, он уже замерз. А если нет? Нельзя засыпать, он только этого и ждёт. … Верёвка. Вот выход. Верёвка и ещё кое-что. Если он заденет верёвку, пока я

Это был самый обычный вечер. Единственное, чем он грозил запомниться — это поездка с любимым в гараж. «Делов на пятнадцать минут, не больше. Ты мне просто фонарем посветишь. Давай, через двадцать минут буду ждать тебя внизу». Собрав волосы в пучок на затылке и скрепив их заколкой в форме рыбки, я вышла из квартиры. На лестнице, как всегда, было темно. Сосед тиснул лампочку. Уж сколько раз мы с ним на эту тему ругались! «Ну ничего, вернусь, заставлю вкрутить обратно», — так я подумала. Парой этажей ниже веселилась местная гоп-компания. Приехал лифт; скрипя дверями, он запер меня в своем чреве. Лифт уже не молод, поэтому я ничуть не удивилась, когда по ходу движения он как будто бы запнулся и на секунду погас свет. На выходе из парадной что-то показалось мне странным. Что-то такое неуловимое, о чем не сразу догадаешься. Вроде как когда заходишь в комнату, все знакомо, но что-то не так.

В детстве родители каждое лето отправляли меня в детский лагерь. У меня никогда это не вызывало восторга, я сложно заводил новые знакомства, был замкнут и любил читать, а не гулять. Так что друзей у меня было очень мало и я не умел контактировать с ровесниками. Неудивительно, что в лагере меня травили. Первая июльская ночь 2000-го года оставила глубокий шрам в моей психике. Комнату (мы их называли «палаты») я делил с тремя не очень умными, но жутко хитрыми в своей отвратительной злобности дворовыми гопниками. С самого начала у нас не задались отношения. К первому июля мы жили вместе уже около недели и каждый день они пытались меня как-то поддеть или заставить делать что-то, над чем можно было бы посмеяться, пока один из них не бросил все попытки поиздеваться надо мной и не предложил подружиться. Никита был главарем этой небольшой шайки, поэтому остальные тоже перестали меня поддевать,

Я не знаю, чем она была. Никто из нас не знает. Родившись, она убила свою мать, но и это недостаточное объяснение. Меня называют мудрой, но я далеко не мудра, хотя и провидела случившееся обрывками, улавливала застывшие картины, притаившиеся в стоячей воде или в холодном стекле моего зеркала. Будь я мудра, то не попыталась бы изменить увиденное. Будь я мудра, то убила бы себя еще до того, как повстречала ее, еще до того, как на мне задержался его взгляд. Мудрая женщина, колдунья — так меня называли, и всю мою жизнь я видела его лицо во снах и отражении в воде: шестнадцать лет мечтаний о нем до того дня, когда однажды утром он придержал своего коня у моста и спросил, как меня зовут. Он поднял меня на высокое седло, и мы поехали в мой маленький домик, я зарывалась лицом в мягкое золото его волос. Он спросил лучшего, что у меня есть: это ведь право короля. Его борода отливала красной

Однажды случилось мне побывать в командировке в городе Инте. Лет 60-70 назад этот город был одним из крупнейших островов печально известного «архипелага ГУЛАГ». Цель моей поездки была абсолютно нейтральная — ОБП (организация бартерных поставок), но разговоры в свободное время постоянно возвращались к тем мрачным временам. Я наслушался там массу интереснейших и страшных историй. Например, говорили, что в одной из зон была собака-людоед. Если нагонит, допустим, в тундре беглого зека, то разорвет и сожрет. Естественно, ее очень боялись. Разговор закончился, когда подъехала машина. Мне надо было ехать в шахтерский поселок в ОРС (отдел рабочего снабжения). Назад мы ехали уже вечером. Шел снег, дорогу замело, и наша «Волга» встала. Шофер пошел к шоссе ловить тягач, а я остался в машине и дремал. Вдруг сквозь шум мотора, работающего на холостых оборотах, я услышал вой — сначала тихо, потом все

Я тогда работала в риелторском агентстве. Показывала людям квартиры, которые они могли бы снять, и имела с этого неплохой процент. Работать старалась честно и на совесть, никого не обманывала, подыскивала максимально соответствующие запросам клиентов варианты, особо не навязывала выгодные мне. Так что репутация у меня была хорошая. По сарафанному радио от друга к соседу шла слава о моей хорошей работе, так что на отсутствие клиентов я не жаловалась. Не знаю, как у других риелторов, а у меня был список «несдавашек». Есть такие квартиры, которые трудно сдать, а если и сдаешь — люди съезжают буквально через два-три месяца. Причины такой непопулярности жилья обычно самые прозаичные: соседи — буяны-алкоголики, или район неблагополучный, или от остановки далеко. Иногда нет ремонта как в самом доме, так и в квартире. В общем, понятно все. Польстятся люди на низкую стоимость, пожадничают, а