— Какого черта так холодно? Проснувшись, я почувствовал, что все тело болит, а сам я абсолютно замерз. Мышцы одеревенели. Продрав глаза, я понял, что нахожусь в неизвестном месте. Я точно помню, что засыпал в своей постели. Да и прошли уже те времена, когда я мог беспробудно пить и просыпаться в злачных местах. Оглядевшись, я осознал, что лежу на бетонном полу какого-то сооружения. Стены и потолок были тоже из бетона, рядом — пара окон и дверной проем без двери. Выйдя на улицу, я увидел поляну, вокруг которой ровным строем высились ели. Множество вопросов роилось в моей голове, но ответов пока не было. Побродив по поляне, я крикнул в надежде, что меня кто-то услышит, но в ответ я услышал только шелест деревьев. Ну и что мне сейчас делать? Дождаться утра, а потом попытаться выйти на трассу? Нет, я слишком замерз. Луна светит довольно ярко, так что я смогу пройти через лес. Стоило мне

1973 год, Китай, испытательный комплекс «Чжунвэй». Секретный объект «Yongcheng». Официальные документы гласили, что целью комплекса является изучение воздействия психотропных веществ на психику людей, которые якобы сталкивались с паранормальными явлениями. Неофициально это называли «индукцией кошмаров». Учёные хотели понять: можно ли с помощью химии заставить жертву не просто вспомнить ужас, а дополнить его, сделать реальным? Для первой фазы отобрали двадцать три человека. Двадцать три судьбы, сжатые в папках с грифами секретности. Каждому «счастливчику» присвоили цветовой код опасности, в зависимости от того, насколько глубоко, по мнению психиатров, в них засел страх. · Синий — 4 человека. Лёгкая степень. Просто видели что-то странное, но смогли забыть. Расходный материал. · Оранжевый — 10 человек. Средняя степень. Страх засел под кожей. Они просыпались по ночам, но ещё помнили, кто

Всю юность я прожил в закрытом провинциальном городке, построенном при НИИ химических ядохимикатов и завода той же направленности, в 1996 институт закрылся по причине отсутствия бюджета и город сменил свой некогда закрытый режим, а большая часть образованных людей покинула это место в поиске лучшей жизни. Эта история не про закрытый город и его ужасы, эта история про одну ночь с работы моего деда, который будучи оперуполномоченным на пенсии устроился сторожить заброшенное здание того самого института, но в одно утро он пришел домой с явными следами ужаса прошлой ночи на его лице, он старался не показывать этого, но сам воздух в квартире давал понять одно: мой дед нервы которого были прочнее стальных канатов, думал что не доживет до утра. Для меня события той ночи так и были загадкой, до недавнего времени, и вот несколько недель назад, будучи у уже изрядно постаревшего деда, я таки смог

Лев припарковал свой потрёпанный седан на краю старой лесной дороги. Карта на телефоне давно потеряла сигнал, но он и не нужен был. Гигантское бетонное здание, похожее на гниющую крепость, возвышалось среди чахлых сосен. «Фармакорп-Альфа». Легендарная, проклятая и заброшенная вот уже десять лет лаборатория, где в лучшие времена пытались создавать лекарства от всего на свете, а в худшие — работали над военным проектом «Гигант». Ходили слухи, что здесь пытались разработать таблетку, превращающую солдата в неудержимую машину для убийства. Побочный эффект, конечно, был: машина убивала всех подряд, включая своих. Лев нуждался в деньгах. Отчаянно. Долги его душили. И тогда он наткнулся в тёмных уголках даркнета на покупателя, которому нужны были «артефакты с Фармакорпа». Любой ценой. А Лев, бывший инженер-химик, знал, что искать. Войдя внутрь через выбитую дверь шахты лифта, его обдало

Морская вода разбивается о мои ноги, пока я стою на берегу, сжимая в руке пожелтевшую фотографию. На ней — мужчина в форме времён Великой Отечественной, с суровым взглядом и едва заметной улыбкой в уголках губ. Мой дед, человек, которого я никогда не видел. Старая семейная тайна привела меня в Новороссийск, город-герой, хранящий больше секретов, чем могилы на его кладбищах. Впереди — Цемесская бухта, за спиной — город, построенный на костях. И где-то здесь, среди этих улиц, среди этих домов, спрятана правда, которую моя семья скрывала десятилетиями. Говорят, бухта Новороссийска никогда не замерзает, как не замерзает и память о тех, кто погиб, защищая её. Но у меня в голове только одна мысль: замёрзнуть можно не только от холода. Иногда достаточно узнать такую правду, от которой стынет кровь. Я приехал сюда три дня назад, после того, как нашёл среди вещей умершей матери странную записку:

Красные вспышки где-то слева. Мелкая сетка трещин, как на разбитом стекле. Что происходит? Помехи на экране древнего аналогового телевизора. Комета на фоне ночного неба. Пустая улица, чья-то тень преследует меня. Где я? Острая боль в шее, онемение разливается по телу. Резкий запах испортившегося мяса. Кто я? Образы смешивались воедино, перетекали один в другой, пока, наконец, реальность не обрела форму. Я сидел на кровати, в спальне, у себя дома. Лунный свет падал на ковер через не до конца задернутые шторы, шум ночного города сочился внутрь через приоткрытую форточку. Какой странный сон. Я потер глаза, и тут я заметил, что полностью одет. У меня не было привычки спать в одежде. Я попытался вспомнить события прошлого вечера, вспомнить, как ложился спать. Ничего. Может, я всё ещё сплю? Сон внутри сна? Я встал и прошелся по комнате. Что-то в ней было не так. Как-будто кто-то тайно проник

Эти записи из личных дел старшего специалиста по ***. Эти файлы были скомпилированы с использованием автономного текстового программного обеспечения, созданного ***. Эти записи отражают только предвзятое мнение ***. Все имена, личные идентификационные данные были изменены для защиты интересов национальной безопасности. Месяцы и конкретные дни также были изменены. Годы были полностью отредактированы. Запись 1 -я 19 марта 20ХХ: Окей. Думаю, что писать об этом незаконно, но... О Боже... Я нахожусь на объекте в... эээ... наверное, назову это место - Центральная лаборатория 47Б. Чуть ли не целая жизнь потрачена, чтобы оказаться здесь, и вот - это свершилось! А ведь три месяца назад я и не подозревал о существовании этого места. Вероятно, предыдущие пять лет подготовки должны были дать мне представление о существовании чего-то подобного. Но всё же... Не думаю, что даже пятьдесят лет могли бы

Что вы знаете об армейских байках? Наверняка, вам известно огромное количество всяких нелепых ситуаций, которые в большинстве своём просто забавные анекдоты. Ведь недаром у военных существует такая пословица: «Кто в армии служил, тот в цирке не смеётся». Ещё существуют байки более прозаические, про солдатский быт, случаи на службе и тому подобное. Такие истории так же у всех на слуху, но их смысл доступен в основном людям служивым, или тем, кто в теме. Если копнуть глубже, то можно наткнуться на пласт историй, которые известны лишь узкому кругу лиц, служивших в тех или иных родах войск, например, ракетчикам или артиллеристам. Ещё глубже – байки, которые в ходу только в отдельных воинских частях. Они известны лишь тем, кто в них отслужил, а также родным и друзьям, которые услышали их во время какого-нибудь праздничного застолья, после нескольких стаканов горячительного. К последним

Из сонной дремы меня вырвал звук. Настойчивый и громкий. Интересно даже, откуда взяться таким звукам в моем доме? Понимая, что все равно просто так не засну, я открыл глаза и попытался определить источник своего внезапного пробуждения. Настольная лампа еще горела, так что осмотреться было не сложно. Звук повторился, привлекая мое внимание. Теперь хотя бы его источник не был загадкой. Хлопок форточки. И, следом за первым, сразу же второй. Да не. Не может это быть форточка. Я же ее закрывал. Я ведь ее закрывал? Пришлось, не поднимаясь с кровати, повернуть голову и перевести взгляд на окно. Чтобы увидеть, как тут же, прямо на моих глазах, форточка хлопнула еще раз. Почти сразу же появилось ощущение, словно кто-то коснулся холодными пальцами затылка. И тому вовсе не был виной холодный зимний воздух из форточки. Этот сигнал я уже не мог игнорировать. Его я знал отлично, как и то, что

После прорыва прошло три месяца. Мы так и не смогли выяснить, кто допустил ошибку, и почему системы безопасности облажались –все три уровня, даже лазеры. Нам чудом удалось выбраться –лишь потому, что наши... творения были заняты солдатами. Потом мы бежали черт знает сколько, и они всегда были неподалеку, всего на пару шагов за спиной. Прятались в ветвях, сверкали глазами из теней. Боги, я и представить не мог, что их роговица будет мерцать при естественном освещении. Наши разработки подразумевали полностью матовую поверхность... плевать уже теперь. Первой же ночью потеряли троих, тогда и поняли – спать нельзя. И бежали опять. Наконец, мы дотащились в убежище –прочный контейнер посреди лесной поляны. Проклятый снег, повсюду снег, я проваливался по колено! Ужасно долго, ужасно холодно и темно. Отморозил несколько пальцев на ногах. Пришлось резать. Было больно и страшно – к счастью, в