Я всегда думал, что всё сверхъестественное обходит меня и мою семью стороной. Даже думал, что все страшилки — всего лишь плод фантазий. А недавно приезжал к отцу в гости (он в Кирове живёт, я в Москве). Засиделись допоздна, разговорились (полтора года не виделись всё-таки). Начали вспоминать 90-е, когда ещё всей семьёй в Перми жили (мы с матерью в Москву в 98-м переехали, а он в 99-м уехал в Киров). Я ещё удивлён был, чего он в Перми не остался, ведь там у него и связи были, и квартира четырехкомнатная. Столько лет об этом думал — а спросить не решался. Мало ли, какие там могут быть личные мотивы. А в этот раз решил, что в вопросе, в принципе, нет ничего страшного, да и мы теперь два взрослых человека, я всё пойму. Но ответа, который я услышал, я не ожидал. Вот то, что он мне рассказал. Он тогда работал дальнобойщиком и возил товары в основном по Уралу. А в тот раз принял заказ на

Чем взрослее я становлюсь, тем меньше мистики нахожу в истории, которой сейчас собираюсь поделиться. Наверно, я просто боюсь окончательно растерять это ощущение соприкосновения с потусторонним. Надеюсь, что переведённое в буквы на экране и разошедшееся по сети воспоминание обретёт документальность и станет более... настоящим, реальным, что ли... Весной 2001 меня неожиданно и беспричинно положили в больницу, хотя я чувствовала себя абсолютно здоровой, не имела каких-то особых жалоб. Хирург на плановом школьном осмотре долго и тщательно изучал кисти моих рук, затем выписал целый ворох бумажек с направлениями на дополнительные анализы. Он просил поторопиться, сдержанно улыбался и ничего не хотел говорить про заподозренный им диагноз. Опасения врача подтвердились — результаты анализов вышли хуже некуда. Я особо не допытывалась у взрослых о том, что именно у меня «сломалось» — впереди были

Было 31 октября — канун праздника Хэллоуин. Молодёжь ходила по улицам, переодевшись в костюмы нечисти и распивая спиртное. Но Артём был дома, у него не получилось встретиться со своими друзьями — они сказали, что плохо себя чувствуют. Поэтому он, как всегда, сидел дома, за компьютером. Его мать пошла к подругам — они тоже не упускали случая выпить в честь праздника. Даже отчим ушёл с друзьями пить пиво, так что Артём был дома один. Будучи в подавленном настроении, он решил раньше пойти спать. Выключив компьютер, он услышал музыку (раньше гудение системного блока заглушало её) — видимо, соседи сверху тоже веселились. Артём лёг, но не мог заснуть из-за музыки, которая играла этажом выше. Злой на соседей, он хотел уже подняться к ним, ведь уже было четверть второго ночи. Но вдруг он услышал дикий крик; даже музыка перестала играть. Соседи зашумели. Это было похоже на ссору — чётко были

Тогда мне было 19 лет. Одним осенним днем (дело было в середине октября) в моём небольшом городе проходил сквот, на который я пошёл вместе с несколькими друзьями. В качестве места было выбрано по каким-то причинам недостроенное здание, расположенное на краю города. Мероприятие началась приблизительно в 11 часов вечера. Примерно в час ночи появилась еще пара друзей, которые, по их словам, нашли старую тропинку, по которой до города можно дойти быстрее. Я это приметил — подумал, что, возвращаясь, надо будет её найти. Примерно в 3-4 часа ночи мне стало очень скучно. Музыка надоела, «обдолбавшиеся» друзья потихоньку отключались. Наркоманом я не являюсь и много на сквоте не пил — приверженец принципа «вёс хорошо в меру». В итоге я решил идти домой или к старому знакомому, который живет один и вечеринки не любит, а потому чаще всего трезв и способен составить приятную компанию кому угодно,

Со стороны можно было решить: дети играют. Они неслись по дорожкам летнего лагеря оживленной стайкой, что-то выкрикивая на ходу, и лица их сияли улыбками. Только самый искушенный наблюдатель, заметив, кто бежит впереди всех в этой ватаге ребятни, сделал бы правильный вывод. Дети не играли. Они гнали чужака, защищали территорию охоты и правила стаи. И блестели зубами они не от радости. — Чунька! — Чунька-колода! — выкрикивала ребятня, подгоняя жертву. Особенно исступленно действовала самая мелкая в их группе — светленькая, дистрофичного склада шестилетка. Вместо обоих передних резцов у нее во рту зияли два влажных провала, две темные пещерки в обрамлении остреньких, как у котенка, клыков. Детская рожица и взрослая ярость — она напоминала взбесившуюся фею Динь-Динь в старушечьем варианте. — Катька, зараза, стой! Куда? — кричала ей высокая тонконогая блондинка с надменным лицом —

Несколько лет назад у меня умер брат. За несколько дней до смерти он переехал в домик в одной полузаброшенной деревне примерно в 50 километрах от города. Деревня эта находилась в лесистой местности, и там сам лично я не был ни разу до того злополучного дня. Дом от прошлых хозяев достался ему очень дёшево, примерно в три раза дешевле, чем он собирался потратить на загородный дом. Смерть была очень неожиданной. Он ничем не болел и ни на что не жаловался. Наоборот, всегда был весёлым и жизнерадостным человеком. Но, как он мне говорил сам во время нашей последней встречи, хотел пожить вдали от цивилизации. Обстоятельства смерти также были странными. Его тело нашли на дороге по пути в деревню, и оно было без одной ноги, а на лице застыла гримаса не то боли, не то страха. Эксперты посчитали, что он стал жертвой нападения волков или других хищников. Уже тогда ко мне в душу закрался червь

Голос дамочки дрожал. Дамочка нервничала и теребила сумочку. То и дело срывалась на объяснения, что она вообще-то в это не верит. Просто ей страшно. Я всегда пропускаю мимо ушей эту часть разговора. Иногда всё, чего хотят мои клиенты — это выговориться. Если они заметят, что их слушают, сочувствуют и относятся с пониманием, до них дойдёт вся сюрреалистичность ситуации и нелепость их рассказов. Они поблагодарят за внимание, скажут, что они позвонят мне в самое ближайшее время и уйдут. Этот алгоритм они могут повторять годами. Если их слушать. Так что когда разговор доходит до того места, где мне говорят «вообще-то я в это не верю, но в моей квартире происходит что-то непонятное, и я не могу это объяснить...» — я начинаю думать о вечном. Тогда клиент распаляется, пытается меня заинтересовать, красочно описывает, какие именно скрипы он слышит по ночам и что именно ему померещилось в

В позднесоветские времена (вы сами их наверняка хорошо помните) жизнь была однообразной и вялотекущей. Один день менялся на другой, а все оставалось абсолютно одинаковым — можно было с полной уверенностью сказать, что завтра мой сосед откроет дверь в 7:30 утра и пойдет на работу, а в 13:10 он придет на перерыв домой съесть тарелку борща. Также с полной уверенностью было известно нам всем, что после 14:00 все бабушки нашего двора выйдут из своих «хрущевок», усядутся на лавочки, которые в те времена стояли возле каждого подъезда, и начнут клевать семечки и обсуждать соседей. День, о котором я хочу расказать вам, был таким же самым типичным советским днем. Был август 1989 года, мне в то время было 18 лет, а моей младшей сестренке было всего-то 13 от роду. Дети в те времена (особенно в каникулы) гуляли с самого утра до самой поздней ночи, и часов так в девять все матери дружно кричали со

Не так давно я гостил у бабки в Приднестровье (это маленькая непризнанная республика под боком у Молдавии). Республика разваливается, нищета, молодежь уезжает из страны. Гостил я в селе Карагаш, при СССР некогда бывшем мощным агроцентром. Сейчас это маленькое село, которое населяют старики. Есть в Карагаше заброшенная школа. Названия не помню, но заброшена она лет 30-40 назад. И вот я как-то решил разнообразить отдых: выпил самогону, взял с собой двоюродную сестру и пошел в сию школу. Попасть в неё было делом нетривиальным. Сначала через окно очутились на первом этаже. Темно, мокро, стоит тишина неестественная. Я нашел старые тренировочные аппараты для будущих трактористов, запустил, и, что странно, электричество было! Запыленный аппарат, похожий на детскую машину из парка развлечений, дал искру, мигнул лампочками и навсегда затих. Мы погуляли еще немножко, но стало скучно. К сожалению,

Один раз летом я отдыхала в деревне у своей бабушки Марии. Деревня была маленькой, все население состояло из семерых стариков и пары дачников. Вот так я и жила вдали от цивилизации — не жизнь, а просто рай! Однажды в деревне началась гроза и, естественно, по закону подлости отключился свет. Мы с бабушкой сидели в одной комнате, и я по природному своему любопытству начала выпытывать у нее страшные истории, чтобы пощекотать себе нервы. Бабушка сперва отмахивалась: дескать, ничего всю жизнь с ней страшного не приключалось, а сочинять она не мастерица… Но в итоге я взяла верх — она согласилась рассказать одну странную историю, которая приключилась с ней по молодости. Моей бабушке было тогда около двадцати лет, и она той ещё красавицей и заводилой была, вокруг нее всегда крутилась гурьба молодежи. По вечерам любила она с друзьями ходить в соседнюю деревню, где был сельский клуб. Путь же к