⚙
На сайте ведутся технические работы
Часть функций может быть временно недоступна, а некоторые элементы работать нестабильно. Возможны небольшие ошибки и перебои. Работа сайта будет восстановлена в ближайшее время.
Расскажу историю, которая случилась в моей юности. Многие не сочтут её страшной, а, скорее, художественной, но решать Вам. Дело было в конце восьмидесятых. Доживал последние годы Советский Союз. В светлый коммунизм уже тогда верилось с трудом, хотя на истории КПСС и марксистско- ленинской философии в институте нам твердили обратное. То были последние годы моей юности, а дальше - переход в совсем другую, туманную, совсем неизведанную молодость. Собственно, событие произошло на фоне бурного студенчества. Небольшая предыстория. Я был студентом НГПИ, индустриально-педагогический факультет (ныне факультет технологии и предпринимательства). Местные бабки за глаза нас прозывали кооператорами и ворьем, едва заслышав слово «предпринимательство». Так вот, дело было под конец семестра, в конце которого черным флагом нам махала курсовая работа. Излагать свои мысли по теме «Плановая экономика и ее
Эти события произошли с одной моей хорошей знакомой, Леной Прошевой. В 90-е мы с ней работали на большом старинном заводе. Жили мы тогда в общаге, в стране был трудный период, завод тихо затухал, а работники разбегались кто куда. Нам же такой возможности не представилось - приходилось держаться за какое-никакое жилье. Прошева всегда была доброй, душевной, милой, но при этом патологически невезучей. Вот и замуж Лена засобиралась самой первой. Мы за нее радовались, готовились все к свадьбе, подарки купили… Да только не вышла она замуж, бросил её жених беременной. Так и оказалась Ленка с маленьким ребенком на руках. Пришлось Прошевой выходить на работу, едва пристроив дочку в ясли, которые каким-то чудом ещё остались у завода на балансе. Маленький ребенок, сами понимаете, - это частые больничные, а больничные – это недовольство коллег. Вот и Леночку начальница буквально поедом ела. Не
Это случилось чуть больше года назад. Шеф не позвонил, как обычно - «зайди», а зашёл сам. Сел напротив, в гостевое кресло, и без предисловий: - Один из наших заводов, последние несколько месяцев здорово сбоит. Я хочу, чтобы ты съездил, разобрался, наладил, в общем, как ты умеешь. Они работают на большой регион, суммы проходят серьёзные, а отдача не та. Да и партнёры, я чувствую, не довольны. У тебя сейчас как с работой? - Да с работой в наше время география не существенна, было бы GSM покрытие, - ехать, конечно, не хотелось, - Вы считаете, что Степанович со своей командой не справится? Степанович у нас возглавлял группу внутреннего аудита. Крепкий старикан – из породы «такие всех нас переживут», - воспитанный ОБХСС и закалённый Народным Контролем. И ребят к себе в группу набирал соответственно. - Да нет. Они там были зимой. Отчё я тебе дам. Деньги там конечно воруют. Но там проблемы не
Я злился, потому что не мог найти степлер. Как назло, в последний предновогодний рабочий день документов была не просто куча – казалось, они готовы выселить меня из кабинета. В офисе еще пытались работать: мне на подпись периодически что-то приносили, но через раз это были конфеты и мандарины. Я израсходовал уже все скрепки, душа просила холодного шампанского, а не вот это все. В какой – то момент я просто решил дать себе десять минут на перерыв. Закрыть глаза, подумать о хорошем, попытаться не вспоминать про предстоящие суды по разделу имущества и необходимость возвращаться в пустую квартиру. Заперев дверь, и предвкушая, как закину ноги на стол, я машинально перевел взгляд на пол, и – оп-па! Вот он, родной - хороший, степлер, выглядывает из-за тумбочки! Сейчас я тебя подниму, и как скреплю все допники, как кину их к чертовой матери в лоток для делопроизводителей… Наклоняясь вниз, чтобы
Александр шел на работу. Расстояние от дома было небольшим и уже впереди прямоугольной белой громадой высилось здание восьмой поликлиники. Александр взглянул на часы – стрелки подошли к половине восьмого, а это значит, что он и чай успеет попить. Он вытер испарину со лба и слегка замедлил шаг. У него всегда была эта привычка идти быстрым энергичным шагом врача, торопящегося к своему пациенту. Утреннее летнее солнце уже успело прогреть воздух до душной предгрозовой жары. Город тонул в суете спешащих по своим делам людей и в шуме машин. Александр вбежал по серым ступеням и вошел в приемный зал больницы, где уже змеились темные массы очередей в окошки регистратуры, дерматиновые кресла с откидными сидушками были заняты людьми разных возрастов, с различными недугами. Кто–то прижимал к красному носу платок, кто-то кое-как устроил загипсованную по бедро ногу, кто просто сидел. Александр
Прошлым летом я решил подработать в такси. Очень нужны были деньги на переезд в Москву. Работал преимущественно по ночам, ибо в темное время суток дороги совершенно свободны, пробок нет, и до нужного адреса добираешься намного быстрее. Однако были и минусы в таком режиме работы. Не раз мне попадались клиенты в подпитии и не совсем адекватные. Но на такой случай у меня в бардачке всегда лежал травматический пистолет. Просто с ним спокойнее. В общем-то, любые спорные ситуации я все равно пытался решить дипломатией. Да и в целом я мужчина довольно крупный и не сказать, что слабак. Больше всего я опасался сомнительных компаний из 3-4 человек. Но как позже, к несчастью, я понял для себя в одну из ночей - куда более жуткой может оказаться ситуация, когда твой пассажир один и с виду безобидный интеллигент. Ночь была жаркой. Я стоял на парковке возле местного вокзала и курил в окно своего авто.
Посылка ждала на столе. Предмет размером и формой с небольшую книжицу, обернутый в плотную грязно-серую бумагу и обтянутый бечевкой. При виде послания, невесть как очутившегося среди бланков заказов, смет и счетов, сердце Сергея Викторовича Зорина болезненно дернулось. Он сжал в руке ключи, единственное оружие, что имел при себе, и неторопливо вошел в кабинет. Проверил за дверью, заглянул в шкаф для одежды, под стол, выглянул в окно. Форточка была прикрыта неплотно; значит, вот каким образом неизвестный подбросил в комнату послание. Зорин сел и принялся отстукивать костяшками пальцев по столешнице что-то вроде марша. Он унаследовал похоронную контору от отца, а тот — от деда, и так далее. До недавнего времени Зорины единолично провожали почивших горожан в последний путь. С утра до ночи Сергей Викторович вместе с Лёней Харитоновым, давним другом и партнером по бизнесу, крутились, как
Душераздирающе завыла сирена. Света встала со стула, вышла с поста и закрыла железные ставни и двери. Потом вернулась и передала по рации: "Восемьдесят третий-центральному. На взрывные первый предупредительный." Света работала охранницей в цеху металлургического комбината уже пять лет. Платили минималку, и она привыкла во всем ограничивать себя. Она и рада была бы устроиться в другое место, но после пятидесяти никуда не брали. Пост номер восемьдесят три находился в самой глубине большого цеха. Это был уютный одноэтажный домик, окруженный кустами и деревьями. Неподалеку от него была коллонада, где работал магнитно-грейферный кран, собирающий металлолом, и цеховая железная дорога. А еще там проводились взрывные работы, об их начале и предупреждала сирена. Сирена завыла во второй раз. Света нажала кнопку на старой рации и сказала:"Восемьдесят третий-центральному. На взрывные
…And this bird you can not change. Lord knows, I can’t change. (LynyrdSkynyrd, «Freebird») Прежде чем дело пойдёт, я расскажу о двух вещах. Я знаю, как готовить птицу с нуля. Этот опыт связан с деревней и моей бабушкой. Умертвить. Несколько раз опустить в кипяток, чтобы легче ощипывалось. Пух опалить на газовой плите или на спиртовке. Режем брюшко — от огузка до начала рёбер. Запускаем внутрь руку и тащим кишку. Не раздавить! То же с желчным. Вынули желудок, сердце, печень, пищевод с зобом и гортанью. Освободили нутро от плёнки и крови. Техника разделки костей у всех разная. Но она нам не пригодится. Второе: я студент. Мало сплю, много работаю, недоедаю. Иногда у меня не в порядке с головой. Моя Катя знает об этом и работает надо мной. Она всё говорит правильно. Уверенность в себе; позитивный настрой. Мотивация, труд, результат. Цельная личность. Эти слова и выеденного яйца не стоят,
Случилось это около десяти лет назад, когда я сразу после медицинского устроился фельдшером в скорую помощь. Трудился там недолго — суточные смены выматывали, зарплата мелкая, а работа адская. Но не суть. Даже за это короткое время навидался всякого: то одна бабка вызывала скорую, потому что у нее черти лекарства воруют, то другая мучалась из-за демонов, вылезающих из потолка. Поначалу подобное удивляло, но к этому быстро привыкаешь — устаешь на смене настолько, что уже совершенно плевать, черти там у бабки, демоны или что-то другое потустороннее. Но вот один случай я помню до сих пор. Идеально помню, прям картинка перед глазами. Даже не знаю, почему, но каждый раз, когда вспоминаю, сразу некомфортно становится. Страшно даже. Осень, на улице дождь почти весь день, сыро и пахнет увяданием. Около восьми вечера вызов: мужчина, 53 года, стало плохо. Подробностей нет. Делать нечего —