Попала я в НИИ имени Бурденко после аварии, перенесла тяжелую операцию — трепанацию черепа. Очнулась через сутки в реанимации. Все болит. Все тело в трубках и датчиках, руки и ноги привязаны. В ответ на малейшее движение раздаётся писк датчиков. Чувствую, что сейчас умру. Пытаюсь позвать на помощь, но голоса нет. Сама кое-как поворачиваю голову набок, и тут начинается рвота, рот наполняется кровью. Смотрю на все это и думаю — вот и конец... А сама слышу голоса дежурных медсестер, слышу, как где-то рядом ребеночка спасают. И тут ко мне, наконец, подходят. Не вижу, кто, потому что подошли со стороны головы. Слышу только: «Пора тебе освободить место». И тут же к горлу подкатил ком — я узнала этот голос... В следующий момент я вижу ее — мою одноклассницу Зою. Она умерла несколько лет назад: попала под поезд при странных обстоятельствах. Стоит передо мной в свадебном платье и пристально

Рассказ написан по реальным событиям, описанным в книге одного психолога или лингвиста (название книги и автора не вспомню, хоть убей, да простят меня защитники авторских прав). В книге этой под проклятия подводилась научная основа, и случай, описанный ниже и несколько мной видоизмененный, приводился в качестве примера действенного проклятия. Подчеркиваю, случай этот абсолютно реальный и может произойти с кем угодно. * * * Я возвращался домой, где меня ждал ужин, заботливо приготовленный моей женой перед уходом на работу. Был обычный летний день, на площадках резвились дети, полная продавщица разливала квас из желтой цистерны. Тихий шелест листьев успокаивал душу. И несмотря на то, что в кармане у меня лежало всего ничего, а до зарплаты еще ого-го, настроение было радужным. Я вдыхал ароматы лета и улыбался, пока ко мне не подошла цыганка: — Позолоти ручку, касатик, всю правду расскажу.

В деревне в Ростовской области я услышала необычную историю, которой и сама не очень-то поверила. Но местные жители клянутся, что все это правда. Неподалеку от деревни протекает речка Орловка. В июне 2003 года в ней утонули пять человек. Это назвали бы трагической случайностью, если бы не одна странность. На телах всех утопленников находили укусы и синие пятнышки. Казалось, кто-то хватал несчастных цепкими пальцами и утягивал на дно. А в деревне этой жила одна старушка, звали ее баба Саша. Вот она-то и вспомнила не то сказку, не то легенду, что незамужние утопленницы становятся русалками. А русалки тем и славятся, что щекочут, душат, кусают людей, а потом утягивают их на дно. В апреле того года в Орловке утопилась Таня Ткаченко: двадцатилетняя девушка не смогла пережить измены жениха. Ее тело так и не нашли. Вот баба Саша и сказала, что утонувшие — наверняка Таниных рук дело. Мол, она и

— Завтра, Петров, можешь на работу не выходить, — сказал Мальцев. Подумал, плюнул папиросой в пол, растер ботинком оплевок по кафельным квадратам, добавил равнодушно: — Типа, сегодня ночью конец света, начальство распорядилось, чтобы дома встречали. — Глянул куда-то мимо Петрова мертвым взглядом, произнес равнодушно: — А по мне так гори оно все синим пламенем, — и пошел прочь: седой, перхоть на воротнике, вытертый пиджак, руки за спиной, совершенно безразличный к сказанному. Его обязали — он сообщил. От Мальцева сильно пахло спиртом, сегодня был день цеховой выдачи, три литра на квартал, конец смены — отчего бы и нет? Тем более в пятницу. Святое дело. Петров проводил Мальцева скучным взглядом и пожелал ему в который раз сдохнуть, не со зла пожелал, но по привычке; детальки одна за другой падали в приемный лоток, железно стуча о бортики. Одна деталька — десятая рубля, сто деталек —

В детстве у меня не было друзей, потому что меня считали некрасивой. Дело в том, что всё моё лицо было покрыто веснушками, и дети думали, что это какая-то зараза. К тому же я была для них иностранкой. В итоге все издевались надо мной и никто со мной не играл, и я чувствовала себя ужасно одинокой. Но потом появился он. Мой первый воображаемый друг. Он помогал мне в трудные минуты и всегда был рядом. Я очень любила его, хоть он и не был похож на человека. Он скорее был похож на йети, тело его было покрыто разноцветной шерстью, вдобавок у него был очень большой нос и длинные ушки. Он был очень сильным и мог, например, играючи закинуть меня на крышу нашего сарая без всякой лестницы. Меня потом снимали родители. Я его увидела впервые в 5 лет, и следующие 5 лет он был со мной. Потом он исчез, просто перестал появляться. Когда он исчез, я начала часто болеть. Затем появилась она — девушка в

Мне прабабка рассказывала историю своего деда. Прабабка 1914 года, ее дед — 1840 года рождения. Жили в деревне Безымянка Волгоградской области. Так вот. Матвей Дмитриевич был кузнецом. Не то, чтобы большим мастером, но инструмент ковал, коней. Однажды среди ночи, когда уже все спали, раздался стук в ворота. Он выходит — кто-то на коне говорит, что надо срочно подкову поправить. Не знаю, почему всадника не послал дед. Вышел за ворота, взял с собой табуретку и инструмент. Ногу коня берет, чтобы подкову посмотреть, а нога-то человеческая. Копыта нет — ступня. Прадед испугался и убежал в дом. Утром проснулся и рассказал это как дурной сон своим. Но оказалось, что калитка раскрыта, а за воротами табуретка стоит и инструменты разложены.

В детстве я жил с матерью в деревенском доме. Дом был простой, двухкомнатный, коридор пронизывал кухню и обе комнаты без дверей. Тогда мне было 4 года, и я, понятное дело, боялся оставаться один дома. А матери частенько приходилось уходить. Однажды она снова ушла по делам, обещав скоро вернуться, но так и не пришла. Я возился со своими игрушками, ждал её, потом уснул на кровати. Проснулся уже глубоким вечером, в доме было очень темно. А я всегда темноты боялся. Пошёл в кухню, где было чуть светлее из-за большого окна, плакал, звал маму. И вдруг увидел, как внизу у синей двери, которая была входом одновременно и в дом, и в кухню, появились женские кисти с открытыми ладонями, направленными ко мне. Только кисти. Они приближались ко мне, будто подползали. Я узнал, что ладони мамины, по кольцу, которое она носила. Что было дальше, не помню — должно быть, потерял сознание от страха. Маму я

Когда у наших родственников умерла тётя, то в квартире осталась её кошка. Ну не выкидывать же животное — отдали близким родственникам покойной, её племяннику. Те квартиру тёти продали, а некоторую мебель, включая тахту, на которой она спала, перевезли к себе. Семья у племянника была молодая — дочке всего четыре годика. Она очень обрадовалась кошке и стала с ней играть. Кошка терпела поначалу, а под конец царапаться научилась и убегала спать на тахту покойной. Родители, понятное дело, ругали девочку, учили её уважать животных. Потом у девочки обнаружилась аллергия — экзема на руках. Повели к врачу — оказалось, лямблии из-за кошки. Разозлившийся племянник увёз кошку с собой — сказал, что везёт в деревню к родственникам. Через неделю ночью в три часа мать услышала характерное поскребывание о дверь снаружи. Она подумала, что кошка, зараза этакая, сбежала и вернулась. Открыла дверь квартиры,

Представьте себе пятиэтажный многоквартирный дом, узкие коридоры и двери соседей, расположенные слишком близко друг напротив друга. Настолько близко, что любое неосторожное слово, произнесённое повышенным тоном, становится достоянием общественности. Поэтому жильцы ревностно оберегают свою жизнь за толстыми железными дверьми, исподтишка следя за соседями в дверной глазок и готовые в любой момент дать отпор любому нарушителю покоя. Словом, в таком доме и жила моя подруга Ольга. Наша дружба началась с третьего класса, когда её перевели из другой школы к нам. Скромная девочка с длинной, туго заплетённой косичкой сразу почему-то ужасно мне понравилась, и, как потом выяснилось, наши дома были совсем близко друг от друга. Так завязалась крепкая дружба. У Ольги была старшая сестра Наташа, по характеру полная её противоположность. Живая, активная и энергичная, она фактически не давала нам с

Есть такой Зелёный остров рядом с Ростовом, его с обеих сторон омывает река Дон. С этим островом связано много легенд и суеверий. Как некоторые считают, что на его территории существует дрейфующая аномалия. Своеобразный портал, ведущий неизвестно куда. Якобы люди, попавшие в него, не смогут вернуться и могут затеряться как в пространстве, так и во времени. Обнаружить эту аномалию нелегко, и объясняют это тем, что она может появиться в любом месте острова. Слухи о том, что на Зеленом острове «не все чисто», распространились в Ростове задолго до нынешнего повального увлечения «летающими тарелками» и пришельцами из мира иного. Где-то в середине 20-х, по воспоминаниям старожилов, горожане передавали из уст в уста страшные истории о привидениях, утопленниках и живых мертвецах, якобы «окопавшихся» на острове. Потом ажиотаж спал. Да и время пришло такое, что за увлечение мистикой по головке не