Я следователь. Поехала в составе СОГ на выезд: квартира, соседи нас вызвали, причина — крики, звуки драки. Приехали — квартира открыта, пуста. Опера пошли по квартирам объяснения собирать, я и эксперт остались в квартире. Заходит бабушка, говорит, что хозяйка, и что ее сосед-наркоман избил, а она вынуждена была сидеть на балконе, где осталась ее кофта. Я иду на балкон и вижу труп с разрубленной головой. Эту самую бабушку. А та, что говорила с нами, тихо исчезла. И вот что это было?..

Один мой знакомый мне рассказывал, что однажды летом, отдыхая в деревне, он около двух недель не мылся. И вот как-то ночью ему очень захотелось срочно помыться — настолько почувствовал себя грязным. Пошёл он в два часа ночи в баню. Ночь была тихая, лунная. Пришёл он в баню, парится, а там электричества нет, поэтому стоят свечи. И вот, когда он парился, внезапно все свечи разом все погасли. В темноте раздался стук в дверь. Когда мужчина спросил, кто там, женский голос ответил, что она, мол, за солью пришла. «За какой, к чёрту, солью?» — удивлённо подумал мой друг. А в бане над дверью была щель — там было видно, кто стоит по ту сторону. Он посмотрел в щель и увидел существо ростом под два метра с рогами на голове. Мужчин едва не умер от страха, уже с жизнью попрощался. Стоял он там ни жив ни мёртв несколько минут, потом опять посмотрел в щель — никого. С тех пор он к той бане даже днём не

Моя прабабушка была просто замечательной старушкой. Жила она в загородном домике. Мы много времени проводили в нём, прежде чем она умерла пару лет назад, и мои дедушки и бабушки решили построить новый дом на месте старого. Местом, которое я отчетливо помню в том доме, был чердак — мне, маленькому мальчику, он казался очень страшным. Было темно — только одна лампочка работала, и все заходящие туда должны были быть осторожными, потому что доски пола просто разваливались из-за собственной ветхости, и вы могли легко упасть прямо через потолок в комнату ниже. Но главным, что пугало меня, всё-таки была сама атмосфера чердака — темно, пыльно и пахло странно. Потом, когда я вырос, мой отец рассказал мне зловещую историю этого чердака. Очень давно, когда мой дедушка был ещё мальчиком, они переехали в этот дом. По тем временам это был шикарный дом — две спальни, хорошая ванная комната, столовая и

Однажды компания студентов из Ярославля наметила пикник с шашлыками. Подтекст мероприятия был формообразующим. Главному его организатору, третьекурснику Семенову, весь последний семестр нравилась первокурсница Алина, девушка крутобедрая, в полной мере осознающая свою красоту и довольно надменная. Во всяком случае, когда Семенов однажды пригласил ее в кафе, Алина посмотрела ему прямо в глаза и ответила: «хм», — причем эта хамоватая лаконичность могла нести в себе какой угодно смысл: от «с какой стати я должна идти непонятно куда и с кем попало» до «у тебя есть шанс, если темп замедлишь». Вот Семенов и придумал — собрать небольшую веселую компанию, пригласить ее подруг, своих друзей, купить вина и мяса. С одной стороны, не свидание, с другой — есть шанс уснуть рядом в палатке, а там чем черт не шутит. Собирались весело, кто-то взял гитару, кто-то — трехлитровую банку коньячного спирта,

Макс и Алина — мои хорошие друзья, и серьезности им не занимать. Сейчас они женаты и живут в собственной квартире. А я поведаю вам историю, произошедшую с ними еще в то время, как они искали квартиру, чтобы свить там свое «семейное гнездышко». Искали они долго. И вот наша молодая пара нашла свою идеальную квартиру — двухкомнатную, в спальном районе недалеко от центра города, супермаркет рядом, до работы обоим ребятам недалеко. Да и цена вполне средняя для этого района. В общем, одни плюсы. На радостях даже не спросили, кому квартира принадлежала, почему продают и остальные тонкости. Решили заключить договор — пожить в квартире пару месяцев, и если не всплывут какие-нибудь «подводные камни», то купить. Надо сказать, что странностей никаких поначалу не было. Только когда дезинфицировали квартиру, мыли-убирали, Алина заметила, что в ванной комнате на верхнем дверном косяке небольшие

Трудно найти работу бывшему заключенному. Дорога — только в грузчики или водителем. Но мне довелось попасть не туда — предложили мне «грязную работу», правильнее сказать, не для слабонервных. Работа была очень нужна срочно, и тут подвернулась вакансия — уборка останков с дорог после ДТП. Вы, должно быть, представляете примерно, с каким ужасом мне пришлось столкнуться. Проработал я примерно месяц. Руки, ноги, части тела — все повидал. Проклинал всех водителей, которые были виновниками этого кошмара, даже которых собирал по кусочкам в мешок. Спать я мог в сутки только по часа два. Больше не мог, перед лицом стояли изуродованные тела, кровь, внутренности... Как сейчас помню — пришел я домой после ужасной уборки. Женщину переехал дальнобой. Тело все всмятку, ноги ее попали под тормозной путь, в общем, всё плохо. Я включил свет в своей комнате и услышал на кухне звон посуды. Я насторожился,

Летом 2008 года я возвращалась из районного центра домой на маршрутке. Ехать предстояло по строящейся дороге 140 км. Попутчиками были в основном женщины, а среди них — молодая мама с ребёнком. Набегавшись по своим делам, тётки малость потрещали, да и задремали. Я в том числе, но внезапно проснулась от плача ребёнка. Девочка была напугана и не отрывала глаз от немолодой женщины, сидевшей рядом с ними. Когда я окончательно проснулась и стала приглядываться к этой женщине — похолодела. За каких-то 30—40 минут она изменилась до неузнаваемости. Её кожа приобрела зелёный оттенок, рот был приоткрыт, из него исходило зловоние. Она как будто уменьшилась, усохла. Пассажиры зашевелились, мы не знали что делать, было неприятно. Её окликали, но она ни на что не реагировала, глаза были закрыты. Неожиданно она открыла глаза, и, без всякого перехода, начала кричать. Это был страшный визг на одной ноте,

На следующей неделе в Бирме разобьется самолет, но здесь, в Нью-Йорке, мне это не навредит. Фиги тоже не причинят мне вреда — ведь дверцы всех шкафов у меня закрыты. Нет, самая большая проблема — гуньканье. Мне нельзя гунькать. Абсолютно. Можете представить, как мне это мешает. И в довершение всего я серьезно простудился. Все началось вечером седьмого ноября. Я шел по Бродвею в кафетерий Бейкера. На моих губах играла легкая улыбка, потому что недавно днем я сдал трудный экзамен по физике. В кармане у меня побрякивали пять монет, три ключа и коробок спичек. Для завершения картины позвольте добавить, что ветер дул с северо-запада со скоростью пять миль в час, Венера восходила, а Луна явно начинала толстеть и горбатиться. Можете делать из этих фактов собственные выводы. Я дошел до угла 98-й улицы и начал переходить на другую сторону. Едва я сошел с тротуара, как кто-то заорал: — Грузовик!

Сначала пропала молодая женщина — провожала мужа в город, обратно шла через лес, но до своего дома не дошла. Потом — пожилой (по деревенским меркам, 62 года) мужчина, собиравший черемшу. Сразу же, не успело следствие раскрутиться — исчезли двое детей. Местные милиционеры решили, что имеют дело с маньяком. Жителям, рвущимся прочесать лес, велели сидеть вечерами по домам, а сами запросили из города помощь. Но разве людей дома удержишь? На следующий же день прибежала девочка — искала козу, которая вечно забирается куда попало, а у брошенного дома на отшибе, за лесной полосой, где трава выше человека, в этой самой траве кто-то дышит. Не как человек и не как зверь, а так, словно воздух через трубку втягивает — с трудом, со свистом. Тут уже мужики сорвались. Милицейского авторитета остановить их не хватило, так что вместе и пошли. «Маньяка» нашли первым. Он соорудил что-то вроде гильотины, но

В 1975 году я ходил в подготовительную группу детского сада — то есть это был мой последний год перед школой, и я уже достаточно хорошо понимал, что вокруг происходит. В нашей группе была одна девочка, которой трудно давалось общение с ровесниками. Обычно на прогулке она выбирала удаленный участок площадки и сидела там, играя с листьями, или чертила что-то прутиком на песке. Дети ее не беспокоили, воспитательница тоже. У меня же к Соне был какой-то повышенный интерес — я вообще всегда стремился к необычным людям, а эта девочка был из таких. Иногда, набегавшись, я садился рядом с ней и пытался общаться. Сначала Соня дичилась, но постепенно вошла в контакт, и мы стали разговаривать. Ее почти не занимали детские забавы, так что общих тем было немного. Однажды я спросил Соню, что такое она все время рисует на земле — на мой взгляд, это были какие-то геометрические фигуры. Она ответила, что