Валька всё ворочался. Не спал. Ворочался на веранде Казак. Ворочался отец в тёмной комнате, прогибая скрипучую сетку. Шумел между стёклами в окошке лохматый мотыль. Слышно, как тикают часы на кухне, а из прихожей – как капает бачок рукомойника. По очереди. Тик, кап. Тик, кап. Бог его знает, сколько уже так. Может, уже на целый день натикало. Может, накапало полное ведро. А Валька всё ворочается. Не спится Вальке. Видно Вальке через щель промеж занавесок вот сколько: палисадник с сиренью, да изгородь с портянками, да на железной дороге фонарь с проводами. Сирень – это мама сажала. У неё были цветы красные, оранжевые, жёлтые, голубые и синие. Зелёного много и без цветов. Не хватало только фиолетовых, чтобы вышла радуга. Портянки – это отец сушить повесил. А фонарь на переезде светит, и облако мотылей носится вокруг него, как снежные хлопья. Ночь на дворе. Только видно Вальке ещё через

- Дед, а расскажи историю? - донесся до старика голос с кровати у стены избы, где уже какое-то время ворочался внук. Вот ведь пострел, набегался за день, а теперь заснуть не может. Да еще и ветер этот злой воет в трубе раненым зверем, стучит в окна и в двери скребется. Видать, от того, что не в силах выстудить уютный мирок, спрятавшийся от него за теплым пламенем печи и крепкими засовами. - Какую историю? - Страшную. Малец выбрался с кровати и, кутаясь в одеяло, взгромоздился на соседний стул за небольшим столом. Старик отложил газету, которую читал при неярком свете керосиновой лампы и прошаркал в сторону кухни, где сообразил две кружки чая из собранных собственноручно трав. - Страшную? А ты заснуть-то сможешь? – добавил в чай по ложке меда и поставил одну из чашек перед внуком. Тяжело опустился на свой стул. – Про что? Про огненного змея в лесу? Про белого волка? Али про русалок? Хотя

Квартира совсем не изменилась с того момента, как Игорь был тут в последний раз. С первого взгляда было даже непонятно – грязнее стало или чище. Квартира и полгода назад выглядела почти нежилой. Поставив чемодан на пол в прихожей, Игорь, не разуваясь, прошел в комнату и открыл окно. Старая рама, скрипнув, поддалась, и свежий июньский воздух ворвался в помещение, разгоняя остатки полугодичной затхлости. Опершись о подоконник, Игорь выглянул во двор, где провел почти все детство. Сейчас, через столько лет, все казалось до странного маленьким и игрушечным, а когда-то это был целый мир. Игорь жил в этой квартире с рождения, а Марина утверждала, что помнила старую – ту, с которой они съехали, когда ей было четыре, потому что квартира была слишком тесной. Продали дачу, добавили – и переехали в эту, трехкомнатную. Правда, третья комната была больше похожа на кладовку, даром, что с окном, но

В то лето по рабочим делам довелось мне побывать в Красноярске. Оперативно решив все важные вопросы, я отправился навестить свою тётку со стороны отца. Она проживала в небольшом городке М., отстоявшем от Красноярска на … км. Тётка давно звала погостить. В ответ я честно обещал приехать. Но всё никак не мог выбрать для этого время. Жил и работал я очень далеко, на юге страны, и всегда находились какие-то непреодолимые препятствия моей поездке – то срочная работа, то вал неотложных проблем, то элементарное отсутствие денег. Поэтому теперь, когда дела призвали меня в этот край, я твёрдо решил повидать тётю. Тётке было за восемьдесят. Всю жизнь она проработала в геологии. Объездила Сибирь, Дальний Восток, долго жила и работала в Монголии. На пенсии занялась общественной работой, собрала вокруг себя ветеранов-геологов, старалась привлечь внимание властей к их проблемам. Энергии её и

Можете считать это предсмертной запиской. Потому что я вряд ли выживу после того, что я собираюсь сделать. Не хочется говорить стандартное «мне никто не поверит» - это и так понятно. Но кое-что другое стандартное сказать нужно, потому что я пишу этот текст как раз с этой целью. Пожалуйста! Поверьте в это хотя бы на один процент. Просто в крошечную возможность того, что это возможно. Только для того, чтобы предупредить вас об одной незначительной мелочи. Я люблю, когда еду в поезде, смотреть в окно. Даже ночью. И я знаю, что вы тоже любите. Но умоляю вас, после того, как машинист включит в вагонах свет, и на железной дороге наступит вечер, просто ложитесь спать. Я часто езжу на электричках. Сам живу в Виннице, и по работе мне постоянно приходится кататься по окрестностям. За месяц могу быть по два-три раза в каждой соседней области, а в Винницкой иногда навещаю четыре, или даже пять

Ночь благоухала жасмином. Я увидела светлое пятно в его цветущих кустах, когда вышла на балкон перекурить. На часах было уже около трех часов ночи, но курсовая сама себя не напишет, как известно. Глаза долго привыкали к темноте, перед глазами застыл светлый прямоугольник – призрак монитора. Есть такой эксперимент – нужно долго смотреть в центр контрастной картинки, и через какое-то время ее негатив будет виден на любой поверхности в течении нескольких минут. Впервые я наткнулась на этот опыт лет в 10, в книжке «Монстры. Привидения. НЛО» (думаю, не мне одной в свое время она доставила немало прохладных минут). Когда на стене появилось четкое изображение черепа, я перепугалась, хотя умом и осознавала, что в этом, собственно, и состоит суть опыта. Я закрывала глаза, но череп никуда не уходил. Я видела его в темноте своих век, и на одну паническую секунду мне показалось, что он отпечатался

Сегодня ровно год как это случилось. Хрен знает, я до сих пор не могу понять, что именно произошло с моим другом. 365 дней назад, часа в три ночи, Илюха разбудил меня звонком. Дрожащим голосом он просил приехать к нему домой. Особо не раздумывая, я быстро оделся, сел в машину и отправился к нему. Жил он один в трехкомнатной квартире. В тот день во всем районе отключили свет, я почти бегом поднялся по лестнице на его 17 этаж. Мой друг открыл мне моментально, казалось, что все это время он стоял перед дверью, ожидая меня. Илья выглядел сильно побледневшим, у него дрожал один глаз и он как-то неестественно озирался по сторонам. Мы прошли на кухню, где на столе, окруженная зажжёнными свечами, уже стояла начатая бутылка водки. Вот что он мне рассказал: «Возвращался я с работы. Прихожу - нет света. Лифт не работает. Хрен с ним, включил фонарик на телефоне, иду по лестнице. Слышу, где-то

У меня есть для вас странная история. Я работаю охранником уже четыре года, все официально: лицензия, пятый разряд, регулярное повышение квалификации. Можете не верить, но зарабатываю довольно прилично. Здесь главное не тупить и не застрять навечно на кассах какого-нибудь ашана. Я и не застрял. Месяца два назад получил долгожданное "блатное" назначение, прошел инструктаж, и с тех пор патрулирую определенные этажи высотки в Москва-сити. Объект называется "башня Меркурий", бронзового цвета небоскреб; место реально замечательное, сидят там очень серьезные конторы, поэтому как зарплата, так и требования соответствующие. Штрафы в случае косяков тоже конские. С улицы, понятно, попасть туда нельзя, но я на хорошем счету в крупной частной охранной компании (название не скажу), и мы третий год подряд выигрываем тендер у владельцев нескольких зданий на услуги охранников по

Про метро это вы хорошо вспомнили. Рассказываю со слов отца, любит он эту историю по десятку раз рассказывать всем, кто рад слушать. В общем, преподавал он тогда физику и каждый день ездил в метро, дело было давнее, тогда наше метро еще Ленинградским называлось. Ехал он как-то после работы, и тут поезд тормозят в метро. Пассажиры не паникуют, все своими делами занимаются. Слышно только стало, будто то ли вода где-то журчит, то ли это сквозняк тоннельный. По громкой связи сказали, что поезд скоро поедет. И тут погас свет. Мобильников, чтобы подсветить, тогда не было, так что понемногу в темноте начали волноваться. Кто-то зажег зажигалку, но света и толка от нее мало. В вагоне начала плакать девочка. Люди понемногу стали тревожиться и ворчать, что, дескать, что за безобразие. Сквозь ворчание отец стал различать звуки из тоннеля: журчание воды стало будто бы громче. "Пути

Когда Вася "Шуруп" загремел в очередной раз на зону,ему было уже под сорок. К своему возрасту он уже имел 25 отсиженных за плечами и несчётное количество ходок. В этот раз ему впаяли 8 лет "строгача", и перекантовавшись некоторое время на централе, Вася поехал по этапу в какую-то отдалённую зону в Зауралье. Всю свою тюремную жизнь он жил "мужиком", в "блатные" не лез,но традиций воровских придерживался еще с малолетки,куда попал первый раз, спиздив в ювелирке золотых цепочек. В тюрьме он научился неплохо мухлевать в карты, и частенько наёбывал зеков в "очко" на деньги, чай или сигареты. Карты были для него всё. По большому счету, этим он только и жил. Поймать за руку его никогда не могли, поэтому не могли ничего и предьявить. А тем более он исправно отправлял в зоновский "общак" процент с выигрыша,и "блатные" ему