В школьные годы я активно занимался филателией. Не знаю, как сейчас, а тогда, в семидесятые годы, это занятие было не из простых. Чтобы достать стоящий набор или марочку приходилось прилагать немало усилий. Но тем интереснее было увлечение. Среди моих приятелей с аналогичным хобби я особенно сдружился с Лёвой. Вообще-то это кличка, созвучная фамилии. Так-то звали пацана Вова. Но по привычке буду величать его по ходу рассказа Лёвой. Отчима Лёвы, как ценного специалиста, часто направляли в длительные рабочие командировки. В Заир (ныне Демократическая Республика Конго). Помогать чернокожим братьям строить социализм. Из далёкой Африки отчим присылал пасынку в письмах, зная Лёвино увлечение, всякие заграничные марки. Ими Лёва со мной с удовольствием менялся. В моей коллекции к тому времени уже был накоплен богатый запас марочного добра из Монголии. На этой почве мы и сдружились поначалу. Ну,

У каждого, наверное, есть в жизни что-то, являющееся символикой беспечности, безопасности, самого беззаботного времени. Уверен, что практически у всех это время детства- наполненное теплыми, "ламповыми" образами, и в самые печальные дни мы иногда волей-неволей возвращаемся в ту счастливую пору. Логично: наш мозг ищет психологического убежища, эти воспоминания возникают в голове практически инстинктивно, и мы так рады этому зыбкому ощущению покоя, что далеко не всегда сохраняем способность оценить некоторую несвязность и иррациональность в череде этих самых образов. Детское мышление только начинает формироваться, и мы, выросшие на маминых сказках и мультфильмах перед сном, тогда просто не могли осознать границу между реальностью, сном и сказкой, от чего в нашем сознании и образовалась та самая путаница, которую мы приняли за чистую монету. Окружающий мир- даже если это лишь

А я с детства темноты боялась. У меня два брата старших, у них два года разница, а у меня с ними пять и семь. Родители оба работали, так что оставляли меня с ними. Только им же с ребенком скучно, да и за мной присматривать же надо. Читать я тогда не умела, а телевизора не было. Куда меня деть? Вот они и придумали. Затолкнут меня в туалет и закроют снаружи на крючок, а свет выключат. Я кричу, я стучу, ломлюсь, а тут слышу – воет кто-то. Денька, это самый старший который, через дверь мне и советует: ты, малая, лучше не шуми. Когда в темноте сидишь, лучше веди себя тихо, мало ли кто на крики твои отзовется, а ты за своими криками даже не услышишь. Это я потом поняла, что все эти «у-y-y» - это Серега, второй мой брат, в ванной на табуретку становился и в отдушину завывал, чтобы меня напугать. А тогда мне казалось, что из каждого темного угла лезет нечисть. Мне, в принципе, и потом так

Вы знаете что-нибудь о «ложных воспоминаниях»? Случалось ли такое, что, разговаривая о прошлом с близкими, вы понимали, что ваши воспоминания отличаются от того, что помнят они? Этому есть логичные и простые объяснения. Например, учёные говорят, что наши воспоминания меняются, потому что мы снова и снова интерпретируем их, забывая то, как всё было на самом деле. Однако мне довелось увидеть подтверждение тому, что некоторые события моей жизни были буквально переписаны. Я нашёл готовый фильм, который снимал в юные годы. Но что удивительно: он не был снят до конца. Я бы не забыл этого. Откуда взялись финальные сцены? Кто монтировал этот фильм? Этому я нашёл объяснение. Но прежде чем пояснить свою теорию я должен вам рассказать про одно событие своей жизни. Четыре года назад я чуть не утонул. Потом вы поймёте зачем вам это знать. Поехали мы с однокурсниками и однокурсницами на озеро

В некоторых панельных домах иногда встречается такое явление как ложный подъезд. Его можно встретить с противоположной от двора стороны, там, где обычно располагаются вечно закрытые запасные выходы. Выглядит такой тупик как обычное типовое крыльцо, со ступенькой, боковыми перегородками и козырьком. Но без всякого намёка на какую-либо дверь. Просто подъезд с глухой плитой вместо входа. Возможно, на первых этапах строительства в таких тупиках планировались дополнительные пожарные выходы. Но потом проект изменили или по старой-доброй традиции решили, что "и так сойдёт". Но лично мне кажется слабым подобное объяснение, ибо зачем тогда было сооружать крыльцо, делать ступеньку, возводить козырёк, если за ними изначально нет ничего, кроме сплошной панельной плиты? Не смотря на то, что ложный подъезд выглядит абсурдно, он никогда не привлекает внимание. Такой тупик настолько

За годы работы в сфере журналистики занятных историй у меня накопилось столько, что можно было бы этакий сериал снять о корреспонденте, который постоянно попадает в передряги. Бывали забавные случаи и страшные тоже. Но если говорить о мистике, то едва ли смогу вспомнить что-то ещё кроме рассказа одного бывшего военного. Встретил я его случайно в физкультурно-оздоровительном комплексе, когда брал комментарии у руководителя заведения по какому-то скучному поводу. Так вот, этот дядька бесцеремонно ввалился в кабинет и сразу к делу: — Товарищ директор! Почему военным пенсионерам бассейн можно посещать только в первой половине дня? — Порядок такой, — ответил «товарищ директор», глядя сквозь собеседника. — Время льготников с утра до обеда. Дядька кашлянул, нахмурился и изрек: — Знаете, я боевикам в Чечне жопы драл не с восьми до двенадцати, а днем и ночью! Произнес он это с таким нажимом, с

Пётр допивал очередную бутылку и с весёлой улыбкой смотрел на экран телевизора, где мелькали детали случайно выбранного канала. Какой именно канал смотреть Петру было не так уж и важно. Главное в этом деле - сам процесс... Когда рука не нащупала новой бутылки, то настроение у Петра заметно упало. Лицо стало угрюмым и он выругался. Недавно же только сел! Тем не менее, всё оказалось выпито. Однако этого было мало. Пётр повторно выругался и собрался идти в магазин. Но возле двери он заколебался. Может не идти? - подумал он. - Ну её! Поздно уже. Завтра суббота - завтра и схожу, а сейчас темно. Мало ли кого можно встретить: алкашей каких или убийц. Тем более район плохой... Тьфу ты! Что я - трус какой! Перед глазами качалось, словно он был в автобусе, едущем по выбоинам. Сейчас дойду по-быстрому до киоска, он уже совсем рядом... Твою мать! Так уже давно не десять часов! Не мог сразу об этом

Нынешнее продвинутое поколение, небось, никогда не сталкивалось с объектом под кодовым наименованием «советская телефонная будка». Напоминаю, в канувшем в прошлое СССР таковая имела вид железной остекленной коробки, в которой на стене висел тяжелый телефонный аппарат. Сбоку или сверху на рычаге лежала трубка. Сверху торчал монетоприемник. Обычный звонок стоил две копейки, междугородний — пятнадцать. Звонок в скорую и милицию был бесплатным. В сущности, нынешние таксофоны весьма похожи на своих древних предшественниц, только вместо монеток в них суют кредитные и телефонные карточки. Сооружение не отличалось элегантной кондовостью английских телефонных будок, единственная стенка в нем обычно была изрисована похабенью и символами любых спортивных команд, а стекла разбиты. Скромные будочки втыкались около оживленных магазинов и перекрестков, рядом с кинотеатрами и школами. В девяностые годы

Я вообще-то темноты не боюсь. Ну как, не боюсь - опасаюсь немного, знаете - страшные очертания, все в этом духе. У меня еще на столе лампа стоит, так я на нее футболку накидываю, чтобы свет приглушить, значит. Так эта лампа в темноте кем только не привидится иногда. Ну да глупости все это. Самое страшное - ночью из своей освещенной комнаты выйти в коридор. Попить там, или в туалет. Страшна тут не темнота, а открытая дверь ванной и кухни. Всегда казалось, что оттуда кто-то смотрит. И свет там загорается, опять же, чуть с замедлением. Несильно, но испугаться я успеваю. Обычно помогает, если идти по коридору, громко топая, и на все колыхания в темноте, даже на занавески, движущиеся от сквозняка, грозно материться. Нет, правда. Вот только грозно материться приходится шепотом - родители спят в зале. Так что мы и мои страхи с успехом сохраняли нейтралитет. Они меня умеренно пугали, я на них

Рыбачили в безлюдном, очень уютном и красивом месте. Наловили... ну, врать не хочу, а в правду вы всё равно не поверите. В общем, клёв был фантастический. Довольные, сварили уху, наелись от пуза, хряпнули водки; не очень много, меньше пол-литра на компанию. Пили не все: Тимур, большой и умный овчар, естественно, не стал. Да мы ему и не предлагали. Кроме него, нас было трое: я, мой старый товарищ Вовчик и его хмурый знакомый по имени Шур. Шурик, значит, Сашка, Александр. Вот о нём-то речь и пойдёт. Вовчик взял его с нами развеяться. Так-то мы чужих с собой не берём. Тем более в такие особые, недавно обнаруженные богатые места. Но Вовчик за него очень просил — дескать, совсем приуныл человек, очень плохо ему. Что-то не то в личной жизни. Ну ладно, если так — почему бы и не взять? Поехал с нами. Рыбак из Шура оказался никудышный. Всё делал правильно, но видно было — не его это. Да и не