⚙
На сайте ведутся технические работы
Часть функций может быть временно недоступна, а некоторые элементы работать нестабильно. Возможны небольшие ошибки и перебои. Работа сайта будет восстановлена в ближайшее время.
Эту историю я услышала от кондуктора в рейсовом автобусе своего города. Арсеньев — очень маленький город, но тихим его назвать трудно — то расчлененные трупы возле гаражей находят, то детские головы, завернутые в пакеты, в огородах откапывают... В общем, психов и у нас хватает. Однажды вечером автобус «Арсеньев — Анучино» выехал в последний рейс. Пассажиров было много, несколько человек ехали стоя. Одним из таких людей была женщина, которой внезапно стало плохо и она начала просить водителя, чтобы он остановил автобус, однако вокруг был только лес, и водитель попросил потерпеть еще немного. Тогда женщина начала кричать и требовать остановиться именно сейчас. Водитель съехал на обочину и открыл двери. Женщина убежала в лес. Через несколько минут из леса показались двое — та самая женщина держала за руку заплаканную девочку, которая, заикаясь, рассказала, что мама привела ее в лес,
В Якутии при въездах в особо почитаемые древние местности у дорог стоят деревья, сплошь обвешанные фантиками, монетками и даже купюрами. Их довольно-таки много на дорогах. Это называется «кэрях» — священное дерево. Считается, что если оставить у дерева маленький подарок местным духам, то неприятностей во время поездки не будет. В наше время это правило не слишком строгое — даже если ты ничего не оставил, то при отсутствии прочих повинностей ничего с путником не станется. Но если человек как-то оскорбил дерево или, того хуже, снял с него подарки, то у него могут быть большие проблемы. Этот случай относится к поздним советским временам — где-то в 80-е годы. Начальник колхоза из райцентра поехал с визитом в другой район, расположенный по соседству, на служебном «ГАЗике», со своим водителем. Стояла зима, ехали долго, и пока они были в пути, успело стемнеть. При въезде в одну поляну они
Произошла эта история в 70-х годах. В жаркий день на одной из улиц Москвы выстроилась очередь за квасом (три копейки — маленькая бутылка, шесть копеек — большая). Вдруг квас перестал течь, хотя в цистерне её оставалось ещё много. Открыть цистерну продавец не мог — она была запломбирована. Вызвали обслуживающего работника, и тот открыл цистерну. В ней плавал мёртвый человек, его рука застряла в отверстии слива.
Я работаю охранником, ночным сторожем. Работа такая, что предполагает частые ночные пешие прогулки по малолюдным местам. Металлобаза наша примыкает вплотную к реке, кладбище в прямой видимости, цыганская слободка рядом, что комфорта не добавляет. Со смены я домой хожу короткой дорогой — через реку мост самодельный переброшен, потом идёшь метров сто через камыши, и уже в автобусе едешь домой. Можно, конечно, до большого моста полкилометра идти, но кто ж так делать будет? Вот и в тот день закончил я в десять вечера, смену сдал и пошел. Трезвый как стеклышко иду через камышовые заросли, а тут впереди женщина идет, фонариком подсвечивает. Из заводских, видно. Молодая, штаны беленькие в обтяжку. Ну, как любой нормальный мужик, я скорость сбавил, чтобы эта красота подольше в поле зрения была. Идет она не спеша, и я, чтобы поотстать, остановился и сел шнурок завязать, и она за поворотом
Мне было лет 15. Родители были на работе с утра до вечера, так что квартира была в моём распоряжении. Я был не особо популярен, так что никаких особых вечеринок не было — так, иногда с друзьями телевизор смотрели. Как-то я возвращался из школы и увидел, что под почтовыми ящиками возле батареи на мокрой газете пищит котёнок. Курящая на лестничной площадке соседка сказала, что он надрывается так с самого утра, а кошки никто не видел. Мне стало жалко кота, поэтому я унёс его домой. Родители не особо возражали против появления в доме кота, так что я взялся за дело. За две недели я с этим котом так замучился, что стал почти как зомби. Но бросать было нельзя — во-первых, жаль было, а во-вторых — я что, зря столько времени возился? Однажды кот стал чувствовать себя хуже, стал отказываться от молока. Когда я вернулся в свою комнату с кухни, то вдруг обнаружил, что в коробке, где был котёнок,
Неподалеку от нашего города на 4-м километре по шоссе есть озеро с ручейком, куда летом любят ходить купаться те, кому городской пляж у реки не нравится. Это популярное место для родителей с детьми, потому что озеро углубляется постепенно, без обрывов, и шансов случайно утонуть во время купания мало, да и дно озера приятное — не илистое, а песок. В середине 80-х на исходе лета в ясный солнечный день компания молодых людей поехала на пикник возле озера. Взяли с собой мангал, мясо, пиво, ракетки и мяч для бадминтона, магнитофон на батарейке — в общем, собрались культурно отдохнуть. Приехали на своём «москвиче» и обрадовались, что нет детворы, которая бы им мешала. Расположились, поплескались, стали жарить шашлыки, включили музыку — всё шло по плану. В какой-то момент одна из девушек обратила внимание друзей на то, что с противоположной стороны озера из леса вышла компания из четырёх людей
Зовут меня Андрей. Сам я из Петербурга, живу непосредственно в городе, но весной и летом люблю ездить на дачу в пригородное село Белоостров. 22 марта вечерком мы с девушкой решили уехать на дачу. Развеяться, попить вина, провести романтический вечер. По приезду разместились, разложили продукты, стали ужинать. Дом наш, кстати, расположен в непосредственной близости от железной дороги, которая давно не действует. Ведет она к каким-то ангарам, но туда я никогда не ходил. И вот в полпервого ночи о крышу дома что-то глухо ударилось. Девушка перепугалась, а я решил узнать, что это, и вышел на улицу. Обошёл дом и постепенно сообразил, что о крышу ударилась птица. Дом старый, деревянный, отсюда и удар громкий. При осмотре ничего не обнаружил — ни на крыше, ни рядом. «Улетела, кажись», — решил я и пошел в дом. Только я заступил за порог, как последовал еще один удар. На этот раз было отчетливо
Случилась эта история три года назад. Жил у нас в семье кот Граф, его старшей сестре на день рождения подарили родители. Прожил он у нас необычно долго — 18 с половиной лет, был на полтора года старше меня. И вот три года назад в ноябре, когда как раз в гостях была старшая сестра (она тогда уже с мужем отдельно жила), Граф начал хрипеть, давиться и в дальний угол комнаты уходить. Мы все бросились к нему — мало ли, может, подавился чем. А он еле ходит и все от нас отходит подальше. А ведь до этого ко всем без всякой причины подходил потереться, как будто прощался. Ну, стало ясно — кот умирать собрался. Мы на него смотреть не могли, больно до слез было. Ведь он был уже почти как член семьи. Плакали с сестрой долго. На следующий день мы похоронили Графа. Через несколько дней я сидела одна в своей комнате. Родители еще с работы не пришли, на улице уже темно было. Свет горел только в моей
Мой знакомый детство своё провёл в деревне где-то под Липецком. В самой деревне ходили разные странные слухи, иногда пропадали люди — в общем, это было нехорошее место. Однажды собрались знакомый с компанией посидеть, поесть шашлыков в саду позади дома. Кто был в деревне, знает, что, как правило, сад представляет собой неогороженную территорию вокруг забора с внутренним двором, которая нередко соприкасается с дорогой или полем. В данном случае это было поле. Время было вечернее, развели костёр, сидят, байки травят, кушают. Друг мой и его знакомый сидели спиной к полю, как вдруг услышали хруст ломающейся ветки — наступил на неё кто-то. Поскольку у него были конфликты с местными, то они дружно подумали, что это кто-то из них решил их испугать или просто следит. Поэтому друг со знакомым молча засунули по деревяшке в костёр, дождались, пока они разгорятся, и одновременно молча кинули туда,
Как-то давно я прочитал в газете, что Обводный канал в Петербурге — одна из самых аномальных зон в Ленинградской области. Это меня удивило — что там такого может быть? Обычный промышленный район, бывшая рабочая застава. Мои поиски информации ничего не дали: убийств, пропаж людей и пожаров там чаще обычного не случалось; когда я там гулял сам, то ничего странного, кроме зашкаливающего количества пьяни, никогда не встречал. И вот недавно построили долгожданную станцию метро «Обводный канал». Очень удобно, от ВУЗа пару минут ходьбы, хотя странно, что её вообще там построили — не так много людей там ездит. Однажды я поздно закончил учиться на кафедре, и, разумеется, с очень немногочисленными попутчиками спускался по новым белым эскалаторам в метро. Повернув, как всегда, направо от безвкусного панно, изображавшего перспективу Обводного канала в XIX веке, я прошёл мимо колонн по новой