Родной дом Мои руки в крови. Папа прижал маму к стене. Ее шея как будто гвоздем прибита его железной рукой. Во второй он держит нож. Мама уже не может сопротивляться, ее тело послушно принимает все удары ножом, оно двигается как маятник под ее головой. Папа продолжает скулить ей на ухо: «Это не я, понимаешь, она меня заставила». Я застыл под напором необъятного ужаса, не способный двигаться. Папа отпускает ее шею. Уже не разобрать, где на стене мамина кровь, а где ее тело. Они вместе бесшумно стекают на пол. Крики людей на улице выводят меня из ступора. Я вижу, как они танцуют и радуются под нашими окнами. Папа поворачивается ко мне, задыхаясь, он бормочет: «Максим, не беги, так будет лучше для всех нас». Папа пытается подойти ко мне, ноги не слушаются его, за каждый шаг он начинает бороться. За спиной у него появляется она, на ее мертвом лице появляется широкая улыбка. Она смотрит на

Знаю, слышишь меня. Всегда слышала. Даже когда я молчал, ты умела читать мои мысли, мою душу, словно открытую книгу. Поэтому и пришел… в последний раз. Уезжаю я, понимаешь? Далеко. Не по своей воле, обстоятельства… они, знаешь ли, иногда сильнее нас. Помнишь, как мы познакомились? В той дурацкой кофейне, где всегда пахло перегоревшим кофе и дешевыми пончиками. Ты тогда уронила свой шарф, такой смешной, в горошек. Я поднял, а ты… Ты улыбнулась. Эта улыбка… Она пронзила меня, как молния. Я пропал. Сразу. А наши прогулки по ночному городу? Бесконечные разговоры обо всем на свете, мечты, планы… Мы казались неразлучными, словно две половинки одного целого. Помнишь, как мы спорили о смысле жизни? Ты говорила, что смысл в любви, в сострадании, в том, чтобы делать мир чуточку лучше. А я, вечный циник, твердил о бессмысленности всего сущего. Но ты… ты всегда умела достучаться до меня, разбудить

Мои друзья, поздним вечером в плацкарте травили байки о их похождениях в свои 18 лет и спорили о машинах. Сейчас же этим дядям 38 лет, а я был среди их компании, младше всех, а именно мне было 30. Познакомился я с Мишей и Димой, в офисе, где мы работали над проектами, что-то слово за слово и уже едем вместе в плацкарте на отдых, но из моих размышлений вырвал вопрос Димы. - Артём, а что ты такой притихший? - Просто хочу помолчать. Ответил я и смотрел в окошко, на улице был уже поздний вечер, уже стемнело и кроме уличных фонарей и дальних ярких огней приближающегося города и посёлков городского типа, не было видно ничего, затем меня вырвал снова голос Димы. - Артём слышь, а у тебя есть какая история из жизни? - Ну в целом найдётся, а что? - Просто ты всю дорогу молчишь, вот решили, будет лучше если и ты что-то расскажешь и примешь участие в разговоре в нашей маленькой компании. Добавил

Я никогда не верил в сны. Ну, знаете, эти глупые фантазии, которые наш мозг выкидывает, чтобы развлечь себя ночью. Но всё изменилось после той ночи. Теперь я боюсь засыпать. Теперь я боюсь его. Это началось неделю назад. Сначала это был просто странный сон. Я стоял в огромном, бесконечном зале с высокими мраморными колоннами, которые уходили куда-то в темноту. Воздух был густым, как будто я дышал не воздухом, а чем-то тяжелым, почти осязаемым. Вокруг царила тишина, но не та, которая успокаивает, а та, что давит, как предчувствие беды. И тогда я услышал его. Голос. Он был низким, глубоким, как будто исходил из самой земли. Он звучал так, будто его произносили тысячи голосов одновременно, и каждый из них был наполнен страданием и отчаянием. — Ты пришел ко мне, — произнес он. — Ты пришел к Аиду. Я обернулся и увидел его. Он был высоким, невероятно высоким, его фигура была окутана черным

Не спалось. Хотелось покурить. Не потому, что организм требовал никотина, а просто так. Было очень тепло, исправно работало центральное отопление, размеренно гудел холодильник. Чуть слышно капал кран. В доме я был один. Я откинул одеяло, сел на диване и подтянул трусы. Захотелось чего-нибудь попить и почему-то меня потянуло съесть огурец. Соленый, холодный, хрустящий, из запотевшей трехлитровой банки. Аккуратно поддеть его вилкой и вытащить на свет, рассмотреть со всех сторон и со смаком откусить половину. Да, сразу половину, никак не меньше. А он ведь холодный, с веранды, где минус ноль градусов по Цельсию и поэтому сразу же заломит зубы... Надо было встать, выйти из комнаты, пройти через темный зал, где в углу, словно глаза, горят маленькие зелененькие циферки электронных часов, выйти в коридор, включить свет, поднять защелку, открыть дверь на веранду и в полумраке разглядеть на

Денис откинулся на стуле и резко сорвал с головы наушники. – Класс! – с восхищением выдохнул он. – Умеют же, черти! На экране монитора подрагивала оскалившаяся рожа, а в наушниках затихал пульсирующий вой. – Класс! – повторил Денис с плохо скрываемой завистью. Уже полгода он безуспешно бился, пытаясь создать свой собственный скример, – но каждый рейд на крипи-сайты доказывал, что все его поделки не имеют ничего общего не то что с идеалом, а даже и с более-менее приличным продуктом. Каждый новый просмотренный чужой скример – особенно такой качественный, как вот этот, – убивал на корню мечты стать профессионалом видеохоррора. Иногда даже появлялось искушение просто-напросто стянуть какую-нибудь классную работу и выдать за свою – но останавливала не совесть, нет, а знание того, что подобные финты раскрываются на раз. Крипи-сообщество небольшое, все друг друга знают – позору потом не

Я не поэт, поэтому складывать слова в красивые предложения не буду, просто хочу изложить историю. Я, с на тот момент девушкой, на каникулы в шараге решили поехать к ней в деревню (Волгоградская обл.). Это совсем маленькая деревня 5 дворов 10 домов. Нам было по 17-19 лет и это был шаг в серьезные отношения (знакомства с ее родителями), а не просто возможность отдохнуть на природе. Вообщем приезжаем в деревню, нас встречают ее друзья и отвозят домой, знакомство прошло прекрасно, но она поздний ребенок, поэтому ее родители больше походили на людей предпенсионного возраста. Жарим шашлык, выпиваем, общаемся. Час-два, приезжают ее друзья (или сестра с мужем скорее) и еще друзья помоему. (сорян, истории больше 10 лет, я ее не вспоминал и тем более ни кому не рассказывал). и мы едем к ним домой в соседнее село плюс минус 5-10 км, но ехать долго (условно 30 км), потому что на машине нужно

Я работаю таксистом уже 15 лет. За это время повидал всякое: пьяных дебоширов, влюбленные парочки, спешащих бизнесменов. Но все это меркнет на фоне того случая, когда в одну из холодных осенних ночей, моя жизнь изменилась навсегда. Был промозглый ноябрьский вечер. Москва тонула в мелком дожде, фонари отражались в мокром асфальте размытыми желтыми кляксами. Я только что отвез очередного клиента и собирался домой - смена выдалась слишком тяжелой. Проезжая по безлюдной улице в районе Сокольников, я заметил одинокую фигуру на обочине. Молодая девушка махала рукой, пытаясь остановить попутку. Обычно в такое время я уже не беру пассажиров, но глядя на съежившуюся девчушку обхватившую плечи от холода, я решил притормозить. Она села на заднее сиденье - хрупкая блондинка лет двадцати в легкой черной курточке накинутой поверх белого пышного платья. "На Преображенскую площадь,

Когда я приехал в этот скучный провинциальный городок, где живёт моя тётя, то сразу понял: впереди меня ждут семь дней уныния. Улицы, застывшие во времени, и дома с одинаковыми черепичными крышами не предвещали ничего интересного. Я бродил по городу, и мой взгляд привлёк маленький книжный магазин, который больше походил на заброшенное кладбище книг. Продавец, пожилой джентльмен в очках, усмехнулся, когда я настойчиво пытался найти что-то, что привлекло бы моё внимание. — Скажи, юноша, ты когда-нибудь слышал о Башне Снов? — загадочно прозвучал его вопрос. — Башне Снов? — я обернулся на голос и покачал головой. — Это что-то вроде местного мифа? Продавец хмыкнул. — Миф, легенда... Кому как нравится. Но скажу тебе одно, сынок, за каждой историей стоит доля правды. — А Вы знаете что-то о ней? Продавец взглянул на меня сквозь очки и медленно кивнул. — Кое-что. Башня Снов стоит на северной

Я никогда не верил в мистику. Тем более во всякие детские страшилки... До той летней ночи 2019 года. Мой двоюродный брат Лёша жил в маленьком городке, который большинство людей просто не замечая проезжают мимо. Знакомы вам такие места? Где абсолютно все улицы кажутся тихими, магазины закрываются очень рано, а редкие прохожие после заката выглядят совсем неуместно. Но Лёша любил это место. Любил его умиротворение, возможность сбежать от суеты, любил то, как ярко светят звёзды над бескрайними полями расплывшимися вокруг его дома. Той ночью мы сидели на его веранде, потягивая пиво. И тогда он рассказал мне про ту дорогу. Упомянул как бы между делом, как очередную местную байку. Но что-то в его голосе заставило меня насторожиться. – Есть тут одна дорога, – сказал он, задумчиво крутя в руке бутылку, – появляется только после полуночи. За старой мельницей. Местные шепчутся, что она возникает