Женщина в махровом халате переставила пучки цветов в обрезанных пластиковых бутылках, взяла у водителя сигарету и сипло сказала: — Не. Это вам еще через два поворота. — Так мы только что оттуда. — Водитель расправлял темными пальцами бумажные иконки, которыми кабина изнутри была покрыта, как налетом. — Не. По той вон дороге. — Торговка мотнула головой назад. — А там спросите. — Указатели-то будут? — Указатели? — Щелочки торговкиных глаз расширились так, что толстые розоватые веки едва не треснули. — Сроду не было. * * * Автобус вздрагивал от топота, в загустевшем от долгой дороги воздухе висел визгливый детский смех. С задних сидений кладбищенски пахло красными гвоздиками, они лежали там в коробке. Петя уже стащил один цветок, оторвал нежную махровую головку и вставил в ноздрю Кириллу, который спал, вскинув нос к потолку. Ленка раз десять сфотографировала его на мобильный. Анька-мелкая,

Когда мне было 15 лет, собрались мы отдохнуть всей семьей у знакомых летом. Приехали к этим людям, покушали, пообщались... Вечером, посмотрев фильм на ночь, я спросил, где я буду спать. Мне показали на комнату с храпящим дедом на полу (спал он на пледе). Я лег спать, но так как я парень городской, не привыкший ко всякой скотине, то их крики за окном в сочетании с храпом старика меня сильно раздражали. В итоге ворочался на кровати до ночи, всё не мог задремать. Вдруг, к моему удивлению, все затихло — и дед храпеть перестал, и скотина замолкла. Одновременно я почувствовал, что на меня кто-то смотрит, и посмотрел в окно. Мне и до того уже было страшно, но от того, что я увидел в свете фонаря (кстати, он тоже входил в список вещей, мешавших мне спать), меня кинуло в жар и холод. Я увидел у окна человека, который широко улыбался и держался руками за свой рот. Потом он начал засовывать руки

Эту историю я прочитала ещё во времена СССР в одном из чехословацких журналов, где описывался один из ведущихся тогда судебных процессов. Дело было так: молодой педагог после окончания пединститута по распределению приехал сроком на один год в одно из забытых Богом сёл. В разговоре с председателем местного совхоза речь зашла об «учительском домике», в котором до сей поры останавливались все приезжающие по распределению учителя. «Вы навряд ли захотите жить в том доме, — сказал председатель. — Лучше возьмите съёмную квартиру. Дело в том, что та учительница, которая была до вас, повесилась в том доме». Но парень и возмутился и заявил, что он, мол, современный и просвещённый молодой человек, ни в какие суеверия не верит и намерен жить в «учительском домике». На следующий день парень начал свою работу в школе, взяв руководство над классом, оставшимся без покончившей с собой учительницы.

Всё началось примерно месяц назад, холодной октябрьской ночью. Я лежал в кровати, ожидая, пока бог сна соизволит укрыть меня своим одеялом, и слушал, как осенний дождь барабанит по окну моей спальни. Как я ни укладывался, какие, самые, казалось бы, комфортные и идеальные для сна, позиции не принимал, но моё сознание упорно не желало угасать и погружаться в чудесный мир сновидений. Я уже считал барашков, прыгающих через забор, но и это не помогло. Наверно, насчитал больше, чем сейчас бегает по лугам. Стакан тёплого молока тоже не помог. В итоге я просто лежал в кровати, вперив взгляд в потолок, и слушал музыку дождя. На часах было без пятнадцати четыре, и я был очень рад, что следующий день суббота, и мне не надо вставать рано утром. Вдруг я услышал сквозь барабанную дробь капель стук женских каблуков. Я живу на первом этаже, и прямо под моими окнами проходит асфальтовая дорожка, так

Случай, произошедший со мной, скорее не страшный, а странный, причём эту странность я понял уже задним числом. Лет мне тогда было тринадцать. У моего друга был «Плейстейшн», и я после школы ходил к нему играть. Он любил со мной в «Mortal Kombat 3» рубиться, а мне больше нравился первый «Сайлент Хилл». Перевод у игры был паршивый, с русской озвучкой, выполненной монотонным голосом олигофрена, но бегать по трехмерному городу и стрелять по полигональным монстрам мне нравилось больше, чем делать «фаталити». В общем, пришёл я в очередной раз к другу после обеда. Он сидел дома один, родители были на работе. Посмотрели новую серию «Покемона» по ОРТ и начали играть в «Плейстейшн». Где-то через полчаса друг ушёл в магазин — уже не помню, почему: то ли он вспомнил, что мать велела что-то там купить к ужину, то ли мы решили взять газировку-шоколадку. Я остался один, переключился на любимый

Дело было в субботу. Ничто не предвещало беды — я сидела дома, смотрела телевизор. Сразу скажу, что человек я вполне адекватный, не пью. Сижу, смотрю фильм. Параллельно дивану, на котором я сидела, висело довольно большое зеркало в тяжелой позолоченной раме. Во время просмотра фильма я несколько раз заглядывала в него (какая я, мол, раскрасавица). Посмотрев в зеркало в очередной раз, я оцепенела: в отражении рядом со мной, уставившись в телевизор, сидел средних лет мужчина, очень бледный и маленький. Сказать, что я испугалась — ничего не сказать. Я подскочила, как ошпаренная, и с диким криком побежала в комнату сестры. Оглядываться я не рискнула. Сестра вышла со мной, чтобы проверить, что меня так напугало. В отражении уже всё было нормально. Сестра мне не поверила, и это меня ужасно взбесило. Я же нормальный человек, без всяких отклонений в психике! Тряслась я дня четыре, боялась

Я обычная студентка, живу с родителями в районе Очаково–Матвеевское города Москвы. Каждые выходные они уезжают в деревню, а я не люблю мерзнуть в холодном доме и умирать от скуки вдали от цивилизации. И в эти выходные я осталась одна дома. Всё было, как всегда — смотрела фильмы, переписывалась с друзьями, было немного скучно. Стояла обычная зимняя ночь, стрелки часов чуть-чуть не доходили до половины третьего. Я сидела в своей комнате спиной к коридору, свет был погашен везде, мою комнату освещал только монитор компьютера. Я пошла на кухню налить чаю, включила свет в коридоре и на самой кухне. Возилась с чайником минут пять, потом смотрю — свет в коридоре погашен, но зато включен в комнате родителей. Мне это показалось слегка странным, но я не придала этому случаю значения. Ничего не стала выключать, ушла в свою комнату. Выпила чай, пошла относить кружку. Возвращаюсь — что за бред: в

Мальчики сидели на вершине большой снежной горки, которую все утро строили вдвоем перед домом. — Я так боюсь, что ко мне в этом году Санта опять не придет, — грустно сказал А., и, сняв промокшие варежки, стал дышать на свои порозовевшие ладошки. — А я, наоборот, боюсь, что он придет, — ответил Б., его друг. — То, что может влезть в печную трубу, может оказаться совсем не Сантой. Я тебе расскажу одну вещь. Только ты никому не говори. — Не буду, — А. покачал головой. — Обещаю. — Тогда слушай... История, которую рассказал Б., произошла в семье, где никто не верил в Санту. Никто, кроме самого младшего сына. «Санты не существует, — уверяли его братья. — Это родители засовывают твои подарки в носок, пока ты дрыхнешь, лопух!». Но мальчик им не верил и продолжал ждать. И вот однажды глубокой рождественской ночью, когда за окном бушевала снежная буря, а дом был полон таинственных скрипов и

Подвал у нас — то еще расстройство. То ли дело в мамином доме — там подвалы разделены металлическими перегородками, свет есть электрический, пыли нет, стены оштукатурены, пол нормальный, человеческий. А у нас не подвал — смех один. Какие-то деревянные частоколы от пола до потолка и навесные замки. Подвал достался вместе с квартирой — у немцев принято так, чтобы квартира и подвал вместе шли. Это как у русских балконы — чтобы было куда сложить древние закрутки, сломанную лыжу и пыльные коньки брежневских времен. Немцы, правда, в подвалах держали велосипеды, зимнюю одежду, какие-нибудь запасы консервов и пива. Я быстро приноровился к такой концепции — и правда, чего дома по шкафам распихивать, да на антресолях огороды городить? Не пользуешься вещью — спусти в подвал. Находиться там, конечно, было то еще удовольствие — дом был старый, еще довоенной постройки. Сунешь саморез в стену — песок

Дело было в деревне лет десять назад. После тяжелого учебного семестра мы приехали к бабушке на дачу, где, напившись отборного самогона, заснули. Нужно отметить, что самогон у бабки обладал такой особенностью, при которой ты пьешь, пьешь, потом опа — и уже утро. Еле-еле открыв глаза, мы всей делегацией отправились на водопой, где и встретили заплаканную пожилую постоялицу дома возле скинутых в одну кучу дохлых кур. Потравили, сказала она. Покивав головами с глубоким осуждением завистливых соседей, вся наша банда направилась дальше отлеживаться. Ближе к обеду сложилась следующая картина: — Бабушка бегает по двору с криком; — Из кучи бездыханных куриных тел начинают выбираться одна за другой курицы, при этом шатаясь по двору, как зомби; — Через полчаса по двору уже ходило 10-15 зомби-кур. Экспертиза показала, что один из друзей, напившись, не смог выдержать всю крепость фирменного