⚙
На сайте ведутся технические работы
Часть функций может быть временно недоступна, а некоторые элементы работать нестабильно. Возможны небольшие ошибки и перебои. Работа сайта будет восстановлена в ближайшее время.
Это случилось с подружкой моей двоюродной сестры, она тогда на математичку училась в местном педучилище, а моя двоюродная сестра — на географичку. Год был — осень девяносто первого, Луцк, Украина только-только независимой стала, но Советы еще не развалились. Пошла подружка в субботу вечером погулять по площади, познакомилась с молодым тощим солдатиком. Уже и форма на нем новая, серая, и фуражка не такая, как при советской власти, и звание не такое. Назвался "чотовий Муха". Погуляли они часик, поговорили, договорились в воскресенье у кафе встретится. Подружка в воскресенье приходит в кафе, там из посетителей — немолодой прапорщик ест булочку. Подружка его и спрашивает: — А вам новую серую форму еще не выдали? Прапорщик булочку отложил. — Нет, у пехоты форма как была зеленая, так и осталась. — А чотовий — это высокое звание? Прапорщик на нее посмотрел внимательно. — Нет в армии
Я не знаю, с кем еще можно поделиться, не знаю, кто еще мне поверит – потому, я рассказываю это тебе. Сегодня я поздно возвращался домой. Не суть важно откуда, но алкоголь я там не пил и наркотиков не употреблял. От метро до дома мне идти десять минут, и самый короткий путь – дворами, мимо полузаброшенных гаражей. В общем, приехал я на последнем поезде – на улицах уже никого не было, большинство окон уже зияли темнотой, и лишь у редких полуночников виднелся свет. Мимо этого гаражного кооператива я шел довольно бодрым шагом, благо ходил я там часто и ничего странного там никогда не наблюдал. Где-то на середине пути я услышал громкий звук – знаешь, будто кто-то кувалдой ударил по металлическому листу. Тогда я подумал, что, наверное, какой-нибудь наркоман/бичара/забулдыга решил вскрыть один из гаражей, чтобы переночевать или чем-нибудь поживиться. И, видит бог, лучше бы это было так.
Я напуган. Это, очевидно, основная причина почему я выкладываю это здесь, но никто из вас даже не догадывается как же мне страшно. Вы все читали подобного рода истории, но это ничто по сравнению с реальной жизнью. Я не имею ни малейшего понятия о том, какого черта здесь творится. Если вы читаете это, то вы, скорее всего, испытывали на себе чувство, как будто на вас кто-то смотрит. Я думаю все за свою жизнь испытывали подобное чувство, вы будто физически чувствуете чей-то взгляд, хотя и на все сто уверенны, что рядом никого нет. Я теперь не так уж и уверен. Все началось с моего блога, где я выкладывал разнообразные фото и видео, снятые мной. Я прекрасно понимаю, что я сейчас описал большинство всех блогов, но мой ежедневно посещает несколько сотен человек, так что я был вполне доволен. Я постоянно получаю письма от людей, в основном от девушек, что устраивало меня еще больше. Мне всегда
Как-то вечером, моя дочь Ксюша подошла ко мне и шепотом спросила: — Можно мне завтра с друзьями на речку поехать? Я кивнул головой. Девчонке уже 20 лет, а она все разрешения у меня с матерью просит. Мать вот совсем домашней ее сделала, никуда не пускала, только учиться заставляла. Я разрешил, потому что близился Ксюшкин день рождения, да и она уже взрослая совсем. Мать ее кое-как уговорил, а уже наутро Ксюша с друзьями ехала в автобусе на реку Дон. Днем сижу пью чай, читаю газету. Звонок на мобильный, от Ксюши: — Пап, ну что? Я сначала не признал дочь, потом все же понял, что это она: — Чего Ксюнь? У нас хорошо все. А ты как? Водичка теплая? Ксюша молчала, молчала, потом говорит: — Мокро тут так, а вода тут просто ледяная… Зря я поехала. Папуль, заберешь? Я не успел ничего ответить, она повесила трубку. Сразу начал звонить ей сам, а там «Абонент временно недоступен». Да, что ж за блин?
— Христос рождается! Славите! Ледяной ветер обжигает щеки, бросает в лицо колючую снежную крупу, уносит дыхание, вырывающееся изо рта белым паром. Снег звонко хрустит под торопливыми шагами, и от этого хруста кажется, будто следом, совсем рядом, идет еще кто-то, большой и тяжелый. — Христос на земле — встречайте! Серебряный, морозный лунный свет залил все вокруг, вычертив на снегу четкие тени — такие же иссиня-черные, как бездонная пропасть неба вверху. Снег и небо, свет и тьма, а между ними только деревня, да смех, доносящийся из-за домов, да звучная, плавная песня. — Христос с небес — возноситеся! Глеб спешил. Просторный и светлый, но уже покосившийся от времени дом, в котором его отец, сельский учитель, жил вместе со всей своей немногочисленной семьей, стоял на самом отшибе, рядом с ветхой школой. Чтобы оттуда добраться до околицы, где сегодня начались святочные гулянья, ему даже
Это был трудный день. Он не хотел ничего, кроме одного лишь: прийти домой и лечь, отрубиться (дать Морфею принять себя в свои объятия) и дрыхнуть (летать на волшебных крыльях сновидений) следующего утра. О боже! Следующее утро было субботним! Его квартира, старая, обшарпанная однушка, была убога. Он жил совершенно один, даже без кота, и это тяготило его. Но он умел находить и плюсы в одиночестве. Никто не знал, что происходит в его квартире по вечерам. Он засыпал, а из ванной доносился еле слышный стон. Ему нравилось засыпать под этот стон. Он был наёмником в суданской армии во время конфликта в Дарфуре. Ему нравилось засыпать под этот стон. Вернувшись в родной Кот'д Ивуар, он попал под суд. Ему нравилось засыпать под этот стон. Суд по неизвестной причине оправдал его. Ему нравилось засыпать под этот стон. Он не чувствовал вины за убийства мирных жителей. Ему нравилось засыпать под
Произошла со мной недавно такая история. Я, кстати сказать, не пьющая, не курящая молодая мать двоих детей. Это я к тому, что показаться мне ничего не могло. В тот вечер я, как обычно, уложила детей спать, а сама сидела у них в комнате и читала. Муж был в это время в соседней комнате и смотрел телевизор. В детской горел ночник, а рядом со мной лежал мой мобильный телефон. И вот читаю я себе читаю, и вдруг в комнате раздаётся громкий усталый вздох. Я спокойно встала, подошла к детям — они спят. И вот пока я на них смотрела, раздался ещё один вздох, такой же усталый и громкий. Поняв, что это не дети, я вся похолодела и почему-то подумала (не знаю, почему), что это из соседней квартиры кто-то в розетку дует. Других объяснений я найти в тот момент не смогла. Когда вздох раздался опять, у меня затряслись коленки. И детей оставлять страшно, и понимаю, что срочно надо звать на подмогу мужа. А
Пару ночей назад долго не могла уснуть. И устала за день, но так часто бывает, что из-за физической усталости долго не спится, тело ломит, ворочаешься. Вот и я ворочалась. И тут слышу, где-то в прихожей или на кухне грохот, что-то не то упало, не то разбилось. Дёрнулась, повернула голову к двери. И остолбенела. Дверь комнаты была открыта. Вернее, приоткрыта, до половины. Мало того, за дверью свет какой-то непонятный. Рассеянный, белый свет. Я всегда закрываю дверь на ночь. Не люблю спать с открытой, стремаюсь. И тут такой сюрприз! Дома, кроме меня, никого. В лунатизме я не была замечена, да я же и не спала! Лежу, какого хрена, понять не могу. Сглотнула, приподнялась, и тут вижу, в прихожей тень появилась. Появилась и приближается, в сторону моей комнаты. Медленно так. И звуки какие-то. Позвякивание какое-то. Картина маслом. Пустая квартира, в которой ремонт, открытая дверь моей комнаты,
В последних числах августа муж, утром собираясь на работу, сказал мне: «Сон плохой видел, будто у подъезда родителей гроб стоит. Хочу ближе подойти, а народ столпился — не пускает. Спрашиваю, кто умер — молчат. Только знаю наверняка, что знакомый кто-то». Я отмахнулась: «Вечно тебе ерунда снится!». Отмахнуться-то отмахнулась, а у самой сон этот дурацкий полдня из головы не шел. Свекровь-то у меня все болеет последнее время — не дай Бог с ней что. Да и дедушка там на ладан дышит. От таких раздумий на душе совсем скверно сделалось. Тут свекровь собственной персоной звонит, расстроенная. Сообщает, что сосед их, Серега, этой ночью из окна выбросился. Вот вам и сон в руку! Молодой парень, жить да жить бы ему, а он — с девятого этажа. А из-за чего — никто не знает. Супруг мой после работы сразу туда рванул — матери покойного помощь предложить, да и поддержать. Как-никак рядом столько лет
Доброй ночи. Я молодой музыкант. Я вкалывал на разных работах, не имеющих никакого отношения к моим интересам, чтобы осуществить давно задуманный проект - главный проект моей короткой бестолковой жизни. Я хотел записать звук своего сна, и назвать его "ночь". На подготовку ушло несколько месяцев. Я тщательно подготавливаю оборудование, и уезжаю в глубокую сельскую местность, прочь от шумов искуственного города, туда, где никто не мог потревожить мое одиночество. 27 сентября. День, когда я решился включить оборудование записи и уйти спать, в 12 часов ночи, в первые минуты нового дня. Проснувшись, не умывшись, не сходив в туалет и не поев я бросился к записям. Я слушал шум ночных деревьев, лай далеких собак, скрип кровати при поворотах моего тела и сонное дыхание. Я слушал ночные шорохи несколько часов, пока не услышал нечто, напугавшее меня до самой глубины моей смертной души.