Перевод выполнен специально для kriper.ru. В прошлом году я был в Нью-Йорке со своей девушкой. Метро было переполнено. Атмосфера была обычная, свойственная общественному транспорту. Каждый был занят своим делом. И тут мужчина с подозрительно большим рюкзаком встаёт, откашливается и на весь вагон говорит: - ОК, ВРЕМЯ ПРИШЛО… Весь вагон оцепенел и смотрел на него с испугом в глазах. Женщина, сидевшая напротив, прижала ребёнка к груди. Я и сам, признаться, приготовился к худшему и потянулся грудью к девушке, чтобы успеть защитить её. А мужчина продолжил: - Я очень бедный, нуждающийся человек. Помогите кто чем может: едой, одеждой. Любая помощь может спасти мне жизнь. Кто-то отсыпал ему денег. Мы протянули ему еду из KFC и вежливо объяснили, что так нельзя делать в метро. В общем, он оказался хорошим парнем. Девушка до сих пор называет этот день - «день, когда KFC-парень пытался убить нас».

У нас есть знакомые с ручным пингвином. Вот так. Им какой-то родственник — крутой полярник привез. Он из каждой полярной экспедиции привозил чего найдет, а чего там особенно на полюсе найдешь — снег, лёд да пингвины. Морской леопард ему не попадался, а то бы плохо кончилось — он бы обязательно попытался привезти и леопарда. Ну, так вот — привез птичку и привез, суп же не сваришь, знакомые наши фауну жалеют, особенно редкую для средней полосы. Поудивлялись первое время на странное существо, а потом привыкли, конечно. Рыбу только вот стали живую покупать в немереных количествах. Назвали как-то, вот не помню, вылетело из головы, ну, допустим… э… Дуся. И даже приучили ходить в туалет — здоровенную лоханку с катсаном. Пингвин оказался императорским, постепенно вырос примерно с шестилетнего ребенка. Знакомые почему-то ожидали, что он будет все время спать как черепаха, но не тут-то было.

Прочитав эту историю, я вспомнила один случай из детства. До восьми лет я жила в старом деревянном доме. Три комнаты, крохотная кухня, из удобств — туалет на улице и баня в огороде. В общем, можно представить мою радость, когда отцу наконец-то дали на работе ордер на двухкомнатную квартиру в новостройке. Пятый этаж, лифт отсутствует, зато есть огромная ванная и теплый сортир. И моя собственная светлая комната, которую не надо ни с кем делить. Конечно, родители, как водится, устроили шумное новоселье. Меня по причине нежного возраста отправили спать, а гости веселились в зале и на кухне. Уснуть мне не удалось: пьяные выкрики и громкая музыка на колыбельную ну никак не были похожи. Среди всей этой какофонии я едва расслышала стук в окно. Первая мысль — ну стучат, ну и фиг с ним. Буквально через секунду я подскочила на кровати, прижимаясь к стене. Я живу на пятом этаже! Кто может так

Да что вы вообще знаете об ужасе! Я из тесной «хрущевки» перебрался в один из коттеджных поселков, которых у нас уйма. Дом обустроили, а вот забор решили ставить весной. Рядом деревня с коровами, приусадебными хозяйствами и прочим. Сама история произошла на прошлой неделе. Вечером, когда смеркалось, меня привлек очень интенсивный стук в окно одной из комнат первого этажа. Спустился посмотреть. А из-за окна на меня смотрит лысое создание — маленькая голова, большие миндалевидные глаза... Жути прибавил резкий белый свет, внезапно озаривший это, и снежок, падающий на эту лысую голову. Вся жизнь у меня мгновенно перед глазами пролетела. Нет, мне даже не было страшно, я просто уже чувствовал, что это всё, мне было жутко до самого последнего волоса торчком — полное оцепенение. И потом появляется она. Бабка с криком: «А ну пошел отсюда, окаянный!» — прогоняет от моего окна... страуса! Под

Проходил я после окончания института практику в реанимации. И вот однажды весной привозят парня — жертву несчастной любви. Надо сказать, по весне таких идиотов просто пачками в больницы привозят — гормоны бушуют. Тот паренек чем-то травился, но не до конца. Откачали его, капельницу сделали — и лежит он. А поскольку все это время он орал, что жить без нее не будет, убьется, то его ремешками к кровати и прикрутили. Поскольку с пареньком все в порядке, то надо его из реанимации перевозить, что мне и поручили. Везу я его с капельницей, а он никак не успокаивается, орет, мол, всё равно с собой покончит. Мне это маленько надоело, и решил я приколоться. — Ах, так, — говорю, — жить не хочешь? Ну и не надо, будешь донором органов, — и отсоединяю у него капельницу. Действие безвредное, однако эффект производит тот еще. И везу его дальше. Он притих. Подхожу к лифту. А надо сказать, что везти его

Всё началось с двойника подруги. Был промозглый и мокрый июльский вечер. Нет, даже не так. Была ночь. Я возвращалась от подруги навеселе и в приподнятом настроении. Весь вечер и полночи мы пили, веселились и ржали до колик в животе, и вот сейчас, во втором часу ночи, в этой промозглой и довольно прохладной июльской мгле я иду и наслаждаюсь темнотой и отсутствием людей на улицах. Сейчас завалюсь домой, сделаю себе чай с лимончиком, перекушу какими-нибудь печеньками и баиньки… Мысли были приятными и не обременяющими. Я зашла во двор и удивилась, увидев, что на качелях кто-то катается. Обычно поздней ночью, когда никто не видит, люблю кататься именно я. Меня немного позабавил тот факт, что кто-то делает так же. Но ещё больше я удивилась, когда разглядела в девушке на качелях знакомые очертания моей подруги. И это никак не могла быть она, потому что я только что от неё. До приятных мурашек

Куклы продавались на кассе. Словно маленькие висельники, они покачивались на стойке, привлекая внимание покупателей книжной лавки. Ничего особенного: кусочки пестрой ткани, перехваченные в нескольких местах ниткой, чтобы было похоже на человеческую фигуру. Умелец, который их делал, не потрудился даже нарисовать глаза. Ограничился крестом из тесьмы на лице. Но что-то было особенное в этих тряпочных «матрешках», какая-то магия. Люди подходили, рассматривали, выбирали… «Хенд-мейд со скидкой», — подумал Василий Бычков. Он не понимал моды на кустарные безделушки. У каждой вещи, считал он, должно быть практическое назначение. Впрочем, к куклам было приделано кольцо для ключей. При желании сувенир можно было использовать в качестве брелока. В объявлении, которое лежало возле вертушки, сообщалось, что идет распродажа и две куклы можно приобрести всего за 199 рублей и 99 копеек. — Купить, что

История произошла зимой 1996 года в Новосибирске. Я работал посменно до десяти-одиннадцати часов вечера. До остановки мне приходилось идти через Клещихинкое кладбище. Первые дни ходил как-то напряжённо, но потом более-менее осмелел — тем более, что часто светила луна и на территории кладбища было всё видно. Это «все видно» со мной и сыграло злую шутку. Иду в очередной раз, все привычно... Вдруг вижу — у дальних рядов могил неподвижно стоит какой-то карлик, на дерево оперся и смотрит. Я сначала подумал, что мне показалось, мол, тень так падает. Но прошел немного по дорожке и снова глянул под другим углом — СТОИТ, действительно кто-то стоит! И тут до меня дошло, что со стороны дорожки, по которой я иду, нет следов на снегу, уходящих в ту сторону — то есть ЭТО могло прийти только из глубины кладбища, куда зимой никто не ходит (там и летом толком не пройдешь — захоронения 50-х годов, много

Иван Петрович Панихидин побледнел, притушил лампу и начал взволнованным голосом: — Темная, беспросветная мгла висела над землей, когда я, в ночь под Рождество 1883 года, возвращался к себе домой от ныне умершего друга, у которого все мы тогда засиделись на спиритическом сеансе. Переулки, по которым я проходил, почему-то не были освещены, и мне приходилось пробираться почти ощупью. Жил я в Москве, у Успения-на-Могильцах, в доме чиновника Трупова, стало быть, в одной из самых глухих местностей Арбата. Мысли мои, когда я шел, были тяжелы, гнетущи… «Жизнь твоя близится к закату… Кайся…» Такова была фраза, сказанная мне на сеансе Спинозой, дух которого нам удалось вызвать. Я просил повторить, и блюдечко не только повторило, но еще и прибавило: «Сегодня ночью». Я не верю в спиритизм, но мысль о смерти, даже намек на нее повергают меня в уныние. Смерть, господа, неизбежна, она обыденна, но,

Историю мне бабушка рассказала. Будучи молодой, она жила в деревне. Ввиду отсутствия других занятий местная молодежь часто собиралась вместе на лавочке, общалась. Как-то зашел у них разговор о потусторонних силах, а один парень говорил — чушь все это, ерунда. Ему в ответ сказали, мол, это ты сейчас такой смелый, а как встретишься с этим, бежать будешь быстрее всех. После непродолжительного спора решили проверить его смелость. Договорились, что следующей ночью они все вместе пойдут к старому кладбищу, он один войдет на кладбище с деревянным колышком, дойдет до центра кладбища, забьет его там, потом все вместе пойдут домой, а утром вернутся и проверят: если колышек действительно будет забит, то он выиграл спор. Следующей ночью пошел дождь. Надели все плащи и пошли к кладбищу, как условились. Парень вошел на кладбище. Прождали его минут сорок — он не выходил и на окрики не отзывался. Все